Пламя Силаны (СИ) - Куранова Ольга Алексеевна - Страница 22

По контрасту с его смуглой кожей обнаженная ступня Делии казалась ослепительно белой.

Рейз опустился перед Силаной на одно колено, потянулся к ее ноге.

Она вздрогнула, отдернулась назад, совершенно рефлекторно — просто даже представить не могла, что позволит ему снять с себя обувь.

Дотронуться.

Запачкаться.

Что она покажет ему мозоли от долгой ходьбы и крохотный шрам от раны, которую она много раз обещала себе исцелить — вот сейчас, на ближайшем привале, как только станет чуть меньше раненых — и так и не исцелила.

У Рейза потемнели глаза и выражение лица стало совершенно равнодушным, холодным.

— Не бойся, отмоешься потом, — голос показался ледяным. Пробирал до костей.

Рейз все понимал неправильно, и Силана не могла ему объяснить:

— Все в порядке. Я разуюсь сама.

Она поспешно стянула туфлю, потом вторую. Постаралась встать так, чтобы подол платья полностью прикрывал ноги.

Рейз поднялся.

Коэн взял Делию на руки.

Силана знала, что должна сделать, и не могла себя заставить.

Ей хотелось дотронуться до Рейза — с самого первого мгновения, с первого взгляда. Дотронуться и украсть немного той силы, той раскаленной уверенности, которой он жил и дышал.

Ей хотелось вспомнить, как она чувствовала себя, когда он сказал ей снять плащ, когда положил ей руки на плечи.

Ей хотелось забыться в его чистоте — чистоте человека, который ни о чем не сожалел и ничего не стыдился — и, хотя бы на пару мгновений, всего на несколько ударов сердца перестать чувствовать себя грязной.

Это было нечестно по отношению к Рейзу, и Силана уже заранее чувствовала себя виноватой.

Он шагнул к ней сам, протянул руки, процедил сквозь зубы:

— От нас этого ждут.

Она кивнула и осталась на месте.

Рейз подхватил ее на руки, легко, словно она ничего не весила.

Силана закинула ему руку за голову, поджала пальцы на ногах.

— Расслабься, — шепнул ей Рейз. — Я не уроню.

Украдкой, уже заранее ненавидя себя за слабость, Силана коснулась его волос. Будто бы случайно.

Рейз вздрогнул, и глаза у него в тот момент казались почти черными.

Он глубоко вдохнул — она почувствовала движение грудной клетки — выдохнул и шагнул на платформу.

Силана подумала, какими горячими были его ладони. Обжигали сквозь платье.

Как же она, оказывается, замерзла.

Он нес ее легко, аккуратно и очень бережно. И злился.

Силана это видела.

Под его сапогами похрустывали осколки стекла, сминались цветы, но он шел спокойно и уверенно.

И, наверное, глупо было спрашивать, но Силана все равно не удержалась:

— Вам не тяжело?

Он замер, будто запнулся, посмотрел на нее с искренним, почти комичным изумлением и сказал:

— Нет.

— Простите. Мне не стоило спрашивать.

Он поднес ее к постаменту, аккуратно поставил.

Его ладони покоились у Силаны на талии. Жгли сквозь одежду.

Она посмотрела вниз, и он убрал руки, отвернулся.

— Рейз! — тихо окликнула она, но он все равно услышал, оглянулся на нее, и Силана сказала:

— Пусть Огненная Матерь благословит вашу победу.

Он усмехнулся и поправил:

— Нашу. Пусть благословит нашу победу.

Рейз с Коэном сошли с платформы почти одновременно, и та начала подниматься. Она плыла медленно и плавно и остановилась чуть ниже уровня трибун — в Зале Шипов они располагались почти под самым куполом — наверное, так с них отлично просматривался и весь лабиринт, и платформа.

Лабиринт был вертикальным — переходы и лестницы цеплялись за стену, разветвлялись и вели вверх, к платформе.

Какие-то его участки были утыканы кольями, перегорожены решетками.

Наверное, Коэн знал этот лабиринт так же хорошо, как свой собственный дом.

Рейзу предстояло искать путь впервые.

Мог ли он справиться? Был ли у него шанс?

Вопреки всему, Силана верила, что да.

