Безудержный ураган (СИ) - Игнис Данта - Страница 39

Левир вытер пот со лба и дал себе слово — на обратном пути обязательно окунется в океан. Воин шел неторопливой походкой, делая вид, что прогуливается. Но стоило ему приблизиться к забору, как его тут же остановили солдаты короля. Они выскочили из ворот и окружили вальдара.

— Какого ворлока тебе здесь надо? Здесь опасная зона и здесь нельзя разгуливать! — заявил один из них.

— А я похож на того, кто боится опасных зон? — перешел в наступление Левир. — Я хочу осмотреть этот ваш лагерь для больных. Как у вас там все организовано и нет ли опасности, что вы не справитесь, и моим людям придется все расхлебывать.

Солдаты рассмеялись и переглянулись. Самый невысокий из них зло прищурился и подошел ближе к вальдару:

— Слушай, шел бы ты отсюда подобру-поздорову. Ничего ты тут проверять не будешь, потому как это запрещено. Запрещено! Смекаешь?

Другой воин придержал мелкого за плечо и сказал примирительно:

— Мы не можем тебя даже близко подпустить к воротам. У нас приказ.

— Какой приказ? — спросил Левир.

— Никого не пускать! Тупой что ли? — снова начал нарываться коротышка.

— Да заткнись ты! — рявкнул на него солдат постарше и спокойно добавил, глядя на вальдара. — Если хочешь войти, то сначала нужно получить личное разрешение у генерала Станлона.

— Ладно, — только и сказал Левир. Не стал устраивать скандал и зашагал в сторону моря.

— Вечно вы вальдары во все лезете! — крикнул маленький солдат вдогонку. — Носы свои длинные суете. Без вас и посрать спокойно нельзя!

Левир не обернулся. Его подозрения только усилились. Он все же пришел к океану, отстегнул меч, достал кинжал и бросил их на песок. Не раздеваясь, побежал в воду и сразу нырнул. Прохладная влага приятно остудила разгоряченную кожу, и наслаждение отодвинуло было мысли на задний план, даруя долгожданный покой. Но уже спустя несколько мгновений воин вынырнул и думы вернулись. «Что предпринять? Как бы поступил Бруснир? — думал вальдар. — Наверняка у него, как всегда, нашелся бы идеальный выход». Левиру же в голову не приходило ничего, кроме идеи развязать междоусобицу.

Он выбрался на берег, забрал оружие и пошел назад в лагерь вальдаров. Мокрая рубашка какое-то время приятно холодила кожу, но уже на полпути одежда высохла, и тело вновь раскалилось и заныло, страдая от жары.

В лагере вальдаров к Левиру подошел молодой воин и сообщил вполголоса:

— Командир, в твоем шатре ждет девушка. Она чем-то сильно расстроена, но нам ничего не сказала. Желает говорить с тобой.

— Хорошо, уже иду.

— Она молодая и очень красивая, — улыбнулся вальдар вдогонку. — Мы с ребятами думаем, что ты должен ее утешить.

— Поговори мне еще, — обернулся к нему Левир и погрозил кулаком. — И зубоскалить будет нечем.

Однако угроза не вышла внушительной, ведь в голубых глазах командира отчетливо плясали веселые искорки.

Отбросив полог палатки, Левир вошел внутрь. На стуле сидела светловолосая девушка. Голова опущена, а пальцы судорожно сцеплены. Как только она увидела вальдара, тут же вскочила, сделала шаг к нему навстречу и замерла, приоткрыв рот. Губы ее дрожали.

Левир понял, что она пытается не разрыдаться, и постарался разрядить обстановку:

— Что же ты сидишь тут в темноте? Вовсе не стоило дожидаться меня в одиночестве.

Свэла, а это была именно она, взяла себя в руки и ответила:

— Обязательно. Никто не должен узнать, что я здесь была.

— Садись, — кивнул Левир и подвинул к Свэле один из стульев, а сам сел на другой. — Я слушаю.

— Я больше не знаю к кому обратиться, — не сводя с него глаз, продолжила девушка. — Я попала в какую-то странную, безвыходную ситуацию… Моя мать заболела… И военные забрали ее в этот свой лагерь. А когда я пришла повидаться с ней, меня не пустили. Тогда я пошла к генералу, но меня не пустили, а пустили только к его помощнику — Гиброну. Он обещал помочь, но все не помогал, и потом мне все-таки удалось поговорить с генералом, он проходил мимо и я… Подбежала к нему. Он сказал, что поможет моей матери, но его помощь будет зависеть от моего поведения. Потом я готовила для него, убирала, но с мамой мне так и не давали повидаться. А теперь…

Девушка всхлипнула и прижала руку ко рту.

