Пламенный лед (СИ) - Борискова Ольга - Страница 83

- Почему ты всегда делаешь так, как хочется тебе? – тихо спросила она.

- Не всегда. Но сейчас тебе действительно нужно поесть.

- Не хочу с тобой спорить.

- Вот и не спорь.

Вскоре им принесли напитки и корзинку с ароматным хлебом. Это были маленькие ржаные и пшеничные булочки, посыпанные кунжутом, тмином и семечками. Лиза почувствовала, как желудок свело от голода, и облизнула губы. Ей очень хотелось взять румяную булочку и откусить от нее хотя бы немножко. При мысли об этом она невольно посмотрела на корзинку.

- Выпей вина, - мягко предложил Самойлов.

Лиза послушно взяла в руки бокал и пригубила содержимое. Вино было прохладным и вкусным, в его букете явственно угадывались цветочные нотки.

- А ты почему не пьешь? – спросила она.

- Я за рулем.

По тону стало понятно, что компромиссов не будет. Лиза тут же подумала о его сестре и сделала глоток из бокала, чтобы скрыть неловкость. Видимо, Макс тоже подумал о Лиле, потому что в его глазах на секунду появилось то самое выражение, которое бывает у человека, не сумевшего смириться с невосполнимой потерей. Лизе было это знакомо.

Трех-четырех глотков ей хватило, чтобы почувствовать себя нетрезвой. Очевидно, сказывалось то, что уже несколько недель она ела совсем мало. Сегодня на завтрак у нее был обезжиренный творог, а после, в перерыве между тренировками, протеиновый батончик и яблоко. От вина Лизе захотелось есть еще больше, и она, не удержавшись, все-таки отломила маленький кусочек от ржаной булочки. Хлеб показался ей таким вкусным, что она едва не прикрыла глаза от удовольствия. Макс улыбнулся.

- Скоро принесут горячее.

Он дотронулся пальцами до ее руки, лежащей на столе. Это, наверное, было ненормальным, но его так и тянуло прикоснуться к ней. Хорошо, что между ними находился стол, иначе он вряд ли бы смог удержаться. Что-то в Лизе немыслимым образом влекло его, и как он ни пытался противиться этому, выходило из рук вон плохо. Он хотел ее.

- Еще вина? – когда ее бокал опустел, спросил Самойлов, и Лиза кивнула.

Пить ей больше не стоило, она это знала, но решила, что вправе сегодня проигнорировать голос здравого смысла. Она снова отломила кусочек булочки и с удовольствием съела его. Щеки ее немного разрумянились, в глазах появился блеск.

Через несколько минут им принесли горячее. Макс сделал вид, что увлечен едой, хотя на самом деле кусок в горло ему не лез. Он украдкой наблюдал за Лизой и не мог отделаться от мысли, что все это время в упор не замечал того, как она мучает себя. Она ела не спеша, аккуратно, но он видел, что на самом деле просто сдерживается. Она долго жевала каждый кусочек, а потом спешила положить в рот следующий, как будто кто-то мог отнять у нее тарелку. Боясь, что Лиза заметит, что он смотрит на нее, Макс занялся своей порцией.

- Я больше не могу, - выдохнула Лиза. Она положила ладошку на живот и откинулась на спинку дивана. На ее тарелке осталось немного картофеля, но рыбу и салат она съела.

- Будешь кофе? – спросил Максимилиан.

Лиза отчаянно замотала головой.

- Я и так позволила себе слишком много лишнего. Господи, если бы моя мать это увидела…

- Думаю, она была бы довольна.

- Ты не знаешь мою мать, - грустно усмехнулась Меркулова. – Совсем не знаешь.

Макс думал, она скажет что-то еще, но Лиза только покачала головой и посмотрела в сторону, давая понять, - больше об этом говорить не намерена. Спустя пару минут Макс попросил упаковать с собой несколько пирожных и заказал по чашке чая с лимоном. Лиза чувствовала, что ее клонит в сон. Усталость, сытный ужин и два бокала вина сделали свое дело - ее совершенно разморило.

Когда они вышли на улицу, Лиза с удовольствием подставила лицо свежему ветерку. Ее щеки пылали, голова слегка кружилась. Она остановилась и приложила руку к виску.

- Голова болит? – тут же спросил Макс.

