Перекресток (СИ) - Сир Андре - Страница 78

— Кто знает, — заметил я осторожно, — может обманывает кто-то один, может оба, но одно ясно совершенно точно — и тот, и другой явно чего-то не договаривают. Весь вопрос — что и почему? Эх, узнать бы, что на самом деле задумал лич! Это многое могло бы прояснить…

Хельга пренебрежительно махнула рукой — ей, похоже, и так всё было понятно. Эхе-хе, кто бы мне рассказал, как нужно разговаривать с уверенным в своей правоте человеком, чтобы заставить его хотя бы на миг усомниться и попробовать взглянуть на проблему с другой стороны. Если бы на месте девушки был бы кто-то другой, просто махнул бы рукой — зачем мне лишний менингит и слава мизантропа?

— Слушай! — я чуть не подпрыгнул от неожиданно пришедшей в голову мысли. — Серхио говорил, что у тебя просыпаются способности к телепатии! Может, попробуешь покопаться в черепушке у Хрохана, чем чёрт не шутит?

— Когда это он такое говорил? — искренне удивилась девушка.

— Ну как же! Ах, ты же не знаешь… Помнишь, ты ещё подумала, что сошла с ума, когда услышала наш разговор о Харате?

— Помню, а что?

— Ну так мы действительно в тот момент именно о нём и болтали.

Хельга недоверчиво посмотрела на меня и язвительно заметила:

— Что-то я не заметила рядом Серхио.

— Ты и не могла его видеть… Он… как бы это сказать? Ну, как бы находился в моей голове. Не сам, конечно, а только его разум… Чёрт, не знаю, как объяснить, — я окончательно запутался. — Вот когда он объявится, пусть тебе и расскажет, а я и сам мало что понимаю!

— Ладно, я попробую, — неуверенно пообещала девушка.

У меня будто гора с плеч свалилась — даже дышать стало намного легче. Что ни говори, а доверие намного приятнее подозрительности. Я опустился на землю возле входа и с удовольствием посмотрел на чуть красноватый блин заходящего солнца. Всё вокруг готовилось к короткой летней ночи — даже вечно суетящиеся орки попрятались в жилища и только силуэты одиноких деревьев слегка дрожали в струях поднимавшегося вверх нагретого воздуха. Неслышно подошла Хельга и устроилась рядом, опустив голову мне на плечо, а с другой стороны тут же подкатился под бок рыжий малыш. На лице девушки застыло выражение глубокой печали — очевидно, воспоминания о далёкой войне опять разбередили в её душе незаживающую рану. Я осторожно обнял Хельгу и она, прижавшись теснее, тихо запела:

Мы ещё долго сидели вместе, молча наблюдали, как тускнеют краски, как размываются очертания дальних деревьев и как их постепенно поглощают сумерки. Смотрели, как всплывают на небе крупные звёзды и холодным мерцающим блеском в который раз манят в мир тишины и вечного покоя. И до боли в сердце хотелось, чтобы время остановилось, а этот миг длился бесконечно…

Грох умудрился ночью заблудиться в лесу, поэтому добрался до лагеря Тху только к полудню и сразу нашёл Хрохана.

— Повелитель, мне удалось найти свиток, — он достал из-за пазухи с таким трудом добытый документ и протянул его личу. Про инциндент в библиотеке он решил пока умолчать — зачем заранее подставляться?

Хрохан осторожно развернул потемневший от времени рулон пергамента и впился глазами в строки старинного сказания:

"Это подлинная история о том, откуда пришли первые люди на просторы империи. Восстановлена с пострадавшего в великом пожаре Библиотеки древнего свитка, дополнена свидетельствами многознающего архивариуса Шаура и записана дословно служителем Крипом со всей тщательностью…

…Когда явила миру свой холодный лик Снежная Маута и заснули, наконец, в пучине морской кровожадные наги, пришли из ледяной пустыни три человека, три Великих Колдуна — Хрокал, Серод и Фудор. Никто не знал, откуда они появились, а сами Великие ничего о том не сказывали. И поведали они в волнении великом, что как только отступит лютая зима и исчезнет снег на равнинах под лёгкой поступью Прекрасной Юны, следом за талой водой придёт великое множество прожорливых червей с головой волка — ужасных Хранителей Силы. Собирают они кровавую дань Чёрного Круга раз в тысячу лет, идут по следу Колдунов и уничтожают всех на своём пути. Настал год расплаты и нет спасения ни человеку, ни зверю, ни подземному гаду, ни птице небесной. Никто не может остановить червей, не смогут и храбрые воины племён человеческих — слишком стремительны, сильны и безжалостны Хранители и есть их великое множество. Высосут всю жизнь, до последней капли, отберут Силу и оставят после себя только смерть и голодную пустыню…

И предложили Колдуны всем племенам отправиться вместе с ними за море, к далёкой земле, где вдоволь рыбы и леса полны дичи, где солнце греет ласково и щедра земля на урожай, где нет опустошительных набегов нагов, где люди будут царствовать и процветать, куда не знают дороги прожорливые черви Круга… Но дар прозрения доступен не каждому, а яд недоверия слову Великих разъедает сомнением и ведёт к концу без славы, без памяти. Одно лишь забвение ждёт с неизбежностью рока возомнивших себя мудрейшими за Колдунов…

Не все вожди поверили в страшных Хранителей, не все племена решились пересечь бескрайнее море в поисках лучшей доли, не все согласились последовать за Великими Колдунами. А как отправилась Снежная Маута отдыхать в свой далёкий ледяной дом в горах, расстаял снег и пригрело солнце — совсем забыли люди о грозном предостережении. Только мудрый Сокот с племенем согласились отправиться вместе с Великими в опасный путь через суровое море. Построили плоты и уплыли, как только отступили льды…

Ох, и нелегка была дорога к неведомой земле! Много раз вставали преградою на пути огромные волны высотою в два копья, и погибла половина племени в пучине, и забрала стихия все запасы, и овладело слабыми духом безумие. Помутился разум нескольких воинов от голода, и напали они на соплеменников, дабы насытиться мясом и утолить жажду горячей кровью человеческой словно безжалостные наги. Пришлось убить их со слезами на глазах и горечью в сердце. И с каждым новым солнцем смотрело племя Сокота вперёд с надеждой, но не было ничего вокруг, кроме воды и холодного ветра…

И вот, когда зароптали люди от голода и отчаяния, показалась, наконец, на горизонте тёмная полоска далёкой земли. Возрадовались было оставшиеся в живых скорому спасению и избавлению от мук, да только поднялся тут из глубин бездонных змей морской, чудище огромное и доселе никем не виданное. Распахнула гадина пасть пещерой глубокой с зубами в рост человеческий и вознамерилась поглотить всех вместе с плотами, парусами, да прочим скарбом. Но отвёл глаза мерзкой твари Великий Хрокал колдовским наговором, заслепил сиянием диковинного волшебного камня, и исчез змей без следа в дали морской…