— Что теперь? — спросил Левир, угрюмо смотря в пол.

— Теперь Станлон требует от меня… Слишком многого. И я… Я по-прежнему не знаю, что с моей матерью и мне начинает казаться… — Свэла все же расплакалась. — Помогите мне! Пожалуйста, кроме вас мне больше не на кого надеяться.

Левир взглянул в ее красивые большие глаза, и что-то внутри сжалось от жалости. Он подошел, нежно взял девушку за запястья и пообещал:

— Я обязательно помогу тебе. Дай только немного времени.

Вальдар опустил взгляд и увидел, что запястья Свэлы покрыты синяками. Он стиснул зубы, но ничего не спросил.

— Спасибо вам, огромное человеческое спасибо.

Левир прервал ее жестом руки.

— Не за что еще благодарить, — и тепло улыбнулся. — Ты должна остаться здесь. Здесь никто не посмеет тебя обидеть.

Свэла поднялась, опустила голову и отрицательно закивала.

— Я не могу. Простите, я не могу. Если моя мать жива, а он заметит, что меня нет или узнает, что я была здесь, — зачастила девушка и торопливо выскользнула из палатки.

Левир выскочил следом и крикнул вдогонку:

— Приходи завтра!

Вальдар уже решил, что проберется в «опасную зону» и выяснит все на месте.

Как только стемнело, Левир взял с собой двух воинов и отправился на разведку. Вальдары умели быть бесшумными, когда хотели. Война с фаурренами не прошла даром, хороший воин знает, что у врага можно многому научиться.

Вальдары зашли со стороны леса. Незаметными тенями скользнули вдоль высокого забора, а уже спустя пару минут бесшумно перемахнули через него. Дальше было сложнее.

Левир не знал, что и где здесь расположено, двигаются ли патрули по внутренней территории. Он дал знак своим ребятам разделиться, чтобы быстрее все осмотреть, а сам пошел к строениям в дальнем конце лагеря, похожим на загоны для скота. Оттуда доносился какой-то шум, поэтому Левир и выбрал для себя это направление. Ему показалось, что он слышит крики людей, но, когда добрался до места, все стихло. Вальдар прокрался за стенами хлипкого сарая и осторожно выглянул. То, что он увидел, совсем ему не понравилось. На земле лежали тела нескольких десятков людей. Они были зарублены мечами, а возле прохаживался генерал Станлон и вопрошал своих людей:

— Почему сегодня так мало больных? Вы что хотите, чтобы весь этот гэртов лагерь превратился в ворлоков и пришел по ваши души? Я хочу, чтобы ни одна больная тварь не выжила! Не ходила и не чихала там своей заразой!

Вот это да, — подумал вальдар, больно упираясь затылком в шершавое дерево строения, за которым прятался. Ему пришлось стиснуть зубы и несколько раз глубоко вдохнуть, чтобы подавить свой гнев.

Левир не уходил, ждал пока люди Станлона разойдутся. Генерал быстро покинул место преступления, а его вояки еще некоторое время перетаскивали трупы, переругиваясь в темноте. Вальдар наблюдал мельтешение их факелов в ночи, и ему казалось, что воздух насквозь пропах кровью. Такое ощущение у него возникало лишь однажды, на том проклятом празднике, когда Брусниру принесли отрезанные головы его матери и всей родной деревни.

Увлеченный желанием подкрасться и убить их всех, Левир не заметил патруль.

— Какого хокса ты тут трешься? — окликнул его один из двоих, подошедших со спины солдат.

Левир медленно обернулся, лихорадочно соображая что делать.

— Мы перетаскивали трупы и мне показалось, что тут кто-то есть. Вот я и решил проверить, — ответил вальдар, стараясь придать своему голосу непринужденность.

Патрульные засмеялись.

— Проверить он хотел? Да так и скажи — не хотел таскать мертвяков и сныкался.

— Вали работай!

Левир пожал плечами и пошел к месту расправы. Ему повезло, солдаты уже забрали последние трупы и успели отойти на приличное расстояние.