Повелительница с клеймом рабыни (СИ) - Трусс Анастасия - Страница 235

- Почему… почему ты называешь её Матерью? – серафим уже разговаривал не со мной, но, кажется, для Хозяина лабиринтов существовала только я.

- Потерпи немного, – я повернулась к Древнему, коснулась его… мне понравилось это ощущение. – Я хочу, чтобы он страдал. Если я его уничтожу… страдать он не будет, – я погладила его по щеке – у меня было стойкое ощущение, что под этой кожей нет плоти и крови – только сила… пьянящая разрушительная сила, к которой хотелось тянуться… завернуться как в плащ.

- Милена, какое отношение ты имеешь к Адалиссе? Это же не только внешность. Я хочу знать…

Я нехотя оторвалась от Древнего и снова посмотрела на серафима:

- Для тебя это уже не имеет никакого значения.

Магия подняла Берталана в воздух. И, таким образом, ведя за собой Берталана, я спустилась в свои темницы, предварительно заставив серафима замолчать – разговоры закончились. Хозяин лабиринтов продолжал следовать за мной…

Я сидела на высоком резном кресле, закинув ногу на ногу, и наслаждалась зрелищем, открывшемуся передо мной.

Обнажённый серафим был прикован цепями в широкой нише в стене. Кольца цепей были вбиты не слишком высоко, и Берталан был вынужден стоять на коленях. Кожа с его тела, до шеи, была содрана полностью – я не давала его регенерации исцелять его. Все шесть крыльев были сломаны. В руках я вертела тонкий кинжал, которым недавно вырезала глаза серафима. На широком подлокотнике кресла лежала чёрная шёлковая лента, залитая чёрным сургучом с личной печатью Люцифера – гарантия жизни Берталана. Я держала её перед глазами, и всё равно не была уверенна, что даже возможный гнев моего повелителя убережёт ангела от смерти.

Хозяин лабиринтов сидел прямо на полу у моих ног. Он мало обращал внимания на Берталана. Основное время он смотрел на меня. Да, несмотря на отсутствие глаз, я знала, что он смотрит… смотрит с обожанием.

- Ты, ведь, так хотел узнать меня, Берталан, – произнесла насмешливо я в тишине, прерываемую лишь стонами серафима. – Считай, что таким способом ты меня узнаёшь. Очень близко.

Я поднялась и под моими ногами зашуршало – это были куски кожи, снятые с ангела и вырванные из его крыльев белые перья. Меня развлекало использовать это, как ковёр, ступая своими босыми ступнями… Я втянула носом воздух – темница была пропитана запахом крови создания Эдема. От этого чувства мне хотелось урчать, как довольной кошке. Я подошла к Берталану, схватила его за волосы, заставила поднять лицо, лишённое на какое-то время глаз:

- Скажи, ты ещё хочешь узнавать меня?

- В других условиях… вполне… – с трудом, но выговорил ангел.

В порыве ярости я ногтями вцепилась в его щеку, раздирая её. Не знаю – было ли это упрямство у серафима или что-то ещё, но оно выводило из себя. Крики и вопли я от него услышала, но мне этого было мало! Я хотела услышать мольбы! Хотела его сломать!

- Убью… Уничтожу тебя!..

Сила переполняла меня… Мне больше не хотелось, чтобы Берталан обитал здесь неделями… Мне просто хотелось стереть само его существование… и плевать на последствия, какими бы они ни были!

Я тяну руку к его шее… Я знаю, что как только я сожму его горло, серафим умрёт. Но тут… в один миг всё исчезло. И сила, и ярость… Ледяная королева пришла в себя.

«Ох, Тьма! – я в шоке смотрела на прикованного серафима и никак не могла понять, как же я смогла это сделать. – Это… невозможно! Я не могла одолеть серафима! Своей магией…». Я резко обернулась – я помнила, что здесь должен был быть Древний. Но его не было – Хозяин лабиринтов исчез. В темнице были только я и Берталан.

«Так, и что мне теперь с ним делать?! – смотрела я на серафима. – Извиниться и отпустить? И что потом? Будет ли он жаловаться Люциферу? А если будет, то как на это среагирует Люцифер? В конце концов, я же не убила посла! Но… вот в чём проблема – сама я не могла бы пленить серафима. А вот магия Чёрной богини… Да и Древний был здесь, называя меня «Матерью»… Люцифер придёт к такому же выводу. Похоже, до полного пробуждения осталось совсем мало времени – дни, если не часы. И что тогда? Меня, наверняка, приговорят. А Келл сейчас