Убежище (ЛП) - Линч Карен - Страница 88

Я кивнул и пошёл в палату Эммы. Осторожно прикрыв за собой дверь, я обошёл занавеску, закрывавшую кровать. Мой желудок сжался, когда я увидел её лежащей в постели, подключенной к капельнице. Её лицо было бледным, а тёмные волосы рассыпались веером по подушке. У неё была гипсовая повязка на правой руке от запястья до локтя, но я не видел никаких повреждений головы. Слава Богу, что у неё был шлем, иначе всё могло быть хуже...

Я с трудом сглотнул и подошёл к кровати. Её рука была холодной и маленькой, и её пальцы вздрогнули от моего прикосновения.

— Мне так жаль, Эмма. Мне никогда не следовало покидать тебя.

Я сел на стул рядом с кроватью, по-прежнему держа её за руку. Увидев её такой, я испугался. Это было жестоким напоминанием о том, как уязвима она была, как легко я мог потерять её. И её последним воспоминанием о нас, был бы мой уход от неё.

Джордан была права, я сбежал в то время, когда Эмма нуждалась во мне больше всего, потому что я не мог справиться со всем. Она прошла через ужасы, которые я даже представить себе не мог, и она доверяла мне, потому что любила меня. И как я отплатил ей за доверие? На одном дыхании я сказал ей, что люблю её, и ничто не изменит моих чувств к ней, а в следующее мгновение я повернулся к ней спиной.

Прошёл час, прежде чем она пошевелилась. Её глаза медленно открылись и, повернув голову, она посмотреть на наши соединённые руки. Она подняла на меня глаза и печаль в её взгляде опустошила меня.

— Привет, — тихо сказал я. — Как ты себя чувствуешь?

Она облизнула губы.

— Я в порядке.

— Мне очень жаль, что я не пришёл раньше. Я охотился и ничего не знал о несчастном случае. Я приехал, как только получил сообщение от Джордан.

Она слегка кивнула и отвела взгляд.

— Тебе больно? Могу я чем-нибудь помочь?

— Нет, — сказала она глухим голосом, от которого у меня заныло в груди.

Я чувствовал, как она отдаляется от меня, и отчаянно пытался всё исправить.

Дверь открылась, и вошёл врач средних лет, а за ним следовала Джордан. Эмма тихонько высвободила руку из моей хватки и посмотрела на улыбающуюся женщину, чьё имя было написано на табличке — доктор Элиза Уэббер.

— Хорошие новости, Эмма. Мы выписываем тебя, — она проверила гипс Эммы и сняла кое-какие жизненно важные показатели. — Всё выглядит хорошо, но тебе придётся не напрягаться, пока сломанные рёбра не заживут. Гипс должен остаться на шесть недель.

Сломанные рёбра и сломанная рука? Мой гнев вспыхнул с новой силой. Лекса дорого заплатит за это. Если бы она была мужчиной, я бы убил её за то, что она причинила боль моей паре.

Доктор Уэббер сверилась с картой, висевшей на изножье кровати.

— Я могу выписать тебе рецепт на обезболивающие, если они тебе понадобятся.

— Я в порядке, — тихо сказала Эмма.

— Тогда ладно. Я пришлю медсестру снять капельницу, и мы тебя выпишем. Если возникнут какие-то проблемы, приезжай.

— Хорошо.

Как только доктор ушла, Джордан заняла её место. Она подошла к шкафу и достала оттуда пластиковую хозяйственную сумку, в которой лежали джинсы и топ.

— Я принесла тебе чистую одежду, переодеться. Я подумала, что ты не захочешь надевать старые вещи.

Эмма слабо улыбнулась.

— Спасибо.

Джордан посмотрела на меня и указала на дверь.

— Не хочешь подождать снаружи?

— Да, — я повернулся к Эмме. — Мне нужно сделать один звонок. Я вернусь, когда ты будешь готова уйти.

Она просто кивнула, и отсутствие её ответа обеспокоило меня. Она едва ли сказала мне пять слов с тех пор, как проснулась.

Комната ожидания была занята, и я вышел на улицу. Я не хотел, чтобы кто-нибудь подслушал мой разговор.

Пришлось набирать Максвеллу дважды, прежде чем он ответил.

— Ты звонишь мне, чтобы объяснить, почему ты не на работе?

— Да. Я в больнице Милосердия с Эммой. Лекса Уотерс пыталась убить её.

