Предначертано судьбой - Деланси Элизабет - Страница 63

— Джиб сказал Мосси о том, что он уезжает, — тихо произнесла Джулия.

— Он сказал не только Мосси, но и Ли, — ответила ей Дотти. — Он остановился возле конюшни и вернул ему деньги, которые раньше брал у него.

Джулия провела пальцем по пыльной крышке пианино. Он сообщил о своем решении всем, кою считал важным для себя. Всем, кроме нее. — Гэрриэт. вероятно, очень довольна тем, что произошло, — сказала Джулия. — Теперь она будет просто счастлива.

— Гэрриэт не может быть чем-либо довольной в эти дни, — сказала Дотти, поднимая голову от подноса. — Совсем недавно Ли сообщил ей. что женился на Сейрабет Браун.

— Что? — Джулия изумленно уставилась на Дотти, потрясенная услышанным. — Ли и Сейрабет поженились?

— Да. Барнет оформил их брак в нашей гостиной. Я предложила им подождать, пока вернется священник Дадли, но они очень спешили и не обращали внимания на неофициальную и не слишком торжественную обстановку. Я была подружкой Сейрабет. Гэрриэт просто сходит с ума от злости и не знает теперь, что ей делать. Сейчас она лежит в постели, притворяясь больной и, вероятно, будет лежать там до тех пор, пока не придумает, как нам всем отомстить.

Дотти взяла со стола поднос и понесла его на кухню. Джулия последовала за ней, чувствуя как ее снова охватывает приступ отчаяния. Ли и Сейрабет поженились. Она должна была радоваться за них, но вместе с тем ей почему-то стало жалко Гэрриэт. Чувство жалости тут же переросло в ноющую боль, переполнившую ее измученную душу. Эта боль не давала ей спокойно дышать и двигаться. Затем она поняла, что ей просто-напросто жаль себя, а не Гэрриэт. Ей было очень жаль, что она навсегда утратила то счастье, которое испытывала, находясь вместе с Джибом. В одночасье разрушились все ее мечты, которым она предавалась столько времени.

Джулия снова начала плакать.

Дотти вытерла тряпкой руки и обняла ее за плечи, прижав к себе. — Ну все, хватит, успокойся, дорогая. Со временем все пройдет, и ты забудешь его.

— Он причинил мне страшную боль, — Джулия вытерла слезы рукавом. — Он ужасно обидел меня. Он выставил меня на посмешище.

— Тебе нужно хорошо отдохнуть, — участливо сказала Дотти. — Я отведу тебя в спальню прямо сейчас.

В спальной комнате Дотти раздела Джулию, как ребенка, и уложила ее в кровать. Точно также она поступила с ней в октябре прошлого года, когда умер Эдвард.

— Спасибо, Дотти, — сказала Джулия. — Спасибо за то, что ты не говоришь мне: «я предупреждала тебя».

Дотти присела на край кровати и погладила Джулию по щеке. — Господи! Я даже не думала об этом. А сейчас послушай меня. Я посижу с тобой, пока ты не уснешь. Чуть позже к тебе придет Луиза с готовым ужином. А утром придет Рената. Тебе не следует ни о чем беспокоиться.

На следующее утро Джулия обнаружила на кухне Ренату Блюм и Рут. Вся кухня была наполнена запахом кофе, а в печи выпекались какие-то сладости.

Джулия собрала все силы и попыталась отбросить в сторону неприятные воспоминания вчерашнего дня. — Как хорошо, что вы пришли, — сказала она им, стараясь казаться веселой и беззаботной. — Сегодня чудесный день.

Рената выглянула из окна и посмотрела на хмурое небо, которое не предвещало ничего хорошего, кроме проливного дождя. — Я рада, что ты так думаешь.

— Выпей немного кофе, — сказала Рут.

Джулия посмотрела на мать, а потом на дочь. Рут была беременна и ждала ребенка, ребенка от человека, которого любила. Глядя на нее, Джулия вдруг ощутила прилив неожиданной и острой зависти.

— Я не хочу говорить о Джибе, — сразу же предупредила она.

— Разумеется, — сказала Рената, — мы и не собирались говорить о нем. — Она подошла к столу и налила Джулии чашку кофе.

— Мы не будем упоминать даже его имени, — сразу же согласилась Рут.

