Черепаший дом - Рик Татьяна - Страница 8

- Ребята, вы видели лошадь?

Мы плечами пожимаем:

- Конечно, не видели - откуда в реке лошадь?

- Да не в реке, - говорит нам тётя, - а вон там, на стене.

Мы с Васей, разумеется, сразу побежали смотреть, что это за лошадь такая, что по стенам бегает, как муха. Прибегаем - а лошадь вовсе по стене не бегает. Она просто на самом верху высоченной стены шлюза за бортиком стоит, кивает и... улыбается! Вы часто встречали лошадей, которые улыбаются? Я - так первый раз! А как она кланялась, эта лошадь! Как в цирке! Может, она и работала там прежде - не знаю, я у неё не успела спросить.

Но кланялась наша лошадка тоже не просто так - это она намекала на угощенье.

- Я вам так рада! - говорила за лошадь её удивительная улыбка. - Мне так приятно, что вы сюда приплыли! Я просто счастлива! А уж если вы найдёте для меня кусочек чего-нибудь вкусненького, так я буду счастлива вдвойне, втройне и вчетверне!

И, конечно, все пассажиры побежали в каюты и притащили все свои запасы еды. А у кого не было запасов, те примчались со своими фотоаппаратами чтобы сделать фотографию этой замечательной лошади и повесить у себя над кроватью. Пока все бегали, вода в шлюзе прибывала, корабль поднимался, и все мы приближались к лошади. Сначала она была высоко-высоко над нами, потом она так приблизилась, что можно было добросить до неё кусочек хлеба, печенья или сахара. Потом корабль поднялся ещё выше, и до лошади смогли дотянуться те, кто ехал на верхней палубе. Потом воды в шлюзе добавилось, и лошадь смогли кормить из рук пассажиры средней палубы. И Вася, конечно, покормил её тоже - сахаром, который мы не доели за ужином. Наконец корабль поднялся так высоко, что жители нижней палубы смогли протянуть лошадке свои дары. Лошадь жевала и благодарила с набитым ртом. Она была очень довольна. Мы сидели на средней палубе и теперь уже смотрели на лошадку сверху. Отсюда было видно, какая она толстенькая.

- Просто котлетка на ножках, - сказала моя подруга Оксана, а её муж Женя сфотографировал "котлетку".

- Владимир Александрович, как зовут эту лошадку? - спросил Вася у нашего массовика-затейника, который обычно всё про всё знал.

Затейник хитро улыбнулся и ответил:

- Её зовут Вася!

- Ну вот! - возмутилась я. - Неправда ваша! Эту лошадь не могут звать Вася, потому что у неё совершенно женское лицо!

С тех пор имя лошади не давало Васе покоя. Но вскоре Васина мама и брат Шурик тоже отправились в круиз по Волге, они-то и выяснили, что лошадь зовут Майка. То-то было радости! Теперь-то мы точно знаем, что её зовут не Вася!

По правде говоря, у меня к этой лошади было ещё много других вопросов: давно ли она живёт на шлюзе, не работала ли она и в самом деле в цирке, не пора ли ей сесть на диету в целях сохранения фигуры, не обиделась ли она на прозвище "котлетка на ножках"? Но, к сожалению, я не успела задать ей эти вопросы. Сначала потому, что лошадка была слишком занята приёмом пищи, а потом - потому, что теплоход отчалил и поплыл дальше - за новыми чудесами.

А весёлая лошадка Майка встречает все теплоходы, проходящие по Волге, всем улыбается, всем кивает и всем радуется.

Кот

Это в Переделкине было. В доме творчества писателей. Я туда ездила с мамой. Вот вечером поздно выглядывает мама в окно, а в темноте, на балконе на нашем - два огромных глаза светятся. - Ох! - испугалась мама. - Это какой-то страшный зверь, наверное. Ничего не видно в темноте. Глаза одни!

И тут ужасный зверь крикнул басом: - Мя-ау! - Мама! Это кот! закричала я. - Давай мы его впустим! - Не хочу! - сказала мама. - Что мы с ним будем делать? - Ничего. Погладим только. Ну давай пустим! - Нет! спорила мама.

И в первый вечер победа была за ней. Мама кота не пустила. Хотя он довольно долго повторял под нашей балконной дверью своё басовитое "Мя-ау!"

Прошло два дня., наступила жара, и даже вечером было ужасно душно. И мы не закрывали балкон.

И вдруг в окрытую дверь входит... Входит наш кот. Но какой это был кот! Огромный, пушистый-препушистый чёрный кот. Просто живая мягкая игрушка!

