Предначертано судьбой - Деланси Элизабет - Страница 57

— Мы на правильном пути.

— Рад слышать это, — сказал Барнет. — Я ожидал, что ты уже далеко продвинулся на этом пути.

Барнет мог также добавить: — С деньгами Джулии, так как он думал именно об этом. Барнет был единственным человеком, кроме, разумеется, мистера Кулиджа, который был хорошо осведомлен насчет ее инвестиций.

— Нет никакого смысла уходить от многообещающей шахты, — сказал Ли, стараясь поддержать своего друга и избавить его от необходимости отвечать на назойливые вопросы. Он украдкой посмотрел на Джиба, и его усы слегка приподнялись в едва заметной усмешке.

— Я слышал об одном парне, — вступил в разговор Уолт Стрингер, попыхивая своей трубкой, — который несколько лет назад работал в горах у Гарнета. Так вот, он купил несколько никудышных шахт и разбросал в них какое-то количество хорошей руды. Потом он раструбил всем о том, что нашел руду, нашел хорошего покупателя, продал эти шахты за хорошую цену и исчез. Новые владельцы шахт оказались, таким образом, собственниками пустых тоннелей и ничего не стоящих бумаг.

— Это один из старейших способов надувательства, — сказал Джиб.

— А ты когда-нибудь использовал такой способ? — спросил Барнет, покачиваясь на своих каблуках. Он стоял перед Джибом, заложив руки за спину.

Джиб почувствовал, что у него вспотела шея под воротником. Он действительно уже порядком устал от людей, которые думали о нем самое худшее. — Я скажу тебе один непреложный факт, — начал Джиб. — Любой парень, который просыпается каждое утро с мыслью быстро разбогатеть, к вечеру начинает думать о том, как ему прокормиться.

— Кому, как не тебе знать об этом, — весело сказал Уолтер, и эта шутка заставила всех громко рассмеяться.

Джиб хотел было ответить что-то резкое на шутку Уолтера, но затем передумал и решил, что пусть он потешится немного. Если говорить строго по существу дела, у/о Уолтер Стрингер был вполне порядочным человеком. Все его очерки, напечатанные в газете «Сентайнел», оказывались очень забавными и правдивыми.

К труппе мужчин подошел Отис Чэпмен в сопровождении человека с каменным лицом и песочного цвета волосами. Он был могучего телосложения, как будто вырублен из скалы. — Джиб. это Эб Эймс, — представил его Отис, — Это тот самый человек, о котором я тебе рассказывал. Он собирается принять участие в состязании горнодобытчиков.

Джиб с удовольствием пожал руку этому человеку. — Рад познакомиться с тобой, Эймс.

Эймс был симпатичным человеком, но он, вероятно, никогда не утруждал себя улыбкой. — Мне тоже очень приятно, мистер Бут, — сдержанно сказал он. — Я слышал о тебе много хорошего от моего сына Джимми. — В речи этого человека был заметен след от корнуэльского диалекта. — Отис говорит, что ты крутой парень.

— Крутой парень, это не совсем то, что мы думаем, когда имеем в виду Джиба, — сказал Уолтер Стрингер, вызвав новый взрыв смеха всех присутствующих.

— Отстань, Уолт, — раздраженно сказал Ли, покраснев от досады за своего друга. — Это не по-христиански — нападать на человека в это воскресное утро.

Уолт спрятал в карман трубку и обнял Джиба за плечи, что можно было расценить, как жест примирения и прощения. — Я знаю лишь одно — никто еще не называл своего ребенка моим именем. — Он вытащил из внутреннего кармана пиджака серебряную фляжку и протянул ее Отису. — Это за твоего Джилберта, чтобы он вырос здоровым, и чтобы ты мог гордиться им.

— Ваше здоровье, — сказал Отис и сделал глоток из предложенной ему фляги.

Фляга стала переходить от одного мужчины к другому. Джиб был крайне удивлен тем обстоятельством, что эти люди распивали спиртное прямо у здания церкви, хотя и не на глазах у женщин. Но с другой стороны, подумал он, сегодня ведь совершенно особый случай. Когда Барнет протянул ему флягу, Джиб принял ее и сделал глоток.

Как только они все немного угостились, разговор тут же перешел в другое русло. Они стали говорить о местных политических событиях, о предстоящей в следующем году конституционной конвенции и о том, выиграет ли Гарлан Хьюгз выборы в местные органы власти. Джиба практически ничего не интересовало в этих разговорах. Он был очень рад, что здесь под деревьями не было самого Хьюгза.

