Пламенный лед (СИ) - Борискова Ольга - Страница 50

- Сереж… - не открывая глаз, прошептала Лиза.

- Что? – Он сильнее сжал ее руку.

- Это… случайно вышло. Макс… он не… не хотел.

Взгляд Меркулова мигом потемнел, губы сжались в тонкую полоску. Он с трудом сдержался, чтобы не стиснуть ладошку сестры в своей руке. Не хватало еще только сделать ей больно. Мысленно он досчитал до пяти и медленно выдохнул.

- Это все потом, - все так же тихо произнес он. – Отдыхай. Не думай ни о чем. - Сергей погладил Лизу по руке и провел ладонью по одеялу. – Если доктор разрешит, я к тебе зайду еще вечером. А сейчас отдыхай.

- Угу…

Сил у Лизы почти не было. Она еще раз приоткрыла глаза, но почти сразу же опустила веки. А затем провалилась в тяжелый сон.

Оставаться в больнице смысла не было, и Сергей решил поехать в гостиницу. Сейчас, когда тревога за жизнь сестры немного отступила, он почувствовал сильную усталость. Несколько часов сна ему явно не повредят, а толку будет уж точно больше, чем от пустого сидения под дверью реанимации. Сергей понимал, что в ближайшее время к Лизе его больше не пустят. В лучшем случае сестру он сможет увидеть вечером, а до вечера времени оставалось еще предостаточно.

Подняв ворот пальто, он сбежал по ступенькам больничного крыльца. В лицо тут же ударил холодный февральский ветер, и Меркулов подумал о том, что нужно было заранее вызвать такси. Осмотрелся по сторонам, и тут же по скулам его заходили желваки – быстрым шагом к больнице направлялся Самойлов.

Этой ночью Макс практически не спал. Отключился только под утро, а через пару часов настырная трель будильника заставила его открыть глаза. И реальность снова навалилась грузом случившегося накануне. Лиза…

От Миронова Макс узнал, что ночью ее прооперировали. Тренер был немногословен, отвечал сдержанно. Да Максу в целом было все равно, как тот с ним разговаривает. Если бы не он, Лизка бы сейчас не лежала с пробитой головой в реанимации – это факт. Собственные оправдания даже для самого себя звучали слабоубедительно.

- Куда идешь, Самойлов?!

Окрик заставил Макса поднять голову. И в ту же секунду он увидел приближающегося к нему Сергея Меркулова. Макс сжал губы. Он был не настроен на какие-либо разборки, более того, ему и разговаривать не хотелось. Поравнявшись с Серегой, Самойлов хотел пройти мимо, но Меркулов ухватил его за рукав.

- Сукин ты сын, - процедил Сергей. – Ты ведь убить ее мог!

- Мог.

Макс стряхнул руку бывшего друга и посмотрел ему в глаза. Взгляд у Макса был тяжелый, без тени злорадства. Но Сергей пребывал не в том настроении, чтобы вникать в его душевные терзания. Он думал о сестре, лежащей на больничной койке, о ее бледных щеках, об уродливом лиловом синяке над ее правым глазом. И все, чего ему хотелось, это чтобы тот, кто виноват в этом, ответил за ее боль.

- Значит, это ты мне так отомстить решил, - едко усмехаясь, заключил Меркулов. – Мудила… Ты чёртов ублюдок! – Сергей размахнулся и засадил Самойлову кулаком в скулу. – Моя сестра не виновата в той злополучной аварии! - прорычал Сережа, намереваясь заехать Максу по физиономии еще раз. - Мстить вздумал?! Так давай, мне мсти!

- Я, по-твоему, совсем больной?! – рявкнул Макс. Оттолкнув Сергея, он вытер кровь со скулы.

- Я никогда не поверю, что это случайность. - Сжав кулаки, Серега снова приблизился к бывшему другу.

- Твое право, - огрызнулся Самойлов и хотел было обойти Сергея, но тот преградил ему путь.

- Ты к ней не пойдешь, - прошипел он.

- Без тебя разберусь. - Макс и не думал отступать. Вряд ли кто-то сейчас мог его остановить, и уж тем более Сергей.

Но у Сережи на этот счет имелось другое мнение. Толкнув Макса плечом, он выдавил сквозь зубы:

- Убирайся отсюда.

Самойлов же ухватил его за грудки и отпихнул с дороги. В следующее мгновение он едва успел увернуться от кулака и, скорее чисто инстинктивно, чем из-за желания ввязаться в драку, ударил Сережу в челюсть. Удар пришелся по касательной, но этого хватило, чтобы распалить Сергея еще больше. Потасовка была недолгой. На удивление, пыл обоих мужчин быстро поугас. Видимо, сказывалась усталость и эмоциональное напряжение последних часов. Тяжелое дыхание вырывалось из ртов облачками пара. Сергей сплюнул себе под ноги и, одарив Макса испепеляющим взглядом, произнес:

- Если ей станет хуже, я тебя убью.