Джулия села за кухонный стол. Прошлой ночью, когда она лежала в своей кровати и обливалась горячими слезами, она вдруг напомнила себе, что жизнь продолжается, что это не самое страшное, что может случиться с человеком. В сущности, это довольно банальная история. Из любого несчастья можно извлечь полезные уроки. Когда-то она уже оказалась в глупом положении и не извлекла никаких уроков. Теперь ей представился еще один шанс.

— Как ты себя чувствуешь, Рут? — спросила Джулия и посмотрела критическим взглядом на молодую женщину, явно не созданную для материнства. Из-за полиомиелита, перенесенного ею в детские годы, одна нога Рут была короче другой. К тому же ее тазобедренное строение было нарушено — кости правой стороны были немного недоразвиты.

— Я чувствую себя превосходно.

— Ты уже была у доктора Бичема?

Рут кивнула головой. — Он говорит, что успешное рождение ребенка будет зависеть от ряда обстоятельств — от размера головы ребенка, от того как легко он будет выходить, а также от моих физических усилий.

Джулия одобрила откровенное признание доктора Бичема, хотя оно напоминало ей отдельные цитаты из учебника по акушерству. Она вспомнила свой разговор с ним вчера вечером и его признание того опыта, который она приобрела здесь. Если во время родов Рут возникнут трудности, он, вероятно, вынужден будет обратиться к ней за помощью.

Рената вытащила из печи сковородку со сладким печеньем. Затем они налили еще немного кофе. Джулия попыталась оценить вкус выпеченного печенья и всячески делала вид, что ей приятно находиться в компании этих двух женщин. Разумеется, это отвлекало ее от дурных мыслей, но в подсознании она ощущала мерзкое чувство обиды. У нее было такое чувство, что отныне каждое утро ей придется бороться с укоренившимся в душе отчаянием.

Через полчаса Рената поднялась из-за стола. — Если ты чувствуешь себя хорошо, может быть, мы с Рут пойдем домой, — сказала она. Ее мягкие и темные глаза были преисполнены симпатии к Джулии.

— Я не больна, Рената, — сказала Джулия. Ей очень не хотелось, чтобы с ней обращались, как с заслуживающей жалости обиженной и оскорбленной женщиной.

Рената обменялась взглядом с Рут, — Разумеется, ты не больна.

— Осталось всего три недели до Четвертого июля, — сказала Рут подбадривающим тоном. — Будем с нетерпением ожидать этого дня.

— О да, конечно, — сказала Джулия с полным равнодушием.

У двери Рената крепко обняла Джулию, обняла по-настоящему, а не так, как обычно это делают женщины при прощании. — Дорогая Джулия, — прошептала она, — я чувствую, что это была отчасти и моя ошибка.

Джулия ответила на ее крепкое объятие, и на ее глазах показались слезы. — Я была полной дурой, Рената.

Когда они ушли, Джулия вернулась в дом и пошла в кабинет Эдварда. Там она села в большое кожаное кресло и уставилась на длинные полки книг, стоявшие у стены. Но все ее мысли были заняты Рут. Через несколько минут она поднялась с кресла и подошла к книжным полкам. Она сняла с полки книгу Ходжа «Принципы и практика акушерства», затем порылась еще немного и нашла другие книги на эту тему. Может быть, они помогут ей забыть все случившееся.

ГЛАВА 21

Бат был одним из самых крутых шахтерских городков — диким, полным насилия и чрезвычайно опасным. К тому же он был просто безобразным. Он был расположен на широком склоне у подножья большого холма со скалистыми вершинами. Почти на каждой вершине возвышались строения шахт, которые иногда опускались почти на тысячу футов вниз.

Джиб где-то слышал, что Бат простирался на одну милю вверх и на одну милю вниз. Он также слышал, что этот городок работал почти полные сутки. Оказалось, что это чистая правда. Салуны, кафе и всякого рода забегаловки никогда не закрывались. Центральная часть города была усеяна различными увеселительными заведениями, где всегда слышались звуки пианино, рулетки, шумные голоса посетителей и громкие споры игроков в покер. Главная улица этого города была переполнена запахами виски и греховных наслаждений.

Когда он впервые прибыл в этот город, он не собирался сразу же окунаться в этот бедлам. Прежде всего он остановился у банка, положил на счет свои деньги, а затем снял комнату в каком-то захудалом отеле, по сравнению с которым отель Ригел в Стайлзе выглядел настоящим дворцом. Он провел остаток этого дня, потягиваясь на постели, прислушиваясь к писку крыс и звукам карет под его окном. Но больше всего он думал о Джулии.