Тайная столица. Трагедия одной семьи (СИ) - Богомолова Дарья - Страница 72

Вдохнув, будто готовый к заплыву ныряльщик, Дивна постарался кратко, но емко описать свой сон намедни и, когда закончил, замер. В основном причиной этому было то, что в трубке раздался ещё один болезненный вскрик, и откуда-то со стороны Виктор прошипел требование заткнуться.

Это было ещё одной вещью, которая отличала учёного ото всех его коллег в корпорации: садизм можно было давать ему вторым именем. Допрашиваемые жили однозначно счастливой жизнью, если не попадались ему на глаза, и ещё счастливее были те, кто попался и не получил от него комплимент в духе: “Я бы поставил на Вас парочку экспериментов”. С другой стороны, Адриан вспоминал юные годы и не мог не усмехаться: наличие Виктора просто рядом делало любые переговоры крайне быстрыми и выгодными. У него была своя репутация, и таковой бы не гордился даже Дивна.

— Ну… — на выдохе произнёс Вольштейн, — странный сон, согласен. Что ты от меня хочешь?

— Чтобы ты… Разъяснил его? Сказал, что конкретно мне теперь надо искать?

Некоторое время ответом было только молчание. Над чем конкретно раздумывал Виктор, фантазировать не хотелось.

— Тебе кто-нибудь говорил, что шутки — не твоё? Я не старая косоглазая гадалка, а этот сон больше напоминает бред после наркоза, чем что-то нормальное.

— Я не шучу! Когда я проснулся, этот чертов камень был у меня в руках! Он до сих пор в штанах в кармане лежит, я его закинул туда, когда сбегал.

— Нужно войти в состояние нирваны, — неожиданно серьёзным тоном произнёс Виктор. — Почувствовать энергию камня, подсоединиться к нему и понять, какой сакральный смысл в нем сокрыт.

Сев ровно, Дивна дотянулся до штанов, повешенных на подлокотник кресла, и вытащил из кармана тот самый камушек: гладкий, овальной формы, с небольшим углублением в центре. Покрутив его в пальцах, мужчина нахмурился.

— Инструкция есть?

— Надо положить камень перед собой, потом встать на ладони. Одну ногу закидываешь за плечо, а другую тянешь вверх, — напоминая учителя в школе, произнёс Виктор. — И главное — не забудь вдохновенный взгляд в небеса, которые и дадут тебе ответы на все вопросы.

Дослушав до конца, Дивна попытался представить себе подобное зрелище, и тут разум, ещё не слишком быстро соображавший после произошедшего утром, наконец, понял.

С силой сжав в ладони несчастный камень, выступавший наименее виноватым в сложившейся ситуации, советник императрицы взрыкнул от досады:

— Как же ты меня бесишь! Выдумал ведь все!

— Конечно, — хохотнул Виктор. — Потому что честно не знаю, как тебе помочь. Там было просто про глаза, ничего конкретного?

— Глаза и звезды.

— Уже хоть что-то… Лежать.

По спине пробежал от этого тона табун мурашек, но глава научно-исследовательского поспешил извиниться и убедить, что к Дивне последнее слово никакого отношения не имело.

— С кем беседуешь? Явно ведь не с дамой.

Виктор с картинным вздохом закатил глаза и вцепился пальцами свободной руки в волосы на затылке главы айрарского подразделения. Следуя за чужой ладонью, голова мужчины, основательно покалеченного в сравнении с тем, каким его привезли в дом, откинулась назад, и учёный с недовольным цыканьем выпрямился. Он смог выбить пару лишних деталей, но пара лишних деталей и новый кусок информации — это две разные вещи. Артан оказался из тех, кого достаточно щёлкнуть по носу, чтобы выбить переносицу, и, знай они об этом раньше, разговоры бы, несомненно, велись мягче.

— Это зависит от того, как они себя со мной ведут. Давай-ка ты станешь полезен нашей маленькой скромной корпорации?

— Каким образом? — вздохнул Дивна. — Я и так постоянно что-то должен Феликсу, теперь ты.

— Я не за себя прошу, за всех, — мягко улыбнулся Виктор, выходя из помещения и плотно запирая за собой дверь. — Подними свои связи, Адрианчик, и пусть к обеду у меня будет информация на всех этих красавцев в подчинении у Феликса, а также на глав подразделений.

