Дары золотой жемчужины (СИ) - Шатров Дмитрий - Страница 43

Три сержанта и лейтенант выскочили из дома, как будто их сраным веником подгоняли. Через тридцать секунд они сидели по местам в заведённом «Фалькатусе». А ещё через минуту по крыльцу сбежал Франт, прижимая к животу саквояж, и нырнул в люк с лёгкостью легкоатлета.

— Поехали, — донёсся из салона его голос, теперь звучавший фальцетом.

Люк закрылся, машина тронулась, боднув отбойником не открытые до конца ворота, и рванула к первому КПП. Ждать Франт никого не собирался — своя шкура дороже. Давильщик слегка охренел от таких раскладов, но важность ситуации прочувствовал. Чуйка старого приспособленца не подвела. Он прыгнул в свой БМП и скомандовал отправление. Бронемашины проскочили пропускной пункт через две минуты после «Фалькатуса». Их даже проверять не стали. В спешке экстренного сваливания, инициированного куратором, институтские бойцы даже ворота закрыть забыли. Как, собственно, и своего наблюдателя, попавшего в плен к военным, и Монгола, запертого в подвале.

Глава 20

— Не знаю, как будет с местной Ордой, но Батыя мы бы точно победили, — Майор шутил бодрым голосом, стараясь поднять настроение своим бойцам.

Судя по улыбкам, появившихся на суровых лицах воинов, ему это удалось. Основные приготовления к отражению нашествия закончились, осталась проверка на прочность. Стена была буквально утыкана разномастными, преимущественно крупнокалиберными, стволами. На улицу, идущую параллельно периметру, дополнительно выставили бронетранспортёры. Все, которые имелись в наличии. Вторая линия обороны. На случай самого неблагоприятного исхода.

— Товарищ командир, разрешите обратиться, — патрульный кричал издалека, размахивая на бегу руками, — мы там чёрномундирника нашли.

— Какого чёрномундирника, где? — опешил Майор, он, если честно, больше никаких новостей не хотел, хватало ему уже.

— Да обыкновенного, институтского. В палисаднике, недалеко здесь.

— Ну и ведите его сюда.

— Так уже, товарищ командир, — патрульный ткнул пальцем в переулок, — вон же он.

Два бойца конвоировали человека в чёрной униформе, со скованными за спиной руками. Знаки отличия институтского спецназа и офицерские погоны с четырьмя маленькими звёздочками. Капитан Монгол, кому ж ещё быть.

… Монгол очнулся, пытаясь восстановить в памяти причины, по которым он здесь оказался. В тёмном сыром подвале с мокрыми стенами, низким потолком и густым запахом плесени. А когда вспомнил, то сочно выматерился, помянув Институт, Франта и всех его родственников, до седьмого колена. Потом понял, что забыл про Давильщика, и выругался снова, ещё цветистее. Оценить свои поступки словами «великого и могучего», сил уже не осталось. Сломанные рёбра, знаете ли, не способствуют ораторскому искусству.

Да что там ораторствовать. Дурак, он дурак и есть. Нашёл перед кем свою порядочность демонстрировать. Тьфу! Бисер перед свиньями… По-другому и не скажешь. Самокопания, впрочем, надолго не затянулись. Слишком уж место неподходящее. Монгол завозился, дополз до стены и там уселся, максимально разгрузив болевший бок. Эх, живца бы сейчас хлебнуть двойную дозу, да мяса жареного большой кусок. Мигом бы всё прошло. Но чего нет, того нет. Капитан прикрыл глаза, припоминая медитативные техники, пробуя восстановить силы доступными методами.

Сколько времени пролетело за этим занятием, капитан не знал, но вдруг услышал… Нет, совсем наоборот. Ничего не услышал. В том смысле, что за дверью и наверху воцарилась тишина. Если раньше доносились голоса, шаги над головой, пыхтение охранника, то сейчас весь этот шум прекратился. Монгол подобрался к двери своей темницы. Прислушался. Точно ничего. И судя по всему, никого. А это в корне меняет дело.

Хоть, официально за капитаном и не числилось никаких способностей, но Дар у него всё-таки был. Слабенький, неразвитый, но был. Монгол мог перемещаться в пространстве. Телепортироваться, если выражаться привычной терминологией. Причём полностью игнорируя препятствия. Беда заключалась в том, что расстояние перемещения было не велико. Сантиметров тридцать пять от силы. Монгол и не понял сразу, что это Дар, когда случайно его активировал. Подумал сперва, что просто оступился.

