Маг под прикрытием (СИ) - Мартынова Ирина - Страница 34

— Это Мэйнард, его учитель вам что-то оставлял для него.

— Не то чтобы учитель, но да, — парень внезапно смутился под пристальным взглядом угольно-черных глаз. — Я приходил на днях, но вы не открыли.

— Фотис? А что, не стало его?

— Не стало, — в голосе парня чувствовалось неподдельное сожаление и боль утраты.

Я мог его понять. Сколько бы я ни отрицал свои чувства, старика мне не хватало. Однако сейчас не время предаваться скорби, на повестке дня стояли куда более важные дела.

— Вот говорил же, что его образ жизни до добра не доведет! Так нет, он все твердил, что лишь так чувствует себя живым, приключений, видите ли, ему подавай… — Я не представлял, как он переживает эти потери. Все, кого он знал, постепенно покидали этот мир, и крайне редко это происходило по причине старости или болезни. Дар продлевал срок нашей жизни, но маги редко доживали до конца отпущенных им лет. — Не стойте, проходите в кухню,— вздохнул старик и первым пошаркал ставить чайник.

Бросив куртку на напольную вешалку, я пошел следом. Мэйнард стянул через голову уделанную грязью мантию и аккуратно повесил на крючок. В отличие от многих магов, надевающих мантию на ночную сорочку, Мэй надевал под нее легкие брюки и рубашку.

В кухне, как всегда, был идеальный порядок. На подоконнике стояли горшки с растениями — фиалок, по-моему, прибавилось — а из окна открывался прекрасный вид на набережную, по которой мы только что шли. За ажурными занавесками у самого крыльца цвел пышный куст лиловой сирени, поблескивала вода в реке, медленно плыли по небу облака. Здесь ночная стычка с монстрами начинала казаться дурным сном, а вместе с ней и события всех последних дней.

Я привычно устроился на маленьком угловом диване, и вдруг так некстати подумалось, что я первый раз здесь без учителя. Сегодня третьим оказался Мэйнард, и это было непривычно. До этого момента где-то на задворках сознания жила нелепая надежда на то, что стоит мне разобраться с навалившимися проблемами, и все станет по-прежнему. А теперь вдруг осознал, что по-прежнему никогда не будет — Окинуса уже не вернуть. А ведь он был не только моим учителем, но и главой нашего ковена.

— Ну, рассказывайте, ребята, что у вас приключилось, — прервал мои невеселые мысли голос Хенрикуса.

Мне успела поднадоесть эта история, но я вкратце описал, как меня подставил Двэйн и как так вышло, что я с командой наемников оказался в Демоновых горах. Мне казалось, что старик не поверит, как не поверил поначалу Деметриус, но тот удивил:

— Лисандр, я тебя с детства знаю. Ты, конечно, много крови Окинусу выпил, но на такое не способен.

— Спасибо, — сказал едва слышно. Почему-то мне было крайне важно, чтобы именно этот человек мне верил.

— Но вот поверят ли тебе остальные? — старик подпер голову рукой и задумчиво посмотрел на проплывающие облака. — Поступим так. К ночи в горах соберется костяк ковена, тебе тоже нужно там быть. Вряд ли Двэйн бросит тебе вызов до ритуала, а после у вас обоих не будет ресурса. Придется разговаривать. Ты сможешь подтвердить правдивость своих слов клятвой, а он нет.

— Думаю, Двэйн это тоже понимает. Я не знаю, какой у него план, но он точно что-то задумал. И я не уверен, что нам вообще хватит людей.

— Так давай посчитаем: ты, Деметриус, Ронгвальд, его ученица — не помню, как ее там — Велиус, Усхари, Алексус…— старик загибал палец, называя очередное имя, — Двэйн. Восемь человек. Ой, да не кривись ты! Своими руками придушил бы мерзавца, но в круг ведь кому-то надо вставать? — Хенрикус встал снять с печи закипавший чайник. Мэйнард бросился ему помогать, но старик тут же на него шикнул:— Думаешь, я не в состоянии сам справиться с этой посудиной? Я пока еще не настолько немощный.

Пришлось парню садиться обратно. В нашей компании он явно чувствовал себя не в своей тарелке. Возможно, не стоило его тащить, но не уверен, что принципиальный старик отдал бы мне его наследство. По всем правилам положено, чтобы из рук в руки.

