Пламенный лед (СИ) - Борискова Ольга - Страница 97

***

По дороге домой Макс заехал на рынок. Спешащие после работы люди торопливо сновали между рядами, вокруг стоял шум, продавцы вовсю расхваливали свой товар. Самойлов несколько раз прошел мимо лотков со свежими фруктами, овощами и ягодами, не обращая внимания ни на суету, ни на окрики торгашей. К вечеру немного похолодало, но не настолько, чтобы нельзя было ходить в футболке. Макс все еще чувствовал вину за то, что, не разобравшись, набросился на Лизу с обвинениями накануне. Если бы он не начал орать, как последний псих, дело вряд ли бы дошло до истерики. Утром она казалась такой замученной… С другой стороны, он был рад, что услышал то, что услышал. Не сказать, чтобы он часто думал о том, что у них с Лизой мог быть ребенок, но выкинуть это из головы тоже не получалось. Винить Лизу ему было трудно даже до вчерашнего вечера, а теперь, когда ее полный боли взгляд намертво врезался в память, и подавно. Можно было сколько угодно рассуждать на эту тему, но, как он считал, следовало оставить это в прошлом. Все случилось так, как случилось, исправить ничего уже нельзя. И все-таки у них с Лизой мог быть ребенок… Ему почему-то казалось, что это была бы девочка, похожая на Лизу.

Войдя в квартиру, Макс вручил Лизе увесистый пакет.

- Держи.

- Что это? – Она заглянула внутрь.

- Немного витаминов тебе не повредит, - сказал Макс.

Ему хотелось чем-то порадовать ее, поднять ей настроение. От пирожных Лиза наверняка бы отказалась, поэтому он купил клубнику и черешню.

- Спасибо.

Лиза удивилась. Макс пребывал в приподнятом настроении и в ответ подмигнул. Ей сложно было понять его, еще сложнее понять его заботу. Как реагировать, она не знала. Проще было бы, если б он сказал ей что-нибудь колкое или обидное, а вот ароматная клубника…

- Я сделала греческий салат и сварила овощной суп. Будешь?

Всю вторую половину дня Лиза думала о фотографии, которую нашла в книге. Отвлекалась, забывалась на некоторое время, а потом снова размышляла об этом снимке. Те двое… Целеустремленные, жаждущие новых побед. Она помнила своего брата в те времена, помнила и Макса. Оба амбициозные, готовые идти вперед, не признающие поражений, оба талантливые и убежденные в том, что смогут добиться многого. Два лидера. И два друга.

Чтобы чем-то занять себя, Лиза сварила легкий суп. Готовила она не очень хорошо, как и в случае с книгами, у нее просто не было времени возиться с кастрюлями и сковородками. А может быть, на это элементарно не хватало моральных сил, тем более что ее энтузиазма все равно бы никто не оценил. Экспериментировать на кухне она начала только тогда, когда перебралась в Москву и, надо сказать, порой ей это даже нравилось.

Макс прошел в ванную и вымыл руки. Когда он показался в кухне, Лиза мыла принесенные им ягоды и выкладывала их в глубокую прозрачную миску.

- Ты сама ужинала?

- Я суп ела днем.

- Понятно, значит, будем ужинать вместе, - подытожил он и уселся за стол.

Лиза ничего не ответила. Голубые язычки пламени включенной конфорки лизали дно кастрюли с первым. Перед Максом Лиза поставила глубокую тарелку, себе же взяла небольшую пиалу. Мысленно она обреченно призналась, что не хотела ужинать без него. Сейчас же, накрывая на стол, пришлось признать еще и то, что это ей тоже нравится. Непривычно было думать о ком-то, о ком-то заботиться, и Лиза касалась этого очень осторожно, робко. Макс запросто мог пресечь это в зародыше, и она неосознанно боялась, что именно так он и поступит.

- Неплохо, - сказал Макс, попробовав суп.

Лиза наколола на вилку кусочек брынзы и поднесла к губам. Если бы она не ощущала себя виноватой за то, что грубо влезла туда, куда лезть была не должна, обязательно разозлилась бы на саму себя. Самойлов походил на самодовольного кота, а она ждала его одобрения. Некоторое время они ели молча. Когда Макс закончил с супом, Лиза забрала у него тарелку и поставила в раковину. Потом взяла чистую и положила салат.

- Хочешь еще что-нибудь? В холодильнике есть куриный рулет.

