На пути тёмной ведьмы (СИ) - Литвинова Алена - Страница 17

В дверь, такую узкую, по моему мнению, прошли спокойно, и даже никто не ударился, и не застряли в этом дверном проеме. Когда меня занесли в очередную комнату, которую они назвали ванной, я опешила на некоторое время. Прямо посреди комнаты стояло огромное белое корыто. Но таких размеров его я еще не встречала никогда в жизни. Обычно были небольшими и не такими глубокими. И в него текла вода из железного носика. А еще больше поразилась, увидав, что от воды идет пар, и она странно пенится, когда попадает в уже налитую воду.

6-2

Горничные усадили меня на мягкий стул, при этом успели раздеть почти догола. Я инстинктивно прикрыла руками все что смогла, не знаю почему, но мне было стыдно сидеть в таком виде перед совершенно незнакомыми людьми. И вот только сейчас заметила, что от меня остались практически кожа да кости. Все мои объемы исчезли с тела, а вот ребра выпирали, обозначая мою худобу. Даже забыла о том, что есть тут посторонние. И они напомнили о себе, своими ахами и причитаниями.

— Ах, до чего же худенький ребенок. Они вас что, голодом морили? — Воскликнула пухленькая.

— Да что же это творится то, кожа да кости одни. — Причитала вторая, при этом вертела меня и разглядывала со всех сторон.

Под такие вот речи, они подхватили меня с двух сторон снова и как-то быстро засунули в этот огромный таз с водой. Вода была горячеватой, и я хотела выпрыгнуть с нее, но кто бы дал. Нажав на плечи, усадили в воду. Да и ноги мои не дали постоять, пришлось садиться в воду. У моих мучительниц появились в руках огромные мочалки, и они начали шоркать мое тело сразу с двух сторон. То, что эти орудия пыток были выполнены из грубого материала, я поняла сразу, как только они коснулись моей кожи. Если бы могла, я бы вертелась в разные стороны, но оказывается эти горничные дамы крепкие и сильные, поэтому я даже пошевелиться толком не могла, как они удерживали меня.

Возле таза находилось зеркало, в котором я увидела свое отражение с огромными округлившимися глазами. Хоть и видела практически только голову, но этого зрелища мне хватило надолго. После того, как прекратилось истязание меня мочалками, горничные взялись за мытье моих волос. И если я вначале еще надеялась, что это какая-то особенная грязь, то когда смыли обильную и вкусно пахнущую пену с волос, то поняла, что мои волосы теперь действительно являются черными. От этого я приуныла еще больше.

А дамы даже не заметили моего уныния, продолжали свои действия, теперь уже практически не удерживая меня. Когда все было закончено, и я от чистоты чуть ли не скрипела, меня растерли таким же жестким полотенцем, завернули в белый и теплый халат, оставив сидеть на этом мягком стуле. Сами же они поспешили в комнату, при этом попросив меня подождать немного здесь. В комнате уже слышались голоса, кто-то командовал, а кто-то выполнял действия. Что именно там делали, я не поняла, да и не хотела понимать. Стала внимательнее осматривать комнату в которой я сейчас находилась, и от того что мне было доступно не могу описать словами все то, что тут вижу, еще больше предавалась унынию. А сама комната мне понравилась, в светлых тонах все, что тут находилось, мне кажется, я видела впервые. Даже то, что из этого огромного корыта вода сама уходила, очень поразило меня и ввело в ступор.

Когда за мной вернулись горничные, то я просто смотрела в никуда и думала. О чем именно думала, сама не знаю, да и не помню. Но горничные быстренько меня вывели из этой комнаты, в ту, что с кроватью. И я заметила, что здесь оказывается немного прохладнее, и я поежилась. Полненькая заметила мою реакцию и пояснила.

— Отопление к комнате только недавно подключили, из-за того что тут никто не жил, поэтому нагреется в ближайшие пару часов. — Говорила она, уверено ведя меня в сторону кровати, на которой уже лежало красивое платье. Я же только по воздуху перебирала ногами, имитируя движение, для успокоения своей совести.