На словах все было гладко, но почему тогда меня никак не покидало дурное предчувствие?

— А в крайнем случае, если кого-то из нас все же не станет, не могли бы вы встать в круг? — мне казалось, я выразился вполне деликатно, но старик дернулся как от удара и едва не расплескал кипяток.

—Ты сам-то понял, что сказал? Я стар, у меня слабые сосуды. Технически я могу встать в круг, но просто не переживу такой нагрузки. Еще один ритуал меня убьет.

—Я идиот. Простите, старший! Мне даже в голову не пришло, не подумал…

— А вот привыкайте думать, господин будущий глава, — старик поставил перед нами чашки с горячим травяным чаем.

— Какой из меня глава? — отмахнулся я.

— Ты ужасный ученик! Умудряешься спорить с учителем даже после его смерти.

— Он не учил меня этому. Возможно, собирался, но не успел.

— Стать главой ты должен был лет через десять, никак не сейчас, но раз звезды сошлись иначе, буду помогать тебе по первости. Посидишь тут дома спокойно, как же! А что поделать? Не бросать же тебя, в самом деле…

Хоть он и ворчал по своему обыкновению, мне почему-то казалось, Хенрикус рад быть нужным. Другое дело, я не уверен, что готов взять ответственность за ковен. И не уверен, что основной круг меня поддержит.

— Буду признателен.

— Ах, да, — посмотрев на Мэйнарда, который дул на оказавшийся слишком горячим чай, Хенрикус вспомнил, зачем тот к нему заявился, — сейчас посмотрю, куда я сунул твой сверток. Если его еще моль не съела.

Когда старик скрылся в комнате, Мэйнард взглянул на меня с интересом, словно в первый раз увидел:

— Даже не верится. Смогу потом говорить, что лично знаю темного ковена, — пояснил он, поймав мой вопросительный взгляд, — да только разве кто поверит?

— Рано радуешься, мне бы выжить для начала. Чай твой давно остыл, что ты на него дуешь?

— Шутите? Да от него дым идет, пар, то есть. Если сейчас выпью, язык потом целый день болеть будет.

Блин, я же как-то пью. Потом он еле теплый будет.

Из коридора снова послышались шаркающие шаги Хенрикуса. В руках он нес матерчатый сверток, который молча положил перед Мэйнардом:

— Я не открывал.

Парень торопливо развернул пахнущую сыростью и лесными травами ткань, внутри обнаружилась увесистая записная книга в потертой твердой обложке. Тихо ахнув, он пролистал пожелтевшие страницы. Среди ровных строчек рукописного текста встречались таблицы, схемы плетений, схематичные изображения редких трав и ночной нечисти.

— Спасибо! — Мэйнард с нежностью погладил исписанную убористым почерком страницу.

— Развлекайся, — старик натянуто ему улыбнулся, а меня поманил за собой в комнату. Неужели, собирался поведать мне какой-то секрет? Или у него и для меня что-то было?

В кабинете были зашторены шторы, на укрытом клетчатом пледом диване лежали коробки и свертки. Видимо, он достал весь этот хлам с верхних полок, когда искал книгу для Мэйнарда.

— Что с парнем собираешься делать? — понизив голос, спросил Хенрикус.

— Ничего.

— Да брось, тебе слова никто не скажет. Ты прошлой ночью работал, этой тебе вставать в круг, да горы, да еще поединок на носу, — он был полностью серьезен.

Несмотря на то, что Хенрикус порой был похож на безобидного дедушку и разводил фиалки на подоконнике, не стоило забывать, что он по-прежнему темный маг. Он решил, что я привел Мэйнарда в качестве жертвы, и отнесся к этому со свойственным ему спокойствием.

— Разве это повод пачкать кровью ваши прекрасные занавески? — я немного растерялся от неожиданности и решил глупо отшутиться. Не вышло.

— Зачем занавески, когда есть подвал? Пачкай сколько влезет, потом приберешь за собой и все.

— Я не собираюсь этого делать, — ответил я спокойно, но решительно.

До сих пор помню, как тогда в лесу убил того мальчишку-мага, прибившегося к бандитам. И помню, как мне после этого было гадко. Вернись я в тот день, не уверен, что поступил бы иначе, но к Мэйнарду я успел привязаться. За тот недолгий период, что я состою в их команде, мы многое пережили вместе.