Перекресток (СИ) - Сир Андре - Страница 56

Свиток выпал из рук Мадука. Почему-то Магистр был уверен, что Халит не обманывает. А на размышления оставалось совсем мало времени…

Глан совершенно растерялся. Что задумал ученик Мадука? Зачем вернул Магистру зверька? Если вдруг Халит решил договориться с Верховным Магом, тогда Председателю придётся отвечать за всё — его точно не пощадят. Припомнят что было, припишут чего даже не намечалось. Неизвестность заставляла Глана строить самые невероятные предположения, но при всяком исходе его участь получалась незавидной. Поэтому когда в кабинете появился трактирщик-осведомитель и сообщил, что известный господин ждёт Председателя сегодня вечером, Глан приготовился к наихудшему.

Можно, конечно, никуда не идти и попытаться укрыться в столице — там ещё остались могучие покровители, но… Бросить всё, что нажито за столько лет, потерять навсегда возможность стать Правителем? Нет, это выше сил… К тому же, несмотря ни на что, Глан немало сделал для Дастарога и мог по праву гордиться результатами работы. Эх, ещё бы только немного власти… Абсолютной, чтобы не нужно было выслушивать глупые советы и учитывать мнение разных идиотов из Конвента! Всего два-три года и Город стал бы самым сильным на всей территории Империи… Вот тогда можно было бы подумать и о кресле Правителя, было бы, что предложить в столице.

Да и не простит Халит непослушания. В его силе Председатель не сомневался, а уж способность мага принимать любой облик не позволит укрыться даже за высокими стенами Хоредона. Нет, лучше всё же смириться с неизбежным — что ни говори, но назвать Глана трусом или беспечным глупцом не смог бы даже самый заклятый враг. В конце концов, Председатель Конвента Дастарога не зря считался прирождённым оратором, поэтому рассчитывал, что и в этот раз сила убеждения даст ему шанс…

— Как долго твои артели будут строить новые заставы? — меньше всего Глан ожидал от Халита такого вопроса.

— А… зачем?

— Странный интерес? — усмехнулся маг. — Раз спрашиваю, значит надо. Так что с заставами?

— Месяца три… А в чём дело? — Председатель потихоньку обретал былую уверенность. Похоже, он зря опасался подвоха со стороны ученика Мадука.

— Плохо. Столько времени у меня нет. Можно как-то ускорить работы?

— Трудно, не хватает людей. Так что случилось?!

— Скоро здесь будут гости… Много гостей… Вот что, тогда собери всех мастеровых в одном месте — пусть закончат хотя бы одну. Ту, что ближе к Городу. Времени у тебя немного, не больше луны…

— Маг, — Глан с опаской посмотрел на Халита, — зачем ты отдал зверька Магистру?

— Так надо. Думаю, теперь Мадук будет больше мне доверять. Завтра я с ним встречусь — надеюсь, мне удастся убедить его помочь и тебе со строительством.

— Ааа…

— Не беспокойся, о нашем договоре он ничего не узнает… Всё, можешь идти.

Халит закрыл двери за Председателем и задумчиво посмотрел на догоравшую свечу.

— Удивительно, как быстро меняются планы. Вот и Глан мне сейчас нужен живым и здоровым. А главное — преданным…

…Снова радужный туман вокруг. Переливается, клубится, вспыхивает искорками разноцветных огоньков, устроивших понятный им одним праздничный хоровод красок. По-прежнему тихо и пустынно, я и туман, только в голове беспокойный коловорот растерянного сознания — бесконечной чередой мелькают обрывки чужих мыслей, перебивают мои собственные, вытесняют всё вокруг и затихают, чтобы в следующее мгновение всплыть, сверкнуть мимолётным красочным образом и вновь исчезнуть.

