Истины нет (СИ) - Ефимкин Максим - Страница 37

Сердце лорзана заныло, душа воспарила, и слезы хлынули градом: он понял, кто стоит под навесом из белого камня. И если бы невидимая рука не продолжала обхватывать его кисть, аарк бы давно выпал из обессиленных пальцев.

Тем временем вышедшие из леса, ничуть не смутившись, двинулись напрямик к встречающим. Игнорируя бегущую неподалеку в густой траве тропинку, изливающую белый свет прямо из камня, они без стеснения приминали сочную траву и топтали попадающие под ноги бутоны цветов, которые, впрочем, тут же распрямлялись за ними. За пять шагов до навеса они остановились, и вперед вышел старший.

— Приветствую тебя, Генерал, — произнес он сухим, даже деловитым тоном и поклонился одной головой.

В глазах его блеснула практически незаметная искра.

«О, Прощающий Грехи, неужели это и есть Генерал Их воинства? — граф хотел мгновенно броситься на колени, подползти к светлым воинам и целовать их руки, но едва слышный голос напомнил ему, что это всего лишь видение.

— Приветствую тебя, Цепперион, — ответил Генерал дружелюбно. — Рад видеть тебя в добром здравии.

— Генерал, — Цепп проигнорировал добродушные слова и тон Живущего Выше. — Как и надлежит нашему договору, — при этих словах его подбородок гордо приподнялся, — по истечении сил одного из ходящих его должно заменить другим готовым к услужению воином. Таким образом количество ходящих останется неизменным, и мы не превысим установленную нам норму.

— И новый ходящий пришел с тобой? — спросил Генерал, хотя ответ был очевиден, но таковы были правила церемонии.

— Да. Он стоит по правую руку от меня. Имя его — Феррронтарг, — Цепп оглянулся через плечо. — Подойди, воин.

Кйорт сделал несколько шагов и поравнялся с Цеппом.

— Кого он заменит? — снова по правилам спросил Генерал, хотя и тут уже знал ответ.

— Ирпича Огу, — ни секунды не промедлив, ответил Цепп. — Он пал в бою, а Феррронтарг займет место ходящего, чтобы служить Живущим Выше.

— Подойди, молодой Феррронтарг.

Ходящий мельком глянул на Цеппа, тот кивнул. Юноша подошел к генералу. Теперь между ними был всего лишь шаг. Рослый, широкоплечий военачальник нависал над ходящим, словно утес.

— Во имя Живущих Выше и Ор-Нагата. Я по собственной воле присоединяюсь к Высокому Воинству Выше Живущих и обещаю посвятить силу, дарованную мне Нейтралью, и знания, переданные Высшими и Первыми Духами, а также учителем и отцом, делу благочестия Храмов Великого Кольца Планов. Клянусь подчиняться уставам Живущих Выше, их правилам и законам в военное время, а также не нарушать их в мирное. Обязуюсь подчиняться военачальнику Высокого Воинства, ежели он того потребует, — Кйорт выдохнул, и холодный тон заученно проговариваемых слов вдруг потеплел. — Обещаю любить своих друзей, воинов Храмов-Переходов, и кровью, если придется, защищать их пред любой опасностью, как и весь свой народ — йерро. Клянусь биться с Нечистым и войском его, пока рука держит аарк. Клянусь против врагов своих и недругов Высокого Войска, с копьем подступающих к Святыням нашим, обнажать аарк. В этом перед Генералом и Аватарами Войска Высокого и друзьями своими клянусь. И если я нарушу клятву, пусть кара смертная постигнет меня и весь род мой.

Произнеся эту немного сумбурную и несвязную речь, которая была придумана давным-давно Первым Ходящим, Цеппом, в момент первой присяги и с тех пор стала единственной клятвой всех ходящих перед Принятием, Кйорт опустился на колено, склонив голову.

— Клятва принята, — одновременно сказали молчавшие до сих пор воины за спиной Генерала.

— Клятва принята, — подтвердил сам Генерал и позволил Кйорту подняться.

Ходящий вернулся за спину товарища.

— Генерал, — Цепп глянул прямо в глаза Генералу, хотя для этого приходилось высоко поднимать голову, — йерро продолжают держать свою клятву. Осталось, чтобы Живущие Выше не забыли своих обещаний.

— Не забудем, — пообещал Генерал.