Я схватила его на руки (Ну какой же тяжёлый! Как ребёнок!) и стала его гладить. Кот был персидский, пуховый. Он был не очень доволен, что я его так бесцеремонно схватила, но не стал ни шипеть, ни царапаться. Он просто молча отталкивал меня лапами, пытаясь вырваться. Но я его ещё немножко потискала и только потом отпустила. Кот с достоинством обошёл нашу комнату, с любопытством заглянул во все углы, обследовал коридор, ванную, походил ещё немного и ушёл. - Видишь, даже есть не просит, он ведь сытый, гладкий, толстый. Ему просто хотелось познакомиться! - сказала я. - А ты его не пускала!

Кот стал приходить каждый вечер. И я ему очень радовалась. Ходил он, конечно, не только к нам. Я слышала, как одна писательница говорила другой: - Представляете, я просыпаюсь, а у меня на кровати - огромный чёрный кот! Я так перепугалась! Кошмар!

Однажды вечером мама прочитала в холле объявление: "Пропал большой чёрный кот. Кличка - Кот. Если найдёте, позвоните, пожалуйста, по телефону такому-то". Как раз в это время наш пушистый друг пришёл нас проведать. И мама пошла звонить осиротевшей хозяйке. Хозяйка сразу пришла и принесла нам в награду пион.

Но только кот оказался не тот! - Это не мой. Мой гладкий, а этот пушистый! Этот персидский, а мой - простой. Но всё равно спасибо. И пион возьмите!

Следом за этой хозяйкой пришла другая хозяйка, критикесса из соседней комнаты. - Это мой, - сказала она. - Вася, что ты хулиганишь? Пошли домой.

Мы с мамой очень развеселились, потому что вспомнили моего друга Вася, который в это время служил в армии старшим лейтенантом.

Хозяйка унесла своего кота, но через пятнадцать минут он снова пришёл к нам. - Вася! - обрадовались мы.

За то, что он - Вася, мы полюбили этого кота ещё больше.

Вася привык ко мне и позволял гладить пузо. Он с тяжёлым стуком валился на бок, задирал лапы и подставлял свой тёплый пуховый живот. Гладить его было очень приятно.

Вот такой у меня был друг Вася!

Насекомое стадо

У меня в квартире живут кошка, собака, черепаха и два попугая (это не считая брата, сестры и родителей). А тут вот завелись ещё божьи коровки. Осенью завелись, когда уже холода. И не одна, не две, а целое божьекоровское стадо. И пасутся, и пасутся, и пасутся! Ползают по оконному стеклу, а я смотрю на них и думаю: "Ну как же вы сюда попали, голубушки? На окне-то - сетка от комаров! Вам, кругленьким, не пробраться! Завелись ведь как-то! Да я вообще-то не против. Пусть коровки мои цветы, на окне которые, от зелёной тли охраняют.

Утром проснусь, а коровки на прогулку выползли. Весело мне становится, будто за окном не промозглая осень, а зелёная весна!

Но это ещё не всё. Вскоре после коровок у меня в комнате вывелись бабочки! Случилось это в ноябре, на улице было уже совсем холодно и дожди! И никаких бабочек! Они уже, наверное, спать легли на зиму. Сложили свои хрупкие крылышки и дремлют где-нибудь под корягами, или где там бабочки зимуют?

А тут дома, в квартире, среди бела дня вылупляется откуда-то беленькая капустница и начинает по комнате порхать! А на следующий день - ещё одна. Так они и кружат вдвоём! А вечером, когда свет зажгли, эти дурочки к люстре устремились. Решили, что это солнце. Сядет бабочка на горячую лампочку. Обожжёт, бедняжка, лапки да крылышки и - вниз. Сядет на пол, отдышится, остудит лапки и снова - к люстре! Вот глупая! Обжигается, но опять летит!

А я думала, думала, откуда она взялись, да и надумала! Мне моя подружка Люда с дачи фиолетовую капусту привезла! Её не едят, она - для красоты, как цветок, в горшке растёт. Люда сказала, что она до самой зимы достоит, ну а потом уже завянет. Так вот, в этой капусте, наверное, и жили будущие бабочки, куколки капустницы. Они из гусениц получаются, эти куколки. А потом уже в бабочек превращаются.

Я решила, что это хороший знак: две белые бабочки по комнате летают, как два маленьких ангелочка. Я на них смотрю и радуюсь. А на окне - божьи коровки пасутся.