Не мир (СИ) - Греховны Фэва - Страница 58

После этого все направились к раздатчику оружия, но уверенности в их взглядах и движениях не было ни на грош.

Андрей закашлялся и из его рта во все стороны полетела гречка. Ребята не шушукались, а просто говорили с набитыми ртами. Выложив лакомство обратно в жестянку, юноша вызывающе огрызнулся:

— А с нами не хочешь, не?

— Я займусь постом на перекрёстке. Добивать бандитов надо, заодно от звука двигателя отвлеку. — ответ хоть и отгремел привычным лязгом, но, тем не менее, был спокойным, если не назвать его равнодушным.

— А что если они в крепость вернулись и заперлись там? — с весомым аргументом встряла в разговор Алина.

— Подъезжая — обратите внимание на руины вокруг, хоть одного часового заметите, возвращайтесь. На ворота тоже посмотрите. Если будут закрыты, то проноситесь мимо и езжайте назад окольными путями, — ребята согласно кивнули, — А если открыты, всё равно, проедете и посмотрите внутрь. Только если ничего подозрительного не заметите, только тогда приступайте. Об охранении не забудьте. Если окажетесь заперты внутри — продержитесь пол часа, я всё сам сделаю.

Брат с сестрой переглянулись, убеждаясь, что ничего не могут возразить или противопоставить старшему.

— Ну ладно… — Андрей снова начал жевать. — Ты тогда первый выходи, а мы пока оденемся, пока зарядимся. — не имея ввиду себя, он очертил ложкой строй.

— Хорошо. Услышите стрельбу — через десять минут выезжайте, но предельно быстро и аккуратно. Скорее всего, и в крепости будут. Если я никого не встречу на перекрёстке — дам сплошную очередь на весь магазин. — лица вокруг смекалкой не блистали вовсе и ему пришлось закончить мысль, — Тоже значит, что выезжайте. — из строя послышались понятливые возгласы.

Решив идти в эту вылазку не обременяя себя обычной одеждой, безымянный надел только бронежилет и заполнил его подсумки магазинами. На первом этаже, с просьбой объяснить материальную часть пулемёта, к нему обратились караульные.

— Товарищ… — здоровяк замер и молча воззрился на Юрия со служивым. — Товарищ командир, понять не можем. — пулемёт с открытой ствольной коробкой стоял на столе за баррикадой. — Уже и почистили, и смазали-перемазали… Ленту укладываешь, вот… — служивый умостил ленту на приёмник, закрыл крышку и потянул за рукоятку затвора, но рама назад не пошла, как будто во что-то упираясь внутри.

В голове безымянного мгновенно всплыло решение:

— Не заполняйте ленту полностью, оставьте одну-две ячейки пустыми.

Караульные быстро произвели нехитрую манипуляцию и… Затворная рама послушно пошла назад.

— Вот так, дядь Юр! А ты всё — слёманый-слёманый… — служивый перекривлял напарника и отправил рукоятку затвора обратно до упора, помещая патрон на линию заряжания.

— Тело сожгли? — вопрос был задан невзначай, когда гигант уже отходил от позиции часовых и не сомневался в положительном ответе.

— На пепелище тела не было, простыня шагах в десяти лежала. — грянул ответ, показавшийся парню громче и раскатистее его собственного голоса.

Повисла неловкая тишина, но Юрий, абсолютно в себе уверенный, добавил:

— Собаки, наверняка. — и задрал брови, подразумевая само-собой разумеющийся вывод и даже ещё один пророкотавший вопрос не пошатнул уверенность мужчины.

— Рядом были части тел, органы, кровь?

Юрий пожал плечами:

— Там много обгрызенных костей валяется. Мы же тела солдат тогда жгли, вот живность всякая их и растащила. Всё что не в куче было — тряпкой пособирали обратно и подожгли ещё раз.

Здоровяк нахмурился и направился к выходу.

После полумрака лагеря, пелена серых облаков показалась ослепительно белой, парень ненадолго прищурился. Ветер, как обычно, спокойно свистел над руинами, заставляя то там, то тут шелестеть лёгкий мусор. Пройдя мимо здания супермаркета, в противоположную от перекрёстка бандитов сторону, выглянул вдоль улицы через квартал. Сейчас она напоминает скорее узкий обрывистый каньон, чем дорогу в две полосы — сплошное бетонное крошево разных размеров и конфигураций. Возвращаясь, оглянулся с расстояния на дымящееся пепелище. Не обнаружив ничего необычного, он свернул внутрь квартала, ранее названного Юрием — Солнечным.