Макс ничего не ответил. Посмотрел на бывшего друга, а затем развернулся и пошел ко входу в больницу. Меркулов же двинулся к воротам. Он слишком хорошо знал Макса и понимал, что остановить его не сможет. И… нужно ли? Сидя на заднем сиденье в такси, Сергей еще не один раз задал себе этот вопрос, а ответа на него так и не нашел. В случайности он не верил. Только и Макс отнюдь не выглядел человеком, которого радует все произошедшее.

***

Через четыре дня тренировки возобновились. Настроение команды оставляло желать лучшего, но попусту терять время права они не имели. Все, что на данный момент было возможно сделать, Женя сделал: хорошая больница, квалифицированные врачи, комфортные, насколько это возможно, условия. Женя понимал, что этого недостаточно. Стоило ему задуматься о том, каково сейчас Лизе, он мигом становился мрачнее тучи. И ведь это только начало…

Еще до тренировки Миронов попросил Макса зайти к нему в кабинет. Спускать все на тормозах он не собирался, очевидные угрызения совести, испытываемые Самойловым, его не утешали. И что из того, что каток залили уже на следующий день после трагедии? Миронов слишком хорошо помнил, где было кровавое пятно.

Постучав, Макс зашел в кабинет. Выглядел он вымотанным, при других обстоятельствах Евгений непременно обратил бы на это внимание, но только не сейчас.

- Пришел, - не то спросил, не то констатировал Женя, вставая из-за стола. Он пристально посмотрел на Макса. Обошел стол и встал напротив фигуриста, по-прежнему не сводя с него взгляда. – Я тебя слушаю.

Самойлов стиснул челюсти. Строить из себя идиота было глупо, ситуация сложилась явно не в его пользу. И чем закончится этот разговор, он не имел понятия. Несколько раз за эти дни Макс задумывался о собственном спортивном будущем, но всякий раз мысли перетекали в другое русло. Вряд ли Миронов откажется тренировать их с Алисой. Как бы там ни было, а он мужик не глупый и рубить с плеча не станет.

- Я не хотел этого, - на выдохе проговорил Макс.

Ему начинало казаться, что эта фраза скоро набьет оскомину у него на языке. Только больше и сказать ему по существу было нечего.

- Не хотел?! – И без того мрачный взгляд тренера наполнился гневом. – А чего ты хотел?! Ты в своей ненависти к Меркулову все берега потерял, Самойлов!

- Вы думаете, я специально заехал ей в висок?! – взревел Макс. Он не желал оправдываться, не желал доказывать что-либо, но чувство вины давило, не давало покоя. Что ему до того, что все вокруг считают его виноватым? По сравнению с его собственными переживаниями все это - пустое место.

- А ты думаешь, я ничего не видел? Думаешь, не заметно было, как ты ее изводил?! – Миронов сделал шаг к подопечному. – Я не вмешивался только потому, что считал, что вы взрослые люди. А ты… сукин ты сын! Ты понимаешь, что ты натворил?!

- Понимаю!

Таким Миронова Макс видел первый раз в жизни. Даже когда Лиля и Сергей объявили о том, что они становятся в пару, он был куда спокойнее. Сдержанно сказал ребятам, что им придется искать другого тренера, только хмурый, почти такой же, как теперь, взгляд выдавал его истинные эмоции. А сейчас…

- Ни черта ты не понимаешь! – гаркнул Женя. – Все… все, чего она добивалась, ты разрушил в один момент! И что, легче тебе стало?! Ну, что ты молчишь?! Легче?!

- Я все понимаю…

Макс устало провел ладонями по лицу. Легче… Какой уж там! К Лизе его не пускали, посещения разрешили только тренеру и родственникам, да и то строго в присутствии врача и всего по несколько минут в день. А он все равно приезжал в больницу. По два-три часа сидел напротив двери и ждал. Чего ждал – и сам не понимал. Медсестры, видимо, думали, что он Лизкин молодой человек, не трогали его, лишь иногда косо посматривали, а он все равно сидел и ждал. Новости о состоянии Лизы узнавал от ее лечащего врача, благо тот всегда находил для него несколько минут. Только Максу этого было мало – он хотел увидеть Лизу. Хотя бы на десяток секунд, дотронуться до ее руки. Он не задумывался о том, нужно ли это ей, это нужно было ему.