— Что? — рявкнул он.

Я пересказал ему то, что рассказала мне Джордан. Затем я рассказал ему о преследовании Лексой меня и её растущей агрессии по отношению к Эмме, закончившейся инцидентом в походе в прошлые выходные.

— Почему ты не сказал мне об этом раньше? — потребовал он ответа.

— Я думал, что справлюсь с этим, и что Лекса отступит, когда узнает, что я запечатлён. Если бы я знал, что она сделает что-то подобное, я бы не ушёл из города, — я потёр затылок. — Эмма могла умереть. Лекса должна заплатить за это.

Он сурово выдохнул.

— Это очень серьёзное обвинение, Роланд. Я не говорю, что не верю твоей паре, но это будет её слово против слова Лексы.

Во мне вскипел гнев. Я знал, что Альфа должен быть беспристрастным судьей, но Лексе это никак не сойдёт с рук. Она зашла слишком далеко.

— Водитель микроавтобуса, в который чуть не врезалась Эмма, сказал, что видел большую белую собаку, преследующую Эмму. Сколько сейчас в городе белых волков?

Несколько секунд Максвелл молчал.

— Насколько мне известно — двое. Я позвоню и пошлю Фрэнсиса проверить эту старую дорогу. Если за последние несколько дней там побывал волк, он обязательно учует запах.

— А что ты будешь с ней делать? — спросил я, уверенный, что Фрэнсис учует запах Лексы на месте аварии.

— Пока не знаю, но если она причинила вред твоей паре, то будет наказана. Я даю тебе слово, что так и будет. Как там Эмма?

Я смотрел, как машина скорой помощи подъезжает к приёмному покою и задрожал. Два дня назад в одной из этих машин была Эмма.

— У неё сломана рука и несколько рёбер. Они скоро отпустят её.

Он громко выдохнул.

— Возьми выходной и побудь со своей парой. Я позвоню тебе, когда выясню подробности.

Я закончил разговор и вернулся в палату Эммы, где обнаружил её одетой и сидящей на кровати. Она всё ещё была бледна и прижимала раненую руку к животу. Мне очень хотелось обнять её, но я боялся причинить ей боль.

Джордан вошла следом за мной, размахивая какими-то бумагами.

— Всё готово.

— Я возьму машину и подъеду ближе.

Я полез в карман за ключами.

— Джордан отвезёт меня домой, — тихо сказала Эмма.

Прежде чем я успел возразить, Джордан помахала мне ключами от машины.

— Мой "БМВ" будет для неё удобнее, чем "Мустанг". Можешь поехать за нами.

В "БМВ" может и было удобнее, но по тому, как Эмма избегала моего взгляда, было ясно, что она не хочет ехать со мной. Я чувствовал, как растёт расстояние между нами, но не мог давить на неё, пока она была в таком состоянии. Она приходила в себя после ужасного испытания, и я дам ей пространство, если она нуждалась в этом.

Медсестра привезла инвалидное кресло для Эммы. Она слабо запротестовала, что ей это не нужно, но вскоре сдалась. Я подвёз её к главному входу и остался с ней, пока Джордан ходила за машиной. Эмма не произнесла ни слова за всё то время, что мы были одни, и я не пытался разговорить её. Мне так много нужно было ей сказать, но сейчас было не время.

Джордан остановила машину, и Эмма позволила мне помочь ей сесть на пассажирское сиденье и пристегнуть ремень. Я задержал руку на её плече, прежде чем заставил себя отступить и закрыть дверь.

Я подошёл к водительскому месту, и Джордан оторвала взгляд от сотового телефона, который держала в руке.

— Я буду хорошо заботиться о ней.

— Это я знаю.

Было мало людей, которым я доверил бы её безопасность, и Джордан была одной из них.

Мой телефон завибрировал, когда они отъезжали, и, вытащив его, я прочитал два сообщения от Джордан.

"Дай ей пару дней. Она через многое прошла".

"Не спрашивай меня почему, но я почти уверена, что она любит тебя".

Я долго смотрел на второе сообщение, потом отложил телефон и завёл машину. Слова Джордан даровали мне надежду, что моя глупость не стоила мне единственной девушки, которую я когда-либо любил. Я не хотел себе пару, но не мог представить свою жизнь без Эммы. Всё, что я мог сделать, это надеяться, что она чувствовала то же самое ко мне.