Ненависть (СИ) - Савельев Артём Алексеевич "Савельев А" - Страница 69

— Чего ты ждёшь? — спросил подскочивший гном и всадил в тело рухнувшего противника обледеневшее лезвие своего мачете.

Ненависть +100.

Проскочив агрессию, характеристика сразу поднялась до ярости. Зверь зашевелился активнее. Да, без него всё могущество огненной стихии показать теперь было невозможно, но отдавать ему управление я пока был не готов.

Среди заражённых обывателей и зверей, мелькали бесы и черти, погонщики и гончие, но все это было лишь пушечное мясом. Потом показались они.

— Павшие, отходим!

Я обернулся на крик. Тролль-друид запустил в небо яркий белый шар, освещающий участок территории метрах в пятистах от нас. Там в окружении рогатых демонов рвались в бой Герои, чья вера давно упала в минус.

— Отступаем!

Шаг. Ещё шаг. Практически синхронно, спиной отряды попятились назад. Развернуться и бежать мы не могли. Я откидывался огненными стрелами, лишь изредка останавливаясь, чтобы бросить огненный шар или глыбу. На большее времени не было. По ощущениям, павшие нагонят нас намного раньше, чем мы подберёмся к стенам Аурлона.

Всё слишком быстро! В суматохе боя Я не успевал сообразить, что происходит. Играя по чужим правилам, было сложно увидеть общую картину. Детские каракули, которые Санио старательно выводил, всплывали в моей голове.

Павшие нагнали нас, когда до стены было не больше пары десятков метров. По ногам ударила чёрная густая дымка, которая, растекаясь, тянулась к Аурлону. Зверь изо всех забил в запертую дверь в моём сознании.

Ненависть +250.

Вы достигли «Берсерка».

Павший-дварф с прогнившим лицом и потерянной челюстью, ещё больше раздутый и переполненный чёрной жижей, ударил молотом в щит Гурзона. Орк проскользил назад около метра, но не упал. Дымка быстро поднималась с земли и перерастала в туман.

— Вот мы и снова встретились! — прямо над ухом раздался противный голос.

От неожиданности я отмахнулся посохом. Орудие ударилось о невидимую преграду и остановилось.

— Разве так встречают старых знакомых?

— Убийцы уже тут! — прокричал возле меня маг с направлением разум, но только он начал создавать руну, по его шее скользнул кинжал, а со спины накинулась пара теней.

Тяжеловесам из нашего отряда пришлось рассредоточится, чтобы стянуть убийц на себя.

— Ты не рад мне? — наконец прямо передо мной появился ублюдок Вомвист, который издевался над нами по дороге в Заречье.

Помпа в моей груди заработала на максимальных оборотах. Виски сдавило. Голова была готова лопнуть.

— Ворота закрыты! — раздался крик позади.

После этих слов даже самых стойких воинов взяла паника. С недоумением Герои оглядывались назад.

— Что это у вас творится? — рога скривил лицо и поднял голову, смотря на стену за моей спиной.

С изголовья моего посоха сорвалась огненная глыба. Но рогу прикрыла выпрыгнувшая саблезубая тварь, которая до этого стелилась в дымке.

— Ну хватит тебе, Одим, нормально же общались! — произнёс Вомвист, стряхивая потроха с жилета и, не отрывая взгляда от Аурлона. — Друг, там подругу твою вывели! — убийца прищурился и поднял брови.

Не доверяя роге, я медленно обернулся. На стене замка стояло несколько десятков, может даже сотня жриц. Ветер на высоте трепал их волосы и белые платья. А ладони на выставленных вперёд руках были сосредоточением золотого свечения, сквозь которое не мог пробиться чёрный туман.

В центре, на крыше надворотной башни стоял Азраиль. Его левая рука сдавливала горло Алисы. Правая — держа рукоять полуторного меча, упиралась в гарду расправленных белых крыльев.

Ненависть +350.

Вы достигли «Берсерка».

Наносимый урон увеличен на 200 %.

Получаемый урон увеличен на 150 %.

Урон от огня уменьшен на 50 %.

— Азраиль, нет, нет, нет. — я прошептал, едва шевеля губами.

