В пути (СИ) - Кучаев Тимур - Страница 25

— Деньги-то есть у тебя?

— Есть. — Кивнула девушка.

Сверкнув золотым зубом, ведьма криво улыбнулась.

— С этого и надо было начинать, дуреха.

Жестом велев следовать за ней, старуха прошла внутрь. Проводив гостью на кухню, она достала из массивного и очень старого на вид шкафа с поскрипывающими створками две аляповато раскрашенные пиалы.

— Полагаю, ты знаешь мое имя? — Поинтересовалась чародейка, бодро кроша сухие листья в труху.

— Да. — Призналась Лина, устраиваясь на треногом табурете у деревянного стола, накрытого замызганной желтой скатертью. — Вы — посвященная первой ступени Эриберта.

— Ишь, какая. Даже ступень выяснила, егоза…

Загремев пузатым железным чайником, колдунья залила щедрую порцию травяной смеси кипятком. По комнате распространился приятный запах мяты, ромашки и еще каких-то неизвестных Линнет растений. Дурманящий и резкий он ухитрялся расслаблять и успокаивать, будто обращал время вспять, снимая с плеч тяготы, но оставляя самые добрые воспоминания.

— Пей. — С глухим ударом поставив настой перед девушкой, карга уселась напротив и залпом осушила собственную порцию.

— И кто же тебя, засранку, надоумил ко мне пойти? — Спросила ведьма, прищурившись.

— Дядюшка Ма. — Честно ответила девушка. Сделав небольшой глоток травника, она почувствовала разливающееся по телу легкость.

— Он очень хороший человек, хоть и иностранец. Сказал, что вы берете время от времени девушек в обучение, если они кажутся вам достаточно смышлеными. А еще сказал, что сейчас у вас ученицы нет, после того, как прошлая сбежала из-за тяжести. А еще, что вы хоть и строгая, но он сам видел, как застрявшую в ветвях птичку освободили. С серым оперением, но черным брюшком.

— А еще он ничего не сказал? — Усмехнулась старая ехидна, и Лина, энергично жестикулируя, продолжила:

— Как же, сказал, что вы сильная, но с первой ступени никогда не подниметесь, потому что перессорились с каждым вторым в Башне. А еще назвал двух волшебников, к которым можно обратиться, если вы не примете. Первый — посвященный пятого уровня Маверик, живущий на западе острова в круглом доме, а второй — толстяк Йозеф. Он только второго уровня, зато обладает невероятным талантом запечатывающей магии. Жаль только не объяснил, что это такое.

Выговорившись, довольная девушка сделала еще один глоток чудесного чая и уставилась на Эриберту, ожидая похвалы.

— Весь его талант не стоит выеденного яйца. — Желчно произнесла колдунья, забирая у Лины полупустую чашку. Долив травяного отвара, она пояснила:

— Пока этот жирдяй будет возиться со своими амулетами, его зарежут сотню раз простым кухонным ножом. Лучшее, что он сможет — не обделать перед смертью портки. Дар у него, конечно, обитателям верхних этажей на зависть, да только яиц не хватает…

— Он евнух? — Не поняла Линнет, заставив старуху закрыть лицо рукой.

— Тяжело с тобой придется… Пьешь что подают, веришь первому встречному, слова напрямую воспринимаешь… — Пробормотала карга. — В штаны я к нему не лазала, потому евнух аль нет — не знаю. С характером у пузатика беда. Есть люди со стальным хребтом, а есть слизняки с тонким ивовым прутиком. Йозеф из последних. Сломать не сломаешь, согнется сразу, но и опереться не на что. Да и мозгами Двуликий бедолагу обделил. Только и может, что всякую рухлядь магией заряжать.

— А я вот думаю, что ивовый прутик порой лучше стали. — Робко сказала девушка, надеясь, что за спор ведьма не превратит ее в лягушку. — Он же вырасти может со временем, стать толще. Зарасти, если не сильно поврежден. А железяка как ломается, так все. Конец.

— Знаешь кого-то сломанного или просто по глупости балаболишь? — Сверкнув глазами поинтересовалась Эриберта, и Лина, потупившись, кивнула.

