Блаженны алчущие (СИ) - Шизоид Агнесса - Страница 214

Между тем, старый солдат громко объявил, что вспомнил песню, которую обожали его боевые товарищи.

— Может, вы споете нам ее попозже? — сделал Фрэнк последнюю попытку. — Когда официальная часть закончится, мы отправимся по кабакам, и там можно будет повеселиться как следует.

Неожиданно его поддержал Гидеон Берот, имевший вид еще более суровый, чем обычно. — Я тоже не в настроении для песен.

— Не хотите, господа, так заткните уши! — На длинной физиономии Мелеара отражался восторг малыша, которому подарили его первую деревянную сабельку. — А мне не терпится. Песню, песню!

— Песня никогда еще ничего не портила, — наставительно заметил ветеран и громко откашлялся, прочищая горло. — В походе вы это быстро поймете!

Нет, так ничего не добиться.

Фрэнк решил найти того, кто сможет положить конец этой истории, прежде чем она зашла слишком далеко.

Он начал протискиваться на свободу, но Мелеар удержал его за рукав. — Надо же, Грасс — зануда с рапирой в заду, а вот его папаша — просто шедевр! Я бы дорого дал, чтобы узнать, что такое вытворил наш Кевин, чтобы впасть в подобную немилость? Вы ведь знаете, Делион, не так ли?

— Понятия не имею, — Он выдернул руку.

— В историю с тем, что Грасс якобы сказал Денизе что-то обидное, я не верю ни на медяк, — негромко продолжал Карл. — А на вашем месте я бы поостерегся. Грасс тоже недавно считался закадычным другом Филипа — и вы видите, чем это кончилось. Правда, с вами такой прием не пройдет, не правда ли? Для вас ему придется подобрать другую кару.

Фрэнк двинулся дальше, не удостоив его ответом. Он не сомневался — рано или поздно они сойдутся вместе на дуэли. Сейчас же ему было не до потомка почтенного Древнего рода Мелеаров.

Он высматривал в толпе нужного человека, когда к нему подошел Гидеон Берот.

— Вы с Грассом вроде как приятели или что-то в этом роде, — проговорил тот, словно нехотя. Заметно было, что обращаться к Фрэнку не доставляло ему особого удовольствия. — Он должен вот-вот явиться — я знаю, что Филип послал за ним. Если хотите, поймайте его у входа и предупредите, чтобы приходил только к самому окончанию, когда будут вручать грамоты. К тому времени эта… это создание, которое Филип решил выставить на посмешище, окосеет, и я велю лакеям отвести его в дальние комнаты. — Жесткую складку рта скривила гримаса брезгливости. — Не выношу Грасса, но вся эта сцена… Не в лучшем вкусе.

Фрэнк кивнул в ответ, зная, что в его благодарности Берот не нуждается, и попросил: — Постарайтесь, чтобы он как можно дольше не начинал свою серенаду… Я надеюсь, мы положим этому конец до прихода Кевина.

А вот и лорд Радайл! Глава Академии стоял рядом с камином, потягивая вино и беседуя с Премудрым Алквистом Зорким, преподавателем математики и астрономии.

Фрэнку пришлось ждать неподалеку, покачиваясь от нетерпения на каблуках. Наконец, бокал Алквиста опустел, и Премудрый отошел в поисках лакея с графином, которого обнаружил так быстро, как и полагалось человеку, способному найти в ночном небе Малого Грифона.

Фрэнк воспользовался моментом, чтобы почтительно обратиться к Радайлу. Это был человек немолодой и дородный, среднего роста и, кажется, среднего ума. Судя по тому, что говорили о нем другие ученики, свою почетную должность он получил не за доблесть на поле боя, где не слишком отличился, а благодаря связям и умению ладить с нужными людьми.

Пока Фрэнк пытался объяснить ситуацию, бесцветные, чуть навыкате глаза Радайла оставались пустыми. Что-то блеснуло в них, лишь когда прозвучало имя Филипа.

— Приглашенный лорда Картмора? — по лицу с мелкими, заплывшими жирком чертами пробежала рябь. — Хммммм….

— Да, мой лорд. Бедняга не желает ничего дурного, но это простой человек, мой лорд, и он слишком много выпил. Боюсь, под хмелем он может повести себя неприлично.

— Хммм, он уже ведет себя неприлично, — Радайл покосился в направлении, откуда раскатами грома доносились обрывки очередной истории. Пожевал губами. — Но, хмммм, гость лорда Картмора… Вот что, господин… эээ… Делион, да? Будьте любезны, попросите нашего гостя говорить потише. Он все же не в кабаке, да?

