Мир, где меня ждут (СИ) - Кири Кирико - Страница 142

Они считают нормальным наёбывать, но если наебут их – они расплачутся.

Короче, Скверна – типичный представитель класса хуесосов и уёбков, которых надо расстреливать у стены. Чем я и займусь в ближайшее время.

Он даже место выбрал символическое для этого.

Даст.

Кстати, изначально это было английское название, потому город переводился как пыль. Пыль… Город, ставший пылью. Насколько я знаю, эти названия давали герои, иногда обозначая те или иные места не самыми хорошими словами. При этом жители, гордые тем, что их город назвал сам герой, укореняли эти названия.

Получилось то, что получилось.

Потом король перехватил эту инициативу, и страна обрела множество не самых лицеприятных названий, значение которых никто не знал.

Однако немного иронично, что некоторые города, что когда-то погибли от моей руки, носили такие названия, которые довольно точно описали их будущее.

И Даст, к его несчастью, полностью оправдывал теперь это название.

Я подъехал к его воротам на лошади так же, как и двадцать два года назад. Только теперь меня не встречала стража. Меня встречал мёртвый город, покрытый пылью и в неё превращающийся.

Город располагался между двумя высокими холмами, имеющий два ряда стен. Вытянутый в длину, в ширину он был ну очень коротким и чем-то напоминал города дикого запада по планировке, где здания находились чисто вдоль дороги. За вторыми стенами находились административные здания, как сейчас помню. Перед ними была площадь, сейчас заваленная руинами башни, а позади – огромная гора, которая нависала над ними.

Там же была и казнь, которая закончилась для многих плачевно.

Бог Скверны умел подбирать места, намекая на моё незавидное будущее. Видимо следовал фразе: где всё началось, там всё и закончится. Только вот для кого из нас – это ещё вопрос, так как именно с этого города началось и его восхождение к вершинам. И могло бы продолжаться, если бы не его предательство.

Я въехал в этот жизнерадостный город, оглядываясь по сторонам, уже готовый просадить пулю незадачливому ублюдку, который привёл палача ровно к себе на порог. Что-что, но такие, как я, знают толк в уничтожении себе подобных. И позвать подобных мне на собственную казнь – это довольно смело. Я готов поаплодировать тому, кто меня вызвал…

Над его трупом.

Только вот где сам уёбок?

Вернее, я знаю, где уёбок, видел уже, но надеялся, что он покажется несколько раньше, начиная с ворот. Первая часть видения была связанна именно с этим местом, с Дастом. Здесь будет весело, так как я помню кровь – свою и чужую. Много крови. И Бога Скверны, которому придётся не очень сладко из-за меня. Здесь будет жарко и потно работать. Хотя что конкретно здесь будет – сказать не могу, так как всё увиденное было отрывистым и в тумане, который мешал полностью разглядеть и разгадать будущее.

А вот вторая часть видения… там уже мне не очень легко придётся. Однако если мне удастся закончить всё до того момента, и не дать уёбку уйти… Если система реально это предвидела… рука сама коснулась груди, где висел медальон.

Но я уже въехал, а его пока не видно. Только пустые дома, разрушенные амбары, осыпающиеся стены и поросшая дорога, на которой растаял снег и… остались следы ног. Не Бога Скверны, людей, однако проблем от этого меньше не становилось.

Значит уёбок решил позвать с собой подкрепление.

Не долго думая я спешился, отведя лошадь в сторону с улицы и привязав её к какому-то обломанному столбу, после чего ещё раз оглянулся.

Никого.

И ничего.

Вообще пусто.

Следы есть, а уёбка нет. Не хочет показываться раньше времени, ожидая меня там, дальше, как и положено последнему боссу – самому сильному и хитрожопому из всех мне встречавшихся.

Надеюсь, что он не забыл о нашей встрече, иначе я расстроюсь. Очень сильно расстроюсь.

Вру, я не расстроюсь, так как волнуюсь. Таким образом я пытаюсь скрыть свою нервозность и страх перед этим местом и тем, что меня ожидает. Нет ничего лучше, чем подбадривание самого себя, верно?

Я, продвигаясь всё дальше, но уже пешком и вдоль домов, чтоб не палиться на открытой улице, всматривался в окна опустевших зданий, прислушиваясь к собственным ощущениям и слуху. От напряжения рукоять револьвера стала немного влажной, однако всё равно плотно сидела в моей ладони, готовая порадовать хозяина знакомой отдачей.

