Ненависть (СИ) - Савельев Артём Алексеевич "Савельев А" - Страница 62

Освободив мне путь к друзьям, «булыжник» ринулся за группой дварфов, которая понемногу начала отступать. А я посмотрел на Алису: изуродованные ударами молотов латы, рассечённая бровь, из которой быстрой алой струйкой текла кровь и всего три процента здоровья.

— Я же просил тебя выполнять поручения Ариехонта! — я бежал ей навстречу понимая, что мне не успеть. Ближайший жрец, не считая Альдэ, от которого сейчас было мало толку, находился далеко.

Время — самое дорогое, что есть у человека, и то, чего мне сейчас так не хватает. Голос в голове выдавил ужасную фразу «я не успею».

Ненависть +350.

Я вновь начал испытывать ощущение, что горит уже не только тело, а что-то внутри меня — то, что делало из меня человека. То, что уже и так было опалено вспышками ненависти.

Время самобичевания быстро закончилось, когда Альдэ вознёсся на несколько метров над землёй. Яркий жёлтый луч вырвался из груди жреца, разрывая на нём мантию, и устремился в облака. Столб света ударился в небосвод и исчез. А позади мощной, широкой спины друга расправились полупрозрачные золотые ангельские крылья.

Не считая огненного булыжника, продолжающего гнать коротышек к лесу, все на мгновение замерли. Полосы здоровья союзных Героев тотчас же поползли вверх, и Алиса не стала исключением. В небо взлетело несколько «рогатых пегасов», которые быстро уносили своих хозяев к лесу. Нападающие дали дёру.

Я хотел подойти к друзьям, но управленец внутри меня решил иначе. Ноги поволокли меня к отступающим в панике воинам Иск’Аальте. Мы отбили замок, но теперь этого мне было мало. Я использовал откатившийся «скачок», чтобы приблизиться к одному из элементалистов.

Я отчётливо видел ужас в его глазах и не скрою, что это было непередаваемо приятно. Он, отдав приказ, натравил на меня своего прислужника. Но каменному голему не суждено было ко мне даже подобраться, его снёс на землю и продолжил вбивать, молотя кулаками, мой «огненный булыжник».

Я полностью потерял над собой контроль. Нет, я оставался в сознании. Чувствовал вздувшиеся вены на висках, видел, что происходит вокруг, но повлиять на это не мог. Посох отправился в инвентарь, а руки вытянулись в сторону толстопузой твари, которая уже подбиралась к кромке леса.

Вы убили героя с положительной верой:

— 500 веры,

+2220 опыта.

Димка Одимов сидел, скрестив ноги где-то в голове, и лишь наблюдал, как на фоне обугленных деревьев падает добыча с Героя тридцать пятого уровня. Я полностью поддался тому зверю, что завладел моим телом.

Неожиданно взор накрыло чёрной пеленой, глаза я уже открыл возле дварфа, который был на расстоянии не меньше сотни метров от меня. Это не «скачок», он ещё находился в откате, да и расстояние было намного больше. Это что-то другое, то, чем мог воспользоваться только зверь.

— Я собирал в этой территории лишь ингредиенты! Я не боец! — жалобно завопил толстопузый Герой.

Упитанный, одетый в лёгкий зеленоватый балахон, лекарь в страхе скривил физиономию. Но зверя это не остановило. Две огненные глыбы сорвались одна за другой и ударили в спину уже убегающего противника.

Вы убили героя с положительной верой:

— 500 веры,

+2220 опыта.

Меня же понесло дальше вглубь леса, и вот тогда я решил, что хватит. Особого труда вернуть себе контроль не было. Я остановился. Почувствовал, как вновь заныло ранение в ноге, которое не успели залечить, как с ужасной скоростью пульсирует кровь. Осталось побороть «ненависть», что застыла на огромной отметке в триста пятьдесят пунктов.

Больше напрягало присутствие зверя. Он словно стоит за моей спиной, почувствовавший свободу, которую так легко потерял, он выжидал момент, чтобы вернуться.

Не меньше четверти воинов Иск’Аальте больше не попадут домой. Сейчас с них собирали добычу снующие на полянке Герои Ариехонта. А друзья обступили у ворот Альдэ.

Сдерживаясь, от желания накричать, я медленно направился к ним. Кто-то по-дороге накинул доту лечения, которая быстро восстанавливала здоровье. Хромота прошла.