Ремень автомата сполз с плеча, переводчик огня тихо клацнул. Чем больше становилось расстояние до убежища выживших, тем сильнее на голову давила ментальная тишина, как бы подчёркивая отсутствие людей, которые тут должны быть. Которые тут были, но исчезли. А теперь, ловкие ноги, облачённые в гибкую обувь, ступают по их могилам.

…Пустота… Пусто и заполнить нечем… Внутри… Ничем не освещённая тёмная бездна… Но точно знаю, что тут полно промасленных факелов, только искры не хватает…

За очередной руиной появился перекрёсток, а за ним дом, превращённый бандитами в форпост. Ни в бойницах в кирпичных кладках, ни на верхнем полуразрушенном этаже никого не видно. Приблизившись к самому краю устоявших стен, парень лёг и прополз ещё с десяток метров, прикрываясь плитой, рухнувшей откуда-то с верхнего этажа здания. Обломки, щебень, местами дерево и арматура впиваются в руки и ноги, а неизвестные органы осязания комбинезона передают все ощущения прямиком в нервную систему. Однако, гений конструктора этого одеяния лихо предусмотрел насущные проблемы потенциального бойца. Любой мелкий неприятный контакт, пускай даже царапина от битого стекла, абсорбировались костюмом в толще собственных волокон. Безымянный несколько раз улавливал глубокий посыл, от локтей и колен, а осматривая — выявлял впившиеся в ткань блестящие осколки или свежие царапины на полимерных поверхностях, но никакой боли это не вызывало.

Наконец, достигнув максимально близкой к стенам поста точки, где ещё было возможно находиться, не выявляя себя, парень прислушался в последний раз перед рывком. Не заметив ничего и никого ни ушами, ни всем телом, он взял низкий старт и рванул вперёд.

Над обломками, на почти ровном месте, поднимая облака пыли, возникла чёрная фигура. Несколько раз качнувшись из стороны в сторону, чтобы запутать вероятного противника, и держа автомат наготове, безымянный за несколько секунд пересёк открытое пространство перекрёстка и прижался к стене. Как можно ниже наклоняясь под окнами с бойницами, он направился обходить здание, собираясь навестить уже знакомые чертоги.

…Покинули, что ли?…

Выглянув в проход между пятиэтажками и оценив ситуацию во дворе, он не спешил выходить из-за угла. Помня, как сам устроил здесь засаду, всматривался в нагромождение руин, устилающих чрево квартала.

…Никого…

Расслабиться не давала и дверь на рампе, распахнутая настежь. Не могли же бандиты получить разок по щам и сразу же разбежаться. Да ещё и так, что ни звука, ни шороха слышно не было, ни следов не осталось.

Переложив приклад автомата в левое плечо, он резким движением заглянул в коридор. Никого. Ступая на носочках, подобно кошке, парень двинулся внутрь. Открыв глаза как можно шире, словно пытаясь увидеть что-то в темноте, на самом же деле, он инстинктивно пытался увеличить площадь поверхности, на которую сильнее всего может действовать внешний раздражитель — чужой страх. Ведь одежда, притупляет его сверхъестественное ощущение, комбинезон же ничего не блокирует, но голую кожу, чужие эмоции чуть ли не щекочут. Нежная поверхность глазных яблок — наиболее восприимчива к воздействию страха, пусть даже он будет слабым как мельчайший поток воздуха внутри закрытой палатки.

Но, увы, принятые меры не помогли выявить ни хозяев здания, ни кого бы то ни было другого, хотя бы в округе форпоста.

Шаг за шагом гигант подкрался к первому большому помещению. Картина, которую он увидел за дверью, ввела его в недоуменный ступор. Сквозь бойницы в заложенных окнах в помещение проникает дневной свет, пусть снаружи и пасмурно, но внутри эти несколько лучей кажутся яркими. Благодаря им, здесь более-менее светло. На полу, под мерно витающей в воздухе пылью, распластались три трупа, открытые участки кожи и их лица, сплошь избиты язвами, точно такими же, какие были на телах военных в храме. Оружие лежит рядом, а значит, с момента смерти здесь никого не было. Хотя находку могли просто побояться брать. Но в любом случае прошло менее суток с тех пор, как бандиты вполне резво и бодро огрызались из всех стволов.