Мир сузился ровно до этой самой улицы, по которой я двигался, хотя по сути только она и была. Вширь здесь раз-два и уже на другом краю города.

Я двигался, водя стволом револьвера из стороны в сторону, готовый вышибить мозги кому-нибудь из незадачливых ублюдков, что решили примкнуть к нему. Ведь за моей спиной он мог реально набрать довольно верных себе последователей, который могли пойти за ним даже против меня самого.

Дошёл до своего отеля, где жарил эльфийку в годы молодые, остановился, постоял, подумал…

Резко развернулся и выстрелил три раза. Первый уёбок исчез в окне, так и не выстрелив в меня. Двое других пытались пересечь улицу, но оба получили по пуле в голову, так и не дотянув до меня.

Разворачиваюсь, ещё три пули и ещё три трупа. Я не промахиваюсь на таком расстоянии. Может я и не стольник до сих пор, однако мои перки, умения и статы позволяют вырезать всё в округе.

Четвёртый пытается ударить меня, но я лишь ухожу в сторону, пропуская мимо дегенерата, словно быка, разворачиваюсь и бью ему уже в спину. Размашистый удар вдоль тела; я только полоснул его, однако с такой силой, что перерубил позвоночник и несколько рёбер, не оставив ему и шанса.

Но это не конец, я, не останавливаясь, кручусь дальше, делая оборот ещё на сто восемьдесят обратно ко входу и отбиваю удар мечом, от второго отпрыгиваю. Скорость этих парнишек-хуишек поразительно высокая. Взмах-взмах-взмах-парирование-парирование-парирование…

Мечи не шпаги, ими так не пофехтуешь. Не пофехтуешь, если ты ёбаное слабое говно. Здесь же собрались охуеть какие сильные хуесосы, которым плевать на законы физики и здравого смысла. Но у меня есть то, чего нет у двух хуесосов напротив – опыта.

Парирую удар левого и тут же бросаю лёгким волнистым движением руки револьвер правому противнику прямо в лицо. Естественно, тот его отбивает широким взмахом, отправляя в грязь, но мгновения, когда он открыт, для меня хватает с головой. Я бросаюсь вперёд, лёгкое движение меча и его головы больше нет.

Разворот, отвожу удар и пинаю ногой в колено. Оно сгибается, и чувак становится на него, правда на согнутое в обратную сторону. Открывает рот, чтоб заорать, но не произносит и звука, когда я втыкаю ему в лоб кинжал по самую рукоять.

Оглядываюсь и, не найдя никого взглядом, быстро подхожу к револьверу. Отряхиваю, перезаряжаю и кричу во всё горло:

- ТЫ ГДЕ, УЁБА!?

- Не ори так, мудак, - разнёсся голос по округе. – Я тебя отлично слышу.

- Ты где пидрила?! Я сюда не пиздеть пришёл, а всадить тебе в ебало несколько пуль, уёбок. Я выебу твой труп, сука! – я всё равно кричу, но уже не так громко. Не могу не кричать, во мне сейчас говорит всё то говно, что просит насилия и я этому говну дам свободу. Я дам свободу себе и своему желанию убивать.

Едва заметное движение сбоку и я, полный надежд и радости, стреляю…

Блять, ещё один членосос этого ублюдка. Ему сносит полголовы и тот падает, заливая весеннюю грязь своими мозгами и кровью. Я даже людьми не могу их назвать; пидрилы словно искупались в мазуте и тот до сих пор стекает с них.

- Это не ты, гондон! Вылезай, уёбок, я рано или поздно доберусь до тебя, даже если мне придётся отправиться в ад за тобой!

- О, мы скоро встретимся, Патрик. Очень скоро мы встретимся. Я это точно знаю.

- Откуда?! Признайся пидор, чего ты такой самоуверенный?!

- Ты хоть раз слышал о шаре истины?

А, ну теперь мне понятна его охуительная осведомлённость о том, чего он знать не должен.

- Ну слышал! И даже один уничтожил!

- Но если бы заглянул в него, то смог бы увидеть то, что ждёт тебя и меня, - его голос буквально бесновался от радости, словно Скверна сейчас срал счастьем, потом жрал своё же дерьмо и снова им срал.