— Что это ещё такое было?! — стараясь не обращать внимания на Алису, я крикнул издалека Альдэ.

Выйдя вперёд, переполняемый эмоциями жрец, как малый ребёнок, нервничая, хватал воздуха и запинался:

— Чувак…ну помнишь…что я говорил? Я Святой!

— Ближе к делу! — я процедил сквозь сжатые зубы.

— Ну ты книжонку дал с описанием дополнительных характеристик, там чёрным по белому написано было! Могу использовать веру, направляя её на лечение.

— Книжку дай, сам почитаю, без твоих кривляний.

Альдэ поник, не увидев должной, по его мнению, реакции и протянул «Характеристики — основы. Труды Вальхольма».

«Характеристики — основы. Труды Вальхольма» добавлено в инвентарь.

— Я понимаю, — уже отворачиваясь, произнёс парень, — я о тебе уже тоже прочёл.

— Сука, я же просил вас выполнять задания Ариехонта.

Эти слова остановили Алису, которая пыталась что-то ответить. А может вовсе и не слова, а всполохи пламени, над грудой камней, что ещё недавно были моим огненным элементалем.

В это время из-за стены выбежал мелкий. Он подскочил к Отису и начал, что-то нашёптывать медвежонку. А когда указал на окна моей комнаты всё стало понятно.

На третьем этаже замка, откинув лёгкую занавеску, меня прожигали голубыми всполохами знакомые глаза — Азраиль. Я подошёл, схватил мальчишку за воротник:

— Давно он здесь?!

— Появился сразу, как все выбежали за стену. Ринтик уследил, как, — парень сглотнул, — Архангел поднялся из подвала в вашу комнату.

Я оттолкнул парня и двинулся в замок. Зверь за спиной словно положил мне лапу на плечо требуя своего выхода, но, пока, получил отказ.

— Тебе понравилось, что ты увидел? Как представление, Азраиль? — кричал я в сторону своих окон направляясь в замок.

Люди Ариехонта перешёптывались «архангел», «архангел тут?». А ребята пытались нагнать взбешённого друга, пока тот не натворил чего-нибудь лишнего.

Я нёсся по каменной лестнице к своей комнате, но перед самой дверью остановился. Зверь, что всё ещё находился за моей спиной, меня отдёрнул. Нет, это не страх, скорее, осторожность. Хоть я впервые держал себя в руках, когда дополнительная характеристика зашкаливала, но опасался вспышки света, что обнулила меня тогда на арене фанатиков.

— Ну и что ты остановился? Я же чувствую тебя, ты забыл?

Раздался призыв к действию, и я вошёл. Хоть во дворе больше ничего и не происходило, но архангел продолжал стоять у окна, наблюдая за Героями.

— Знакомься, — Азраиль, не глядя, махнул рукой, указывая на сидящего за столом тролля.

Стараясь не сутулиться, что было нормой для существ мира Галклари, в кресле расположился Унчури, метатель копий, тридцать седьмого уровня. Тот самый, что был на торжестве у короля дварфов Толдерона. Переодевшись из тряпок в чистую рубаху, сменив повязки на трёхпалых лапах, на некое подобие ботинок сейчас он, с натяжкой, был больше похож на дипломата. Только яркий синий ирокез на голове выдавал его истинную натуру.

— Мы знакомы, я вам уже говорил. — сказал Унчури, поджимая губу и пытаясь спрятать оскал острых зубов между торчащими клыками.

Тролль держался, стараясь скрыть свои чувства, но было понятно, что ему не по себе находиться в одной комнате с архангелом.

— Ты мне так и не ответил, как тебе бой? — вновь спросил пернатого, небрежно откинув стул. Уселся поудобнее, приподнял мантию, рассматривая кровавые потёки на ноге.

Кровь уже запеклась, а рана от выстрела заросла, навсегда оставив свой след.

— Если бы я вмешался, то нарушил бы слово, данное Толдерону…

— А если бы я погиб? — я оборвал фразу Азраиля, которая, судя по всему, должна была перейти в долгий монолог, который бы опять мне толком ничего не объяснил.

— Если бы, возможно, а вдруг. Почему у вас, у людей, всегда так? Почему вы считаете, что у вас есть возможность повлиять на неизбежные события? Вы не готовы к свободе, вы не знаете, что с ней делать! Вам нужна идея и, как мне кажется, я её тебе дал. Сколько сейчас ненависти?