Фрэнк подавил вздох. — Мой лорд, меня он слушать не станет, возможно, если к нему подойдете вы…

— Хмммм… Полагаю, что лучше дождаться Берота. Он решит, как надо поступить. Да-да, так и сделаем.

Лорда Берота Фрэнк видел лишь однажды и недолго, но высокая, прямая фигура в черном врезалась ему в память. То ли потому, что тот был отцом Гидеона, то ли потому, что был не из тех людей, которых быстро забываешь.

Мимо проходил Колин Атвер, и Фрэнк, подозвав его, попросил сообщить ему, когда придет Кевин. А сам остался ждать.

Когда, наконец, появился Высокий лорд Берот, он оказался таким, каким Фрэнк его запомнил — излучающим высокомерие и наводящим робость.

Сивил Берот уже заметил их гостя и пребывал не в лучшем расположении духа. Недовольство читалось в напряженной линии рта, в изломе густых бровей. Они с сыном были очень похожи, особенно в гневе.

— Кто этот человек, и что он здесь делает?! — потребовал ответа Высокий лорд.

— Если вы о нашем ээээ особом госте, дорогой Сивил, — в голосе Радайла зазвучали заискивающие нотки, — насколько понимаю, это отец одного из учеников.

— Наших учеников?! — Берот шумно фыркнул, как дракон, выпускающий пар. — Имя!

Пытаться скрыть его не имело смысла. — Грасс, мой лорд, — ответил Фрэнк. — Но он понятия не имел…

— Грасс, — повторил Берот, морщась, словно фамилия оставила во рту горький привкус. — Не знаю никаких Грассов. Вот что бывает, когда в заведения, подобные нашему, пролезают люди без роду без племени.

Под его ледяным взглядом к щекам Фрэнка прилила кровь. Несомненно, Берот знал, кто он такой. — Кевин Грасс — один из лучших учеников Академии, — Ему стоило труда держать себя в руках. — Мой лорд.

— Стипендиат, что ли? — уточнил лорд Берот, с презрением еще более едким. — Эти вечно лезут из кожи вон.

Да уж, в сравнении со своим отцом, Гидеон казался милейшим человеком.

— Да, именно, Сивил, стипендиат, — лорд Радайл кивнул, и его пухлые щеки задрожали, как бланманже. — Насколько припоминаю, мать Грасса — из древнего и почтенного рода Фешиа, иначе мы, конечно, никогда бы не позволили ему занять бесплатное место среди учеников нашей славной школы.

— В Андарге сын простолюдина считается таким же сбродом, как его отец, — отрезал Берот. — Очень верное правило. — Вот он с решением не колебался. — Пусть этот, грм, Грасс немедля выведет своего папашу на улицу, а когда вернется — подойдет ко мне. — Гримаса, грозившая превратиться в оскал, не сулила Кевину ничего хорошего.

— Грасса еще нет, — вынужден был сказать Фрэнк. — Он скоро придет. А пока, я уверен, Филип мог бы…

— Великолепно! — в своем негодовании Берот словно стал еще выше. — Мы допускаем этого мальчишку учиться из милости, а он воображает, что может заявляться на торжество в Академии, когда ему заблагорассудится! Если ему не нужна грамота об окончании, пусть так и скажет, еще не поздно вычеркнуть его имя из списка выпускников.

Фрэнк заметил, что к ним пробирается Атвер.

— Грасс пришел, — сообщил тот громким шепотом, с опаской покосившись на лорда Берота.

Фрэнк обернулся. Да, так и есть.

Грасс застыл у входа, настороженно поглядывая по сторонам, как будто подозревал, что в этих стенах его поджидает вооруженная засада. Что ж, не так уж он неправ… Потом, словно на что-то решившись, зашагал вперед, сквозь толпу.

Надо его предупредить…

— Грасс не приглашал сюда своего отца, — сказал Фрэнк Бероту и Радайлу. — Он ни в чем не виноват, и нельзя его за это наказывать.

Изумление и возмущение тем фактом, что приходится выслушивать непрошеные советы какого-то щенка, на мгновение лишили Высокого лорда дара речи. А когда он открыл рот для гневной отповеди, Фрэнк, не дожидаясь, пока на него обрушатся молнии вельможного гнева, коротко поклонился и смешался с толпой. Спеша к Кевину — на перехват.