В этот раз толком ничего не удавалось построить — я никак не мог сосредоточиться, настойчивое постороннее бормотание рассеивало внимание и отвлекало. Наверно, всё дело в настроении, если на душе неспокойно, то и процесс творения скорее похож на судорожные метания от одной идеи к другой с неизбежным разочарованием результатом. А затем очередная безуспешная попытка создать что-то пристойное… В итоге единственной картиной, оставшейся после ряда суетливых потуг, оказалась потрескавшаяся от зноя безжизненная равнина с редкими островками засохшей травы и палящее солнце на выцветшем бледно-голубом небе. В конце концов пришлось сдаться, не стоит с упорством барана биться лбом в каменную стену, даже если очень хочется развалить преграду. Как говорится в известном анекдоте, — "Не всегда побеждает тореодор…"

На горизонте обозначилась маленькая чёрная точка. Крохотное пятнышко постепенно приближалось, росло, затем превратилось в неясную вытянутую кляксу с длинными отростками, и через некоторое время стало ясно, что это человек. Он шёл не торопясь, ритмично размахивая руками и поднимая лёгкие облачка пыли с измученной жаждой земли. Ещё немного ожидания, и незнакомец в облегающих чёрных штанах, туфлях на низком каблуке, гетрах до колен и короткой тёмной куртке остановился в двух шагах напротив. С лёгкой улыбкой на лице он разглядывал меня насмешливыми карими глазами.

— Кто ты? — безмолвный вопрос заметался где-то под сводами черепа, но человек услышал. Он уселся на невесть откуда взявшийся камень.

— Посмотри внимательней, мы уже встречались, — ответ "прозвучал" опять же где-то в мозгу тем самым чужим голосом, что донимал меня ночью во время короткого пробуждения возле костра.

Я пригляделся — было что-то неуловимо знакомое и в его улыбке, и в непринужденной позе, но всё же готов поклясться, что встречаю этого человека впервые. Он покачал головой и тут же начал преображаться, плавно перетекать из одного облика в другой (кажется, такая процедура в компьютерной анимации называется морфингом), пока передо мной в полной красе не предстал Серхио! Вот так номер! Я так разволновался, что окружающий унылый пейзаж задрожал, готовый рассыпаться в любое мгновение. Испанец оглянулся — картинка вновь застыла в первозданном виде.

— Тебе надо научиться сдерживать эмоции, — спокойно сказал он. — Иначе сложно будет проникнуть на более высокие уровни, а такая необходимость, похоже, уже назрела. Я сейчас расскажу, что удалось узнать мне, ну а потом настанет твоя очередь поделиться впечатлениями. Только позволю себе немного сменить обстановку, уж слишком мрачное место ты придумал.

Серхио улыбнулся и осмотрелся по сторонам — следуя его взгляду, какая-то невидимая рука сдвинула гигантские декорации, заменив грязную охру пустыни буйством красок осеннего леса. Мы расположились на берегу крохотного озерца с настолько прозрачной водой, что, казалось, её и нет вовсе. Испанец неторопливо изложил историю своих приключений, подробно остановился на исповеди Харата, закончив погоней за Хроханом. Меня то и дело приходилось успокаивать — сведения были настолько ошеломляющими, что сдерживать бурю чувств оказалось совсем непросто. И каждый раз в унисон бурным проявлениям эмоций деревья-слушатели трепетали волнами страха, удивления, смеха… Никакая поп-звезда и мечтать не могла о таком единении со зрителем… Несколько смутил тот факт, что известие о близости Мага-изувера не затронуло в душе ни гнева, ни даже обычного возмущения — чужое горе воспринималось как-то отстранённо и казалось бесконечно далёким.

— Ну вот, собственно, и всё, — подытожил Серхио. — Думаю, мой перенос каким-то образом связан с магией Карра — именно в момент демонстрации им своих способностей я первый раз почувствовал "желание" покинуть тело, а при попытке связаться с Уаддром меня просто выбросило прочь как пробку из бутылки шампанского.

— Так это ты поселился в моей голове?! — теперь всё встало на свои места. — А я уж было подумал, что начал страдать раздвоением личности — пренеприятнейшее ощущение.

— Извини, так получилось. К сожалению, я потерял связь с физической оболочкой и сейчас вернуться назад не могу, — испанец развел руками. — Но если тело выжило, на что я очень рассчитываю, то, думаю, мне скоро удастся найти способ освободить тебя от своего присутствия.