Меня усадили рядом с платьем, раздели, оглядели и снова одели. Нет, не в платье, а в тот же самый халат. Худенькая горничная быстро скрылась из виду, теперь только за дверью ведущую в эту комнату. А я, проследив за ней, заметила, что в комнате появился стол, и не таких уж и маленьких размеров. Если не видела его в самом начале, то значит, его принесли сюда. А вот тарелки, накрытые округлыми крышками, уже ютились на этом столе в огромном количестве. Принюхалась и не учуяла я запаха еды, и пришла к выводу, что либо тарелки пустые еще, либо еда и не такая ароматная, чтобы заполонить комнату своим запахом.

Но только один вид накрытого стола позволил моему воображению разыграться, а рот заполнился слюной, которую я тут же, сглотнула, и представила, как я ем. Стало только еще хуже, и я перестала воображать. Надеюсь, меня покормят, и не станут морить голодом. Домыслить не успела, потому как явилась худая горничная и принесла еще вещи. Как оказалось, это было нижнее белье, причем практически детское. И когда меня просто вставили в это самое белье, состоящее из розовых панталон с рюшами, то обе горничные приняли озадаченный вид, и попытались затянуть резинку на теперь уже моих панталонах.

Вскоре меня облачили в платье, которое лежало на кровати, и которое тоже было розового цвета, но не такого яркого как нижнее белье. Платье было больше пастельного оттенка, и смотрелось красиво и приятно глазам. Оно было практически длинным в пол, но как оно на мне сидит я посмотреть так и не смогла, по причине того, что я в нем сидела, а не стояла. Верх платья был немного большой для меня, но все же, почти все скрывал, потому как, платье было под самое горло и застегивалось сзади на мелкие пуговички. Хм, даже если захочу, то не смогу из него выбраться самостоятельно.

Горничные хоть и старались, но все равно к должному виду не смогли привести меня. Какой такой я должна была, по их мнению, иметь вид, мне было совсем не понятно. Мои волосы они лишь расчесали и как-то быстро высушили. На мой немой вопрос, ответили только одним соловом «Магия», и не стали распространяться дальше. А вот когда я, по их мнению, была готова, то они переместили меня на стул возле полостью сервированного стола. Сказали ждать, а сами скрылись за дверью.

6-3

Оглянулась посмотреть на кровать, которую я совсем еще недавно марала и ахнула, потому как, плед на ней был абсолютно чистым. Наверное, успели заменить, пока я мылась, пришла мне мысль и я успокоилась. Успела вновь повернуться к столу и услышала вежливый стук в дверь. Попыталась встать, не получилось. Пришлось просто сказать по громче слова «Войдите», и остаться на том же самом месте.

Видимо меня услышали. Дверь тут же приоткрылась и начала медленно открываться еще больше, но никто так и не появлялся в дверном проеме, от чего я испугалась. Мало ли, что может твориться в этом доме, и от того что меня помыли и одели, я не должна…, а что я именно должна? Примерно два удара сердца, за которые я себе столько навоображала, прошли и в комнату зашел сам Никрас в сопровождении очередной горничной. И сколько тут таких имеется?

Мужчина сбился с шага, когда увидел, как пристально я за всем этим наблюдаю. Но смутить его смогла я ненадолго, потому как он прошел ко второму стулу у сервированного стола и присел за него. Горничная же, которое носила имя Рина, тут же стала открывать блюда и убирать эти крышки. Умопомрачительный запах разнесся по комнате, ударил в нос, от чего даже немного закружилась голова, а в животе заурчало так, что напугало меня в первую очередь. Никрас же только улыбнулся и жестом предложил уже начинать обедать.

Долго меня упрашивать не пришлось и поэтому, я тут же накинулась на то, что было ближе всего. Это оказалось мясным, очень вкусным и питательным. Я старалась есть медленнее, честное слово, но у меня не получалось так. И если в первое время Никрас порывался завести разговор, даже пытался что-то сказать, но я была занята другим, и либо прослушивала, либо не отвечала. Так и провели весь обед, почти в молчании. Мужчина ел медленно, размерено и не спеша, прожевывая каждый кусочек. Я же не успевала закидывать в рот, и часто глотала не прожевывая. «Как свинка» — подумалось мне, но отогнала это сравнение и продолжала свои действия.