Лисья тень (СИ) - Рябинова Элли - Страница 35

— Но, — рассмеявшись, сказал Пушок, запрыгивая ко мне на руки, — это совсем не значит, что мы торопимся туда!

— Действительно, — подхватил Четырнадцатый, подходя ко мне, — или «Лисьей Тени» не нужны такие члены, как мы?

— Очень нужны, — серьезным голосом отвечал я, — не шутите так больше, пожалуйста.

Мы пили. Долго и много. Громко кричали и смеялись. Забыли закрыть магазин, из-за чего распугали нескольких клиентов своим поведением. Это нужно было видеть.

Пушок, наконец, мягче начал относиться к Четырнадцатому, и они успели стать хорошими друзьями. Фырьев больше не был таким злюкой, каким я видел его с самого начала. Волкова же потихоньку восстанавливала утерянные контакты, помогая мне с книжным. Носители, наконец, перестали бояться. Все места изоляций для них перестали существовать. Кроме одного места. Самого крупного, о котором речи здесь не пойдет, ввиду конфиденциальности. Скажу лишь то, что под стражей, среди заключенных, там находятся Светоносный и Руди. На месте разрушенной больницы, в которой меня содержали, построят музей. О некоторых источниках, как и о некоторых носителях, конечно, людям лучше все еще не знать. Мне же было поручено написать о метрополитене все, что я знаю, для того чтобы правительство могло продолжить исследование. Пушок и Четырнадцатый искали подходящих для Лисьей Тени» носителей, которые смогли бы оказать должную поддержку как организации, так и правительству, а Волкова вместе с Фырьевым взяли себе небольшой отпуск, если это можно так назвать. И я выпросил себе отпуск у ученых, после того как закончу работу над статьей про метрополитен. Я обязательно должен съездить куда-нибудь с Яной. Сейчас цель ученых — вытащить оттуда носителей под номерами 1312, 1984, 1488, и старик обещал мне рассказать, как это сделать. Если быть кратким, то я все же благодарен миру за то, что мне на плечи свалилась подобная ответственность. Ведь именно благодаря этому я смог повстречать Поль, Пушка и остальных. Ведь именно благодаря всем этим обстоятельствам я узнал и открыл для себя множество нового. Более того, в какой-то мере действительно сделал нечто значимое для этого мира. Мысли, что это все еще не конец и мы все легко отделались, не покидали меня окончательно. Танаис, которая покончила с собой, все еще стояла будто бы у меня перед глазами. Кажется, она действительно смотрит. У меня бывали мысли наведаться к ней в загробный мир, чтобы поговорить, но что-то подсказывает мне, что еще слишком рано. Да и зачем? Что я ей скажу после всего, что произошло несколько дней назад? Наверное, наблюдая за моим сомнением насчет действительности происходящего, она и вправду смеется. Ну и пусть. Все-таки надежда на то, что я поступил правильно, не оставляет меня. Мы постарались снизить меру наказания для оставшихся в живых членов «Дождя». И кажется, у нас это получилось. Светоносный и Руди, узнав всю правду о Танаис, были бы рады послужить «Лисьей Тени». Так сообщила мне Волкова, которая недавно навещала их. Возможно, мы могли бы поспособствовать пересмотру решения суда насчет этих двух, на что Поль очень рассчитывает.

Меня снова ждут в родительском доме. Моя семья очень гордится мной, и это не может не радовать. Мама очень долго плакала от счастья, узнав, что я жив. Вся семья в действительности думала, что меня уже нет в живых. Не терпится усесться за одним столом и рассказать им все, что со мной происходило.