- Ничего не нужно, спасибо.

Макс заметил, что и салат вышел весьма удачно. Хотя вряд ли тут можно было сильно напортачить.

- Что? – спросила Лиза, поймав на себе его оценивающий взгляд.

Она чувствовала себя некомфортно, когда он так на нее смотрел, сразу хотелось прикрыться, хотя на Лизе и так была плотная футболка и свободные домашние штаны.

- Да так, - отозвался Макс с видом человека, который знает что-то, чего не знают другие.

- Макс, - с легким нажимом позвала она и отложила вилку.

Под ее взглядом он сдался.

- Миронов сказал, что нам пора подумать о музыке для новых программ. Тянуть больше нельзя.

- Пора… - растерянно повторила за ним девушка.

Ее вдруг испугала мысль, что совсем скоро им нужно будет выйти на лед и предстать перед зрителями и судьями как пара. Пока этот момент казался далеким и не слишком реальным, но впечатление было обманчиво. Сейчас они могли пробовать, допускать ошибки и снова пробовать, но пройдет немного времени, и этой возможности у них не будет.

Новые программы… Будучи юниоркой, Лиза с особым волнением относилась ко всему, что сопровождало постановку новых программ. От того, насколько гармонично она вольется в образ, насколько хорошо будут подобраны костюмы, насколько чутко она прочувствует музыку и сможет отобразить каждый музыкальный акцент в своем прокате, зависело то, каким выйдет сезон. Лизе нравилось создавать на льду маленькую историю, проживать ее. Но потом что-то в ней сломалось. Пропало то сладостное волнение, которое она чувствовала прежде, душу больше не трогала ни музыка, ни истории, что она катала. Стало как будто все равно. Что-то в ней надломилось. Так продолжалось вплоть до прошлого года, до того момента, когда Миронов взял ее в свою группу. Программы того сезона ставились уже в Москве Женей и Ксюшей совместно с приглашенным хореографом-постановщиком.

- Женя дал нам на это три дня. - Взяв из миски крупную черешену, Макс отправил ее в рот. – Ешь, - протянул Лизе клубнику.

Девушка взяла ягоду и поднесла ко рту. Клубничина была большая, и Лиза откусила половинку. Это оказалось куда сексуальнее того, как она снимала губами с вилки кусочки брынзы. Макс посмотрел на ее губы, потом взял за веточку еще одну черешню и дал ей. Она обхватила ягоду губами и оторвала ее от черенка. Больше всего Макса поражало, что Лиза, судя по всему, даже не думала о том, как эротично выглядит это со стороны.

- Еще кое-что, - с трудом отведя от нее взгляд, проговорил он.

- Что? – На этот раз Лиза сама взяла ягоду.

- Нам предложили сняться в рекламе. Крупный сетевой магазин спортивных товаров.

- Нам?! – недоуменно переспросила Лиза и перестала жевать. – Ты издеваешься?

- Даже и не думал.

Ее реакция немного позабавила Макса. Лизка выглядела такой ошеломленной, будто ей и в голову никогда не приходило ничего подобного.

- Бред какой-то! - сбросив первое удивление, резко сказала Меркулова. – На кой чёрт мы им сдались?! Что хоть это за магазин?

- «Олимпик Спорт». Они считают, что мы сможем привлечь внимание их целевой аудитории.

- Особенно я, - раздраженно бросила Лиза, мимолетным жестом тронув шрам на виске, и порывисто поднялась из-за стола. Резкими движениями, не смотря на Макса, она стала собирать посуду.

Макс молча наблюдал за ней. Подобной реакции он не ожидал. Лиза была расстроена, напряжена, словно ей не в рекламе сняться предложили, а сказали что-то обидное, оскорбительное. Конечно же, она переживала из-за того, что ей пришлось обрить голову, но он не думал, что это длится до сих пор. Волосы у нее отросли уже сантиметров на пять и, как ему казалось, выглядела Лиза вполне нормально. В некоторые моменты, вот когда, к примеру, она ела черешню, даже слишком нормально.

Макс встал и подошел к Лизе сзади. Она мыла посуду и на его приближение никак не отреагировала. Плавный изгиб ее шеи манил, и он с трудом сдержал желание прикоснуться к нему губами. Он легонько подул ей на затылок, но Лиза все равно упорно делала вид, что не замечает ничего, кроме тарелки, которую с остервенением терла.