Архангел взглянул на меня и, не церемонясь, вонзил меч в грудь Алисы. Тело вздрогнуло и навсегда исчезло.

Я опустил руки, не веря в происходящее, и был готов рухнуть на землю, как в этот момент почувствовал на плече прикосновение зверя. Уже не спрашивая, он отодвинул меня в сторону.

Ненависть +500.

«Разорви его. Разорви эту мразь. Испепели их всех!» — я кричал у себя в голове в надежде, что зверь поймёт.

Посох вернулся в инвентарь, а мы на секунду исчезли из Мира. Чёрная завеса — перемещение. Перед открывшимися глазами я надеялся увидеть Азраиля. Но мы переместились лишь до стены. То самое свечение, которое вырывалось из рук жриц, не давало пройти дальше. Барьер не преодолеть. Зверь ударил кулаками по нему и взревел. Стена огня поднялась ввысь, но на защите это никак не отразилось.

Я изо всех сил кричал в сознании, чтобы Зверь уничтожил их всех. И, кажется, он меня слышал. Над вратами разверзлось небо, но чёрный портал схлопнулся так и не обрушив метеор.

В спину всадили кинжал. Здоровье рухнуло к семидесяти процентам. Я обернулся. Противник скрылся в чёрной дымке. Больше половины Героев из отряда Гурзона уже не было в живых. Оставшихся твари преисподней рвали на куски. «Нет, не надо обращать на это внимания, прошу тебя!». Зверь взревел ещё раз и всем телом ударился в преграду. Ничего. В предплечье, а после, разорвав голень, нас пронзили несколько копий.

Ненависть +800.

Ненависть +1000.

Вы достигли «Одержимости зверем».

Доступно восстановление здоровья и маны за счёт дополнительной характеристики. Возвращение контроля недоступно 11ч59 м.

Ненависть +1400.

Нервно сопя, Зверь повернулся. Кожа на моём лице начала трескаться и разрываться, выпуская наружу языки пламени. Мои руки устремились к небу. Около тридцати чёрных порталов сотрясли небосвод, с моих ладоней к ним потянулись огненные нити. Зверь дёрнул за них, призывая огненных элементалей, и помчался в толпу демонов.

Я молил его остановиться, молил развернуться, но мы уходили всё дальше от стен замка. Чёрный туман вспыхнул, погрузив огромную территорию в яростное пламя, от которого не могли спастись даже Герои. Гурзон сгорел последним.

Перемещение, ещё одно, и ещё. Дима Одимов опустил руки и сел в дальний уголок своего сознания, наблюдая, как в интерфейсе проскальзывают строки об очередном убийстве, о поднятии веры, новом уровне. Как очередной набросившийся демон сгорает дотла. Вновь чёрная полотно — теперь замок едва можно было рассмотреть на горизонте. Таланты «зажигалки» и «пиромана» срабатывали в ста процентах случаях… Зверь упивался смертями.

Очередной скачок затянулся. Я поднялся в пустоте. Кромешная тьма, в которой, как мне показалось, прошла вечность. И ничего. Ни рыка. Ни демонов. Ни Мира. Ни интерфейса. Ничего не было.

— Фёдор Михалыч, а кто мне платить-то за них будет?! — возле меня раздался пожилой и, надо сказать, неприятный, раздражённый голос.

— Софья Родионовна, — проговаривая по слогам, ответил мужчина, — вы терпели пять дней, потерпите ещё два. Прекрасно знаете, что у нас тут целая делегация сует повсюду свой нос и следит за каждым шагом.

Мужчина вышел, а бабка вслед пробубнила:

— Сучок! Быстрее бы вы, голубчики, либо туда, либо уже сюда!

Я попытался открыть глаза, но не смог раскрыть веки. Вздох оборвался на середине —

в сдавленных рёбрах, что-то неприятно прохрустело. Меня бросило в жар и начало лихорадить.

— Аааааа… — я постарался закричать, но это больше походило на всхлип.

— Услышал что ли? Выбрал сюда. Батюшки, очухался! Очухался, Фёдор Михайлович.

Судя по топоту, обратно он вернулся уже не один. Кто-то растёр бедро и поставил укол. Стало немного легче…