Весь следующий день я провел в компании Четырнадцатого. Мы заперлись в книжном и работали над статьей про метрополитен. Оказалось, что люди, спускающиеся к источнику (на станцию), сразу оказываются под воздействием некой одурманивающей разум способности. Они начинают видеть то, что видеть хотели бы. Притом окружающие человека, на которого воздействует источник, люди тоже это видят. Короче говоря, если возвращаться к ранее прочитанному мною докладу, испытуемый видел, предположительно, свою возлюбленную, которую смогли увидеть и ученые. Эта станция способна мыслить. Она знает наперед, что именно хотел бы видеть пришедший к ней человек, поэтому умело создает иллюзию происходящего. Она так же может создать одну иллюзию на двоих. Это происходит тогда, когда между двумя пришедшими людьми есть какая-то связь (любовь или родственная). Предположительно, станция питает некую любовь к людям со способностями (носителям). Как говорил мне Четырнадцатый, она хотела бы уберечь каждого из таких и подарить им именно то, что они в самом деле хотели бы видеть. Сам же человек, на которого воздействует метрополитен, без нужных знаний может и не догадываться, что находится в мире иллюзий. Если же человек наблюдает неестественное, для тех или иных обстоятельств, количество синих бабочек, то велика вероятность того, что он находится под воздействием способности метрополитена. Это до сих пор никак не объясняется, но остается фактом. Так же, конечно, человеку может показаться, что все происходящее — слишком хорошо, чтобы быть правдой, потому как происходят некоторые вещи, которые в его жизни произойти просто не могут.

«Выбраться из метрополитена самостоятельно практически невозможно. Один из известных способов на сегодняшний день — метод обмена.

Он заключает в себе «договор» между представителем метрополитена и кем-нибудь еще. Представитель запрашивает носителя какой-либо способности, который, по мнению источника, способен вдвойне окупить потерю того или иного существа, уже находящегося в вагоне. Без раздумий можно отправлять заключенных носителей, которые сидят на пожизненном, но таких заключенных пока не зарегистрировано».

«Лисья Тень».

Поставив печать, я откинулся на спинку стула.

— Еще бы не помешало доклад, сворованный Танаис, сюда приложить, — сказал Четырнадцатый, сонно потягиваясь, — но я хотел бы заняться этим уже завтра. Что думаешь?

— Да, наверное, стоило бы немного отдохнуть.

Четырнадцатый рассмеялся, натягивая на себе куртку.

— Тебе-то еще до закрытия работать, Ваня. Хотя…

Он снова по-доброму улыбнулся, пожал плечами и продолжил:

— Хотя кто знает, как закончится сегодняшний день, правда?

— Ты что-то задумал?

Он снова пожал плечами, затем подошел ко мне, обнял меня и почти перед самым выходом сказал:

— Тебе нужно отдохнуть от работы. Подумал, что ты захочешь провести время с Яной, поэтому попросил ребят задержаться здесь за тебя. Они скоро придут.

Мое лицо расплылось в улыбке.

— Ты… Ты правда сделал это для меня?

— Никто из нас не заслуживает отдыха больше твоего. Завтра продолжим и закончим уже с этой дурацкой статьей, а там, гляди, поедете куда-нибудь. Ты и Яна.

— Спасибо тебе. Ты не представляешь, как сильно помогаешь мне.

Он помахал мне рукой напоследок и скрылся за дверью. Странно, и почему это Четырнадцатый обо мне так заботится? Я усмехнулся и, покачав головой, шепотом сказал:

— Наверное, будь я на его месте, я бы поступил точно так же.

Я снова сел пересматривать статью на наличие различных ошибок и неточностей. Получается, вот что имел в виду старик, когда говорил, что Яна могла бы пойти со мной. Он заранее знал, что метрополитен создал бы для нас общую иллюзию. Как хорошо, что обошлось без этого. И даже если бы это случилось, интересно, на кого бы хотел поменять нас источник?

Время шло. Я даже и не заметил, как осталось всего полтора часа до закрытия книжного. И тут в дверь магазина постучались.

«Неужто я закрыл ее за Четырнадцатым?» — подумал я, подходя ближе. Я с улыбкой открыл дверь, ожидая увидеть там кого угодно. Кого угодно, но не этих двоих.

— Привет, Ваня! — в один голос поздоровались со мной Катя и Саша.

Я ничего не мог им ответить. Я просто стоял и смотрел на них. Попытался даже натянуть на себя улыбку, но тщетно. Саша легонько толкнул меня в плечо.

— Ты что, так заработался, что не узнал своих старых друзей?

Катя рассмеялась этому замечанию.

— Да. Да, простите, — сказал я, протягивая Саше ключи, которые он тут же и взял.

Еще раз внимательно посмотрев им в глаза, я отрицательно покачал головой, предварительно пропустив их внутрь книжного. Они болтали между собой о чем-то… своем? Я нервно засмеялся. Начал что-то бормотать себе под нос. Саша, кажется, окликнул меня, но я даже не пошевелился. Я смотрел в ту сторону, куда отложил незаконченную статью. И тут меня как громом ударило.