— Отца. Когда-то веселым был, добродушным… Работящим… — Сделав несколько глубоких вздохов, она продолжила. — Крепостью занимался, следил за хозяйством, легко справлялся с любыми проблемами. А четыре года назад, когда мама умерла, изменился. Начал к бутылке прикладываться регулярно… Плюнул на обязанности, свалил дела на дядю… Выцвел на глазах… Мне иногда кажется, он ждет собственной смерти, а я не понимаю как помочь… Бесполезная…

Поднявшись со стула, старуха подошла к девушке и, неожиданно прижав ее к себе, принялась неспешно гладить по голове.

— Ну, ну, успокойся, милая. Есть вещи, которые мы не в силах поменять. Даже выучившись колдовству, мы остаемся слабыми людишками. Знаешь, очень легко уничтожать. — Мягко произнесла бабка, продолжая успокаивать готовую расплакаться Лину. — Сжигать леса, топить корабли, убивать врагов. Любой выродок может сделать хуже. Наоборот — куда сложнее. Порой совсем невозможно. Особенно если близкий теряет желание бороться. Не вини себя в том, чего не можешь изменить, дурочка.

— Предлагаете опустить руки? — Тихо спросила девушка.

— Твоя жизнь, тебе решать.

Сжав кулачки, дочь графа потупила взгляд.

— Только ты можешь определить свой путь. — Разжала руки ведьма. Вернувшись на место, она неспешно провела указательным пальцем по ободку пиалы:

— Кто-то бросает мечты, забывает амбиции, погружается в омут рутины. Думает, спасает этим близких. Может действительно спасает… А может делает вид, успокаивая совесть и убивая здравый смысл… Кто знает, милая, кто знает?

— Но решать мне…

— Именно. — Кивнула Эриберта, задумчиво глядя в пустой угол комнаты. — И ответственность нести тоже тебе…

— У вас в прошлом была похожая ситуация. — Догадалась девушка, и старуха, встретившись с ней глазами, криво улыбнулась.

— Бывала, и не раз… Только знаешь что, милая? Ты мое прошлое не вороши, ни к чему хорошему оно не приведет. И какой-то житейской мудростью я с тобой делиться не буду. Захочешь — возьму в ученицы, покажу основы. Что-то в тебе есть, может и выйдет толк… А нет — так не трать мое время и выметайся.

Резко поднявшись, ведьма убрала чашки со стола и, будто забыв о гостье в собственном доме, оставила девушку одну, скрывшись во внутренних комнатах.

Касиан 3

Резко открыв глаза, Касиан уставился на потолок келии. Темные деревянные балки давно требовали замену. Пробившийся сквозь маленькое чердачное окошко утренний свет легко разогнал тяжелые вязкие сны, и спустя несколько вздохов граф уже не мог вспомнить точащие душу кошмары. Сопящая рядом смазливая послушница пробормотала что-то невнятное и, перевернувшись на левый бок, уткнулась носом ему в плече. Длинные русые волосы защекотали нос, и не удержавшись юноша громко чихнул.

— Как спалось? — Поинтересовалась монашка, тепло улыбаясь. — Некоторые говорят, у нас слишком жесткие кровати, а твои раны еще не зажили.

— Все замечательно. — Смущенно пробормотал парень, стараясь придать голосу побольше мужественности. — Рыцарю не пристало жаловаться на подобные мелочи.

Хихикнув, девица выбралась из-под колючего шерстяного одеяла и с наслаждением потянувшись, дала Касиану великолепную возможность хорошенько рассмотреть себя со спины. Не упуская ни единого шанса подразнить неопытного любовника, она в очередной раз заставила того покраснеть и, довольная произведенным эффектом, задорно ухмыльнулась.

— Ты бы пришла, не будь у меня прав на землю? — Наконец рискнул спросить парень, не отрывая взгляда от подпоясывающей светло-серую рясу красотки. Подперев кулачком подбородок, та на мгновение замерла, изображая напряженную работу мысли, но не выдержав звонко рассмеялась.

— К тебе бы в любом случае отправили кого-то. — Пояснила девушка. — Выжившие в тяжких испытаниях обязаны оставить свое семя, если их состояние позволяет возлежать с женщиной. Так что одна из моих сестер наверняка бы навестила тебя.

— Но не ты?

— Я. — Уверенно заявила послушница и, вновь хихикнув, добавила:

— Ты симпатичный. Только больше наследником не прикидывайся, дурачок. В этих стенах никого не волнуют мирские титулы, но за их пределами тебя снова могут поколотить. Живи как честный человек и наслаждайся жизнью!