- Немного, - призналась она.

Она знала, что голова у нее разболелась из-за слез. Ей было стыдно за то, что она набросилась на еду, как голодный волчонок. Достаточно было съесть салат и выпить чая, а она… Лиза пообещала себе, что завтра же придет в школу раньше, чтобы лишний час позаниматься на беговой дорожке. Больше она не позволит себе так срываться.

Макс довел ее до машины и помог устроиться на сиденье. Вечер был теплый и ясный. Лизе очень хотелось пройтись пешком, но ему она об этом не сказала. Он не должен выполнять ее капризы. То, что они вместе катаются, еще ничего не значит. Она ему никто. Это причиняло боль, но Лиза так давно с этим жила, что боль уже стала привычной. Она удивленно посмотрела на мужчину, почувствовав его руки возле своего живота.

- Ремень, - пояснил он, поймав ее взгляд. Она не пристегнулась…

Списав рассеянность на выпитое вино, Лиза вдохнула запах, исходящий от Макса. Одеколон и приятный аромат его тела. Она помнила этот запах с четырнадцати лет… Воспоминания резанули по сердцу так остро, что девушка задрожала. От случайного прикосновения его пальцев захотелось в голос завыть. Благо Макс ничего не заметил. Закончив с ее ремнем, он стал выруливать на дорогу. В этот момент Лиза почему-то подумала о Жене и Ксюше… Что же, видимо, у каждого есть свое прошлое, от которого не убежать, не скрыться.

Оказавшись дома, Лиза сразу проглотила таблетку и запила ее прохладной минералкой. На Макса, который, не спрашивая разрешения, прошел следом за ней в квартиру, она не обращала внимания. Точнее, старалась не обращать внимания. Что толку, если он все равно сделает по-своему?

- Если ты не против, я полежу минут десять.

Она весьма красноречиво посмотрела на Самойлова, надеясь, что тот догадается выйти из комнаты и дать ей переодеться. Хотя если бы он остался на месте и стал наблюдать за тем, как она снимает штаны, Лиза бы ничуть не удивилась. Как это ни странно, на этот раз Макс проявил чудеса тактичности и тут же оставил девушку наедине с собой. Дверь он не прикрыл, но Лизе было уже все равно. Она быстро стянула джинсы и влезла в широкие домашние штаны. Не снимая покрывала, упала поперек кровати и закрыла глаза. Она еще чувствовала легкое опьянение. Может быть, именно это стало причиной того, что ее мысли понеслись в совершенно недопустимое русло. Лиза вдруг подумала, что хочет, чтобы Макс дотронулся до нее, погладил ее по руке или даже по животу… Нежно-нежно, как он никогда ее не касался.

Три шага в одну сторону, три – в другую. Максимилиан два раза обошел кухню от стенки к стенке. Поднимаясь за Лизой по ступеням подъездной лестницы, он и сам толком не знал, зачем это делает. Если рассуждать логически, он должен был попрощаться с ней еще в машине, ладно, возможно, помочь донести сумку до двери квартиры, но в большем необходимости не было. Это если рассуждать логически. Но логика в данный момент не имела никакого значения. Максу просто не хотелось отпускать Лизу от себя. Он вполне уверенно мог аргументировать необходимость своего присутствия беспокойством за нее, но сам понимал, что дело далеко не только в этом. Стоило ему подумать, что завтра она снова может появиться в школе в сопровождении Кости, как его буквально передергивало от злости и раздражения. Даже если он будет заезжать за ней каждое утро и отвозить на тренировку, не факт, что Лиза не найдет времени встретиться с этим… Павловым. Если бы Макс произнес фамилию вслух, прозвучало бы это как ругательство. Чем она занимается в выходные? Куда ходит? С кем встречается?

Максимилиан подошел к холодильнику и дернул на себя дверцу. Пристально осмотрел содержимое и, хмурясь, захлопнул его обратно. Пара биойогуртов, несколько яблок, помидоры, огурцы, открытый пакет обезжиренного молока и полбутылки минералки. Проще было думать, что он беспокоится за нее только потому, что они катаются вместе. Теперь он зависит от нее, так же, как и она от него. Что ж, это объяснение звучало вполне убедительно, по крайней мере, опровергнуть его было невозможно.

Самойлов зашел в комнату и распахнул шкаф.