Мастер Арены сделал знак, и в центре платформы над высоким узким постаментом завис в воздухе ключ — он был примерно в локоть длиной, с большой витой ручкой, которая поблескивала в свете колдовских светильников.

Делия помахала Силане рукой и послала воздушный поцелуй.

Почему-то даже такой простой, такой обыденный жест выглядел у нее красиво.

А потом ударил гонг, и Рейз с Коэном ринулись в лабиринт.

Первый этап проходил вдоль стены и был сравнительно несложным — нужно было просто обогнуть все препятствия, прорубиться мечом вперед, перелезть через шипы. Рейз и Коэн были примерно равны. Коэн знал лабиринт лучше, но Рейз был быстрее, успевал подстроиться под его темп, найти следующий переход. Вертикальная часть лабиринта была сложнее, и опыт и выносливость там играли большую роль, чем скорость.

На ней Рейз отстал, запутавшись в том, какая из трех лестниц наверх вела к правильному пролету.

Силана почувствовала, как сильно и быстро заколотилось сердце. Ключ притягивал взгляд — он был так близко и можно было взять его. Просто перетерпеть боль, дойти и выиграть в одиночку.

Но Рейз сказал ей, что справится, и, наверное, это был последний шанс ему довериться.

Ведь пока еще ничего не решилось.

Он еще мог успеть.

И не так уж много времени требовалось, чтобы дойти до ключа.

Коэн поднимался все выше и выше, легко обходил препятствия, избегал ловушек.

Рейз вдруг остановился, приложил руку, заслоняя лицо от света и вгляделся в лабиринт впереди.

В переплетение переходов и лестниц, которые Силане казались простыми и понятными, потому что она смотрела на них со стороны, но которые для него должны были сливаться в единый неразличимый клубок путей.

Рейз всматривался внимательно, потратил на это несколько драгоценных секунд, а потом разбежался и прыгнул.

Его тело вытянулось в струну, в напряженную, невозможную прямую линию — и на несколько секунд показалось, что он летит.

Силана не услышала — почувствовала, как охнул зал и сама затаила дыхание.

Всего мгновение, но все вокруг замерло, прежде чем звук взметнулся под куполом, грохотом прибоя, гигантской волной: зрители кричали, размахивали руками.

Силана стояла как парализованная.

Рейз подтянулся вверх — было видно, как напряглись мышцы его рук, спины. И вернулся в лабиринт — в ту часть, которую уже прошел Коэн.

«Он запомнил, — стрелой пронеслось в голове Силаны. — Он запомнил его путь, и ему так проще ориентироваться».

И все же гладиатор Делии ушел слишком далеко вперед.

Он был медленнее Рейза, но не настолько медленнее.

И вдруг, почти у самого выхода к платформе, на узком и длинном помосте, крепившемся сразу к стене, он замедлился. Достал из ножен оружие.

Так, словно намеренно ждал и готовился к поединку.

Силана посмотрела на Делию.

Та следила с улыбкой, сделала знак Коэну и тот остановился, эффектным движением прокрутил короткий гладиаторский меч в руках.

Почему этот помост? — подумала Силана. — Если ему так хотелось поединка с Рейзом, почему было не устроить его на самой платформе, между постаментами для хозяев?

Но на узкой платформе Рейзу было бы сложнее использовать свое преимущество в скорости и ловкости. Коэн остался ждать там, где ему было бы удобнее сражаться.

Рейз понял это и замедлился тоже, снизил темп, восстанавливая дыхание, быстрым привычным движением стер пот со лба, тоже достал гладиус.

Приглядевшись, Силана поняла, что помост, на котором они встретились, был на самом деле переходом и соединял две части лабиринта.

Даже если бы Рейз не перепрыгнул, если бы он просто прошел свою часть так же быстро, как и Коэн, они бы встретились — совсем близко от выхода к платформе.

Это выглядело эффектно — поединок за право подняться к хозяевам, получить ключ. И зрители отзывались, реагировали на эту эффектность.

А Силана смотрела, чувствовала, как скручивало все внутри надеждой и страхом, и думала, что на войне, в грязи и крови, это было бы невозможно.

Никто не стал бы ждать врага и давать ему права на поединок. И все закончилось бы быстро и скучно.