Он бросил взгляд на Эта Эймса, который отошел в сторону и уныло ковырялся в грязи, прилипшей к его сапогам. По всему было видно, что его также не интересуют подобные разговоры. — Как там поживает твой малыш? — спросил Джиб.

Эймс кивнул головой на склон у церкви, где светлоголовый Джимми резвился вместе с другими мальчишками. — Его ноги хорошо подкованы, — сказал Эймс. — Он часто вспоминает тебя, мистер Бут. Он говорит, что ты обещал ему научить его карточным фокусам.

— Он, кажется, действительно заинтересовался этим делом.

— А вон там стоит моя жена с маленьким Вирджилом и Тилли. — Джиб посмотрел туда, куда показал ему Эймс, и увидел женщину с ребенком на руках и девочкой, державшейся за ее платье. По ее виду можно было догадаться, что она ждет еще одного ребенка.

— Моей жене приходится надеяться только на мою работу в шахте. Поэтому мне обязательно нужно попробовать себя в состязаниях, мистер Бут. А еще, лучше бы ты не учил моего Джимми играть в карты.

Джиб вспомнил, как Джулия говорила ему о том, что матери Джимми не понравится, что он играет в карты. Он был немного смущен тем, что пытался приучить мальчика к картам. — Ты можешь рассчитывать на это, — сказал Джиб. — И зови меня просто Джиб.

— В таком случае, ты можешь звать меня просто Эб. — Эймс сложил руки на груди и посмотрел на Джиба более теплыми глазами. — Я подниму наверх гранит за два дня до соревнований, с тем, чтобы люди могли потренироваться. Если мы будем партнерами, нам понадобится дополнительный стальной бур. Я посмотрю, сказал он, — может быть, мистер Хьюгз разрешит мне взять с собой из шахты.

— Я принесу стальной бур со своей шахты, — сказал Джиб. Ему пришлось еще раньше закалить этот бур на тот случай, если в тоннеле попадется твердая порода.

— Ну, в таком случае все будет нормально, — сказал Эб.

Джиб вдруг вспомнил, что его уже не будет в Стайлзе до Четвертого июля, когда начнутся соревнования. В это время он уже должен быть снова на востоке вместе с семьюдесятью пятью тысячами долларов в кармане.

— Я слышал, что ты уже опустился на четвертый уровень, — сказал он, стараясь перевести разговор на другую тему. — Как все это выглядит?

Лицо Эба стало слегка настороженным, а глаза быстро забегали. — Руда не всегда лежит там, где ты собираешься ее найти.

Его уклончивый ответ подстегнул любопытство Джиба. Он более пристально посмотрел на собеседника. — Что это означает, черт возьми?

— Там немало хорошей руды, но она вся пятнистая, вперемежку с пустой породой.

— Можно хоть примерно определить ее количество? Эб пожал плечами и проворчал куда-то в сторону: —

Полагаю, что это некоторое среднее количество.

Джиб снял шляпу и провел рукой по волосам. Нет ничего плохого в том, что человек неразговорчив. Джиб часто встречал таких людей. Но когда человек быстро прекращает разговор на определенную тему и старается не смотреть собеседнику в глаза, это всегда наводило Джиба на размышление.

— Говорят, что «Континентал» уже практически мертв, — сказал Джиб. — Конечно, никто не знает, что может находиться на пару дюймов ниже.

Эб промолчал.

— Я и Отис стараемся определить состояние руды по ее оттенку. Мы работаем в Ратлинг Роке, — продолжил Джиб. — Это не очень надежное средство, но оно позволяет не работать нам вслепую.

Может быть, люди в бригаде Эба более квалифицированы, думал Джиб. Может, они исследуют руду тогда, когда она уже доставлена на поверхность. Но трудно было себе представить, чтобы первоклассные горнопроходчики не могли определить состав руды в самом забое.

Джиб продолжал рассказывать Эбу о своей философии горного дела, о том, что они с Чэпменом планируют сделать в Ратлинг Роке, о своих планах на будущее. Во время этого разговора ему пришла в голову совершенно другая мысль. На шахтах «Континенталя» были остановлены около двадцати камнедробилок. Вся смена шахтеров, работавших на поверхности, получила свои деньги и была отправлена в город. Какая-то бригада начала копать на другом уровне и поднялась наверх совершенно пустой. Потом появились сообщения о том, что у них возникли проблемы с оползнями.