Капитан поначалу пытался его развивать, но потом бросил. Накладно выходило и без особого прогресса. Прибавка в полтора сантиметра на стакан съеденного гороха, не самый желанный результат. А какие препятствия преодолевать таким способом? Не на каждый забор хватит. Да и перелезть — быстрее выйдет. И безопаснее. Застрять в толще бетонной плиты — удовольствие сомнительное.

Но сейчас Монгол был готов рискнуть. Он встал и подошёл вплотную к порогу, уперевшись носками сапог в приступок. Глубокий вдох и активация дара. Впритирку, но получилось! Холодный металл дверного полотна ожёг ягодицы прямо через плотную ткань форменных штанов. Но это, скорее, от страха показалось.

Капитан, не теряя времени, застучал каблуками вверх по лестнице. Дальше, всё пошло проще. Ни одной закрытой двери не встретилось. Выскочил в распахнутые ворота на улицу и побежал вдоль домов. В каком-то палисаднике споткнулся, упал. Там его и нашёл патруль…

— Похоже, у вас были сильные разногласия с институтом, — Майор придирчиво оглядел пленника, — или конкретно с Франтом?

Бывший институтский спецназовец в ответ лишь криво усмехнулся. Слова были не нужны, и без них всё ясно.

— Я много слышал про вас, капитан, — продолжил военный, — и в основном хорошего. Поэтому хочу пригласить вас присоединиться к нам. Если, конечно, нет каких-то личных ограничений. Да снимите уже с него наручники кто-нибудь!

Последние слова адресовались патрульным и были равнозначны приказу. Один из поддерживающих Монгола парней достал из подсумка ключ и отомкнул оковы. Капитан с облегчением распрямился, насколько позволила боль в повреждённых рёбрах, и стал растирать натёртые запястья. Насмешка судьбы, так это называется. Ещё недавно раздумывал, как бы из Перевалка личный состав к себе переманить, а тут, смотри-ка, ответное предложение. Майор, тем временем продолжал говорить, словно Монгол уже согласился.

— С занимаемой должностью мы потом определимся, если выживем, конечно, — и, в ответ, на недоумевающий взгляд капитана, пояснил, — Орду ждём, а людей не хватает. Вы сейчас давайте в медпункт. Ребята проводят. Там вас девчата в порядок приведут и вколют чего-нибудь обезболивающего. Лекарь-то наш на выезде. Да, и скажите, чтобы накормили человека.

Патруль ушёл, сопровождая капитана уже как гостя, а минут через пятнадцать началось.

— Вижу множественную цель, удаление семнадцать с половиной километров, — рации выдали в эфир голос командира артиллерийского подразделения, взявшего на себя обязанности корректировщика, — Град один, готовность к залпу.

— К залпу готов, — тут же ответил оператор у пультов запуска первой четвёрки машин.

— Огонь!

Взвыли пусковые установки, выжигая землю позади себя реактивными струями. Ракеты устремились к цели, исчеркав синеву неба дымными хвостами. Сказать, что вскоре земля дрогнула, было бы преувеличением, но бойцы почувствовали под ногами ощутимую дрожь. Через некоторое время донеслась череда гулких разрывов.

— Есть накрытие, — корректировщик довольным голосом поделился своими наблюдениями, — могут оставаться единичные цели. На местах — не зевайте.

По стене прокатился гул радостно-удивлённых голосов. Бойцы не могли поверить, что получилось так легко справиться с первой волной нашествия. Майор с удовольствием слушал непристойные шутки и смех своих людей и не собирался их одёргивать. Когда ещё получится загнать боевой дух личного состава на подобную высоту.

Оказалось, что главный артиллерист не ошибался. Единичные цели не только выжили, они даже не подумали остановиться. Две особи. Два огромных элитных монстра рвались к посёлку, не обращая внимания на то, что остались в одиночестве. Их заметили разведчики, с камер квадрокоптеров. Километров с трёх. Один ломился через посадку — его заметили по падающим кронам деревьев. Второй бежал по полям, поднимая за собой клубы пыли.