— Ты с ума сошёл?? Это тонны данных!

— Мне не надо знать, когда они родились. Последние полгода-год. — Проходя по коридору, Виктор глянул на часы на своём запястье и на мгновение взглянул в потолок, прикидывая примерный остаток. — С кем встречались, с кем здоровались, где жили, как дела в жизни, есть ли проблемы, нужны ли деньги или вдруг подсели на дурь — ну, знаешь, вся вот эта мелкая приятная чепуха. Взамен я посмотрю, что у меня есть про группировки с глазами и звёздами в символах.

Помолчав немного, Дивна вздохнул.

— Идёт. Завтра в обед информация будет у тебя.

— Хотелось бы сказать “аналогично”,- усмехнулся Виктор, — но с моей стороны уверенности в успехе нет. Доброй ночи.

— Доброй ночи, мейстер Вольштейн.

Закончив звонок, учёный тихо ухмыльнулся и, значительно замедляя шаг, повернул направо. Тихо пробравшись в лабораторию, где оставил Феликса, мужчина подошёл к кушетке и присмотрелся к приборам, контролировавшим каждый вздох, удар сердца и малейшие изменения в процессах организма в целом. Не слишком обрадовавшись результату, Виктор проверил капельницу с питательным раствором и, оставив телефон фыркнувшему, что выставит счёт за роуминг, Феликсу на столике с колёсиками возле кушетки, вышел.

Сон никак не шёл, отгоняемый многочисленными размышлениями — в основном они были, как говорилось, обо всем и сразу. Извертевшись на кровати и получив пинок от сестры, посоветовавшей либо уснуть, либо уйти, Роза выбрала второй вариант и выбралась из постели. Посмотрела на себя, отметив, какой бесформенной казалась в широких пижамных штанах и рубашке, и прошаркала до двери. Уже на пороге Роза не удержалась, оборачиваясь на сестру. Вечер прошёл в одном большом скандале, который Анна устроила за сокрытие от неё многих подробностей. Как бы сильно девушка ни упрашивала, но больше, чем уже знала, ей рассказывать не собирались, и это в определённой степени коробило. С другой стороны, так было и лучше.

В доме было тихо, будто он был необитаем, и потому лёгкое постукивание по клавишам из гостиной сразу выдало ещё одного страдавшего бессонницей.

Предполагая встретить Лючио, девушка прошла на звук, но на диване в гостиной расположился Виктор. На столике перед ним слегка дымился в чашке кофе, а к правому бедру привалился кот, растянувшийся в полный рост, отчего задние лапы просто свисали вниз с сиденья.

Либо Роза была слишком тихой, либо учёный был настолько занят своим делом, но он заметил её только тогда, когда девушка села рядом на диван.

— Не спится?

— Можно и так сказать, — повёл плечом Виктор. — За три дня отсутствия накопилось много бумажной волокиты, и благодаря нашему заботливому хакеру я не смогу потом сказать, что вся она испарилась в общем хаосе.

Роза с понятливым видом кивнула и посмотрела на кота, перебравшегося на новое место между ними так, чтобы с обеих сторон его подпирали. Удобно свернувшись, животное спрятало нос под кончиком хвоста и моментально заснуло, только изредка дёргая ухом в сторону учёного.

— Есть успокоительное, — вскользь заметил Виктор. — Поможет заснуть.

— Нет, спасибо. Думаю, посижу здесь немного, и сон сам придёт. Можно ведь?

— Можно.

Тихонько вздохнув, Роза обхватила щиколотки ладонями и покачалась взад-вперед. Чувство было, как если бы она вернулась в года бытия надоедливым ребёнком, мешавшим старшим заниматься своими делами, но Виктор не возражал против её присутствия и просто продолжал работать. Осмотревшись в комнате, Роза в конечном итоге остановила взгляд на мужчине и только теперь заметила аккуратные очки с прямоугольными линзами в тонкой оправе. Из-за этого аксессуара Виктор внезапно начинал казаться более мягким и податливым — представал просто улыбчивым человеком с лёгким на подъём характером.

— Тебе идёт.

Виктор прекратил печатать и с лёгким удивлением посмотрел на девушку. Чувствуя необходимость уточнить, Роза осторожно указала на объект своего интереса.

— А, про это, — учёный улыбнулся, лёгким движением снимая очки и осматривая их. — Привычка с молодости.