Казалось, он хотел сказать еще многое, но произнес лишь:

— Проведи Ирпича Огу в последний путь, как надлежит.

— Я проведу его, как желал бы он сам, — с вызовом произнес йерро, — теперь он не служит Праведникам. Прощайте, Генерал.

Цепп резко развернулся и пошел к лесной дороге. Феррронтарг поклонился и поспешил следом.

Белое марево не спеша расползалось, облака расступались, и сквозь туман проступили очертания комнаты. Аарк иссохшей гигантской костью лежал на коврах. Кйорт бережно подобрал его и вернул в ножны. Лорзан, тяжело опершись рукой о стол, смотрел, как сверкающий ранее всеми гранями меч обратился в невзрачный кривой бивень элефанта и исчез в ножнах.

— Что это было? — дрогнувшим голосом спросил он.

— Воспоминание, — ответил Кйорт, — очень старое воспоминание, которое я никогда не смогу забыть, даже если сильно захочу. Это моя клятва.

Шум на улице приутих, но Кйорт сознавал, что он всего лишь переместился внутрь гостиницы. Ходящий понимал, что вот-вот раздастся стук в дверь и охрана сообщит лорзану о причинах волнения на улице, но в любом случае, будь то подтверждение его опасений или нет, следовало поторопиться.

— Ты один из них? — дрожащим голосом спросил рыцарь, и в глазах его появился блеск, который следовало тут же притушить, — блеск фанатика. А меньше всего Кйорту нужен был сейчас фанатик.

— Нет, лорзан. Мой народ называется йерро. Вряд ли ты слышал о таком.

Ходящий намеренно перешел на «ты», но Энрих словно этого не заметил.

— А я всего лишь воин. Но я служу Живущим Выше. Таких, как я, называют «ходящими».

Искра потухла. Кйорт удовлетворенно прищурил глаз и быстро продолжил говорить:

— Так уж случилось, что я сейчас среди людей, и не надо расспросов. Большего я не скажу. Ты и без того знаешь сейчас больше, чем любой человек Немолчания. Но я знаю, ты поверил мне, я вижу это в твоих глазах. И ты веришь мне, хотя тебе страшно, и не надо стыдиться этого. И сейчас ты должен помочь мне убраться из города.

— Убраться? — Лорзан вздрогнул, все еще не веря в реальность происходящего.

— Именно. Не сию минуту, а, как я и говорил, на корабле. Я подозреваю, что меня будут искать. Хотелось бы мне ошибаться, но, если нет, тогда ты поможешь мне. Никто не должен меня видеть у тебя в комнате, и никто не должен узнать меня, когда я завтра взойду на палубу «Моржа».

— Искать? — граф все больше удивлялся.

— Конечно, — Кйорт снисходительно улыбнулся: этот рыцарь поможет ему и, если придется, отдаст за него жизнь. — Человеку сложно принять существо иное как друга. Вот и во мне часто видят врага. Если бы ты, без объяснений и надлежащего разговора, увидел, как мое оружие обратилось в кость, едва ли ты послушал бы дальнейшие объяснения. Скорее всего, у тебя было бы одно истолкование, и оно разительно отличалось бы от истины.

Лорзан кивнул, и в этот момент раздался стук в дверь. Йерро отошел в тень комнаты и стал рядом с тяжелой шторой: отсюда ему было видно все, что делается на улице, и слышно, о чем говорят у двери, сам же он слился с темнотой и стал незаметен. Граф шумно выдохнул, приняв властный вид, и отворил дверь. На пороге стоял его телохранитель, а за его спиной виднелась пара крепких солдат из городской охраны.

— Господин, — телохранитель поклонился, — городская стража ищет некоего человека, совершившего преступление в северных графствах и приговоренного к «очищению»…

— Лорзан, — вступил в разговор один из солдат, выходя вперед. На металлическом наплечнике блеснул выкованный знак лейтенанта. — Нам наказано проверить каждое помещение этой гостиницы: тут видели схожего с описанием человека.

— Кем наказано? — насмешливо спросил Энрих.

— Есть указание старосты…

— Старосты? — граф расхохотался в голос. — Старосты! Даже не барона Геннỳ? Даже если бы сам городовой дал такой указ, я бы вышвырнул вас вон. Как вы смеете являться к рыцарю Ирпийского ордена с подобным? Пошли прочь! Керри, вышвырни их.