Мир, где меня ждут (СИ) - Кири Кирико - Страница 85

И пока там был круговорот смерти на лошадях, наши быстро-быстро протискивались в город. В воротах уже была давка несмотря на то, что те были не сильно узкие.

Наша же конница, уже разбив вражескую на части, сейчас превратилась просто в рой, который окутал её со всех сторон истребляя. Иногда они отходили и вновь огромной волной накатывали на врага, при этом не рискуя подходить близко к вражеской группе пехоты.

Интересно, сколько там их? Четыре тысячи? Шесть? Восемь? Вряд ли восемь, но вот шесть вполне может быть, если приплюсовать сюда наёмников и простых людей, которых заманили деньгами.

Они довольно ровным и смелым строем, в отличие от наших убегающих, выходили из леса.

- Мамонта, иди в город, - кивнул я ей на ворота, где столпотворение сходило на нет. К тому же уже и наша конница отступала. Как раз-таки их мне и надо было перехватить до того, как они решат тоже укрыться в городе.

Мамонта попыталась что-то сказать мне, однако я лишь кивнул ей на ворота и произнёс:

- Это приказ.

Ну как произнёс, крикнул ей. Сам же бросился наперерез коннице, что собиралась, по-видимому, зайти с другой стороны, через вторые ворота. И на мою радость, в отличие от врагов, она количеством не сильно изменилась. Примерно на глаз как было две с половиной тысячи, так и осталось. Пока я бежал им на встречу во весь опор, от огромного отряда отделилась одна лошадь, что могла принадлежать только Констанции. Через несколько минут она уже была около меня. Вся покрытая пылью вместе с лошадью, но тем не менее целая и живая. Видимо их только и накрыло пылевым облаком. Повезло, сучка, а вот нас своим бабахом подставила, едва не убив. Рассчитали они всё блять.

Констанция, подъехав, что-то мне сказала, однако я естественно нихуя не услышал. Зато сам ей прокричал.

- Я когда блять отсюда выберусь и починю себе слух, я вам ебальники с Эви начищу! Вы, две тупые дуры, что туда загрузили?! Нас бы убило, если бы мы не отошли! И не пытайся там что-то пиздеть, я оглох от взрыва! А теперь слушай сюда, в город не заезжать. Будете здесь, снаружи кошмарить их, когда будет предоставляться возможность. Сколько их тысяч?

Она что-то сказала.

- На пальцах, дура, я оглох!

Констанция вновь что-то сказала, видимо какую-то гадость, после чего показала шесть пальцев, потом показала ещё один и два пальца, после чего завершила всё неопределённым жестом руки.

Понятно… Примерно шесть и плюс одна-две тысячи. Видимо конница, которую не добили.

- Ясно. Я тебя нихуя не слышу, но уходите отсюда. Потом, когда настанет момент, вдарите им по самые гланды, чтоб яйца у всех полопались, ты поняла? Мы будем держать оборону и изматывать их, а ты потом, когда наступит час, ударишь и разобьёшь их. Я в тебя верю! А ещё подвези меня до ворот!

Констанция только что-то фыркнула, после чего залезла на лошадь и помогла мне взгромоздиться на неё. Буквально за несколько минут она довезла нас до второго входа, где ворота были тоже открыты и охранялись стражей.

- Всё, давай, скачи к своим. Рассчитываю на тебя!

Она что-то там прохлопала губами, стукнула пятками по бокам лошади и присоединилась к общему табуну, что мчался дальше.

Надеюсь, они не облажаются.

Город встретил меня подозрительной тишиной (удивительно почему, да?). Ни людей, ни детей, ни какого-либо движения я не видел. Абсолютно все заперлись дома, боясь и нос высунуть на улицу сейчас.

Солдаты, что меня встретили, тоже не особо спешили со мной разговаривать, поглядывая на мои помятые (особенно шлем), грязные от пыли доспехи. Просто закрыли ворота, заблокировав их засовами и запорами. Честно говоря, такие деревянные ворота не сильно-то и ассоциировались у меня с защитой, выглядя слишком хрупко. Но в данной ситуации всё сойдёт.

Пришлось мне ещё попутно сделать небольшой кросс до другого конца города, благо он не очень большим был. А то бежать километр в доспехах не то что сложно, однако и приятного в этом практически нет. Зато смог понять, где конкретно мы себя заперли.

Если описать в двух словах, то это бараки. Просто множество бараков, и только некоторые строения отличаются тем, что выстроены из камня, хотя выглядеть как-нибудь иначе, чем сарай, они не перестают.

Ещё одним строением, которое отличалась от города сараев и бараков, была ратуша. Небольшая ратуша, которая была похожа на мини-церковь с куполом вместо крыши. Хотя отличалась она не критично, своим видом ну просто абсолютно соответствуя этому прекрасному городу.

На другой его стороне, где заходили наши солдаты, был полнейший кавардак. Широкая дорога от ворот, которая буквально через десять-двадцать метров упиралась в площадь, была до отказа заполнена моими людьми. Самое настоящие столпотворение, словно на базаре. Солдаты ютились кто где мог, сбиваясь в кучи настолько плотно, что пройти здесь можно было только по узким тропинкам между домов.

При этом большая часть, что была в пыли после взрыва, даже на ногах не стояли. Сидели вдоль стен домов, стен города и даже просто кучками посреди улицы и площади, словно не совсем понимая, где они оказалась. Такие вот большие островки ещё не отошедших от взрыва людей.

Повсюду здесь же сновали люди, что работали у нас в тылу: носили воду, помогали раненым, просто пытались распределить всех по местам, чтоб хоть как-то разбить эту общую кучу.

Пиздец тут у них вакханалия твориться. Словно, когда солдаты попали в город, все забили хуй на организацию, и теперь они были сами по себе и делали, что хотели. Тут же просто не протолкнуться, и такое ощущение, что никто даже не пытается с этим разобраться. Блять, а кто работать будет, твари?!

Среди этой массовки металла я с трудом смог найти Мамонту.

- Мамонта! – я кричал не потому, что не слышал её, а потому что не слышал самого себя. Так разговаривать как сложно, так и непривычно. – Сейчас всех, кто из защитной группы, в одно место! Там я видел площадь, - указал я пальцем в город. - Всех сгоняй туда, и пусть там уже смотрят, что и как можно им помочь, ты поняла?

Она закивала.

Не имело смысла ругаться сейчас на то, что они, добравшись до города, вдруг почувствовали себя в безопасности и нихуя не делают. Потом вставлю всем поочерёдно пизды, а пока надо было раскидать всех по местам.

- Отлично! Сгоняй всех знахарей, обладателей магии лечения и целителей туда же, чтоб помогали. Исцелённых на той же площади составляй в группы на двести человек, ты поняла?! Но Рубеку ко мне! Пусть слух вернёт!

Мамонта опять закивала.

- Отлично, кто на стенах стреляет?

Она показала знаками четвёртую группу и пушки.

- Артиллерия наша? – вновь кивает головой. – Отлично! Пусть пока прекращают! Подпустят на расстояние пятидесяти метров и откроют шквальный огонь! Всех солдат разбей группами по две сотни и сбей их в кучи, чтоб было легче управлять ими! Собери всех командующих, надо перетереть план, ты поняла меня?!

Мамонта закивала, после чего повернулась в сторону и помахала рукой, кому-то что-то прокричав.

Вскоре общая куча мала медленно, но задвигалась, наконец приобретая хоть какую-то упорядоченность. Я уверен, что сейчас здесь повсюду были крики и приказы.

Всё это дело происходило в страшной спешке, надо было теперь срочно выстроить оборону, с которой мы сможем не только отбить атаку, но и провести контрнаступательную операцию в ответ, распределить людей и помочь тем, кто был ранен.

Все что-то метались, суетились и жизнь будто включилась на ускоренную перемотку времени, пока мы готовились. Главные в группах что-то кричали, толкали и буквально растаскивали в кучи своих подчинённых под предводительством Мамонты.

Уже через минут десять ко мне выскочила рыжая бестия, немного потная, уставшая на вид и с синяками под глазами. Она вырулила откуда-то из толпы, пока я расталкивал других солдат, ставя их в ряд и крича приказы, сам толком ничего не слыша.

Не теряя времени на церемонии и приветствия, она по-простому схватила меня за руку и потащила в ближайший какой-то даже не дом, а сарай для хранения дров. Едва держащийся, скорее всего, на магии, он был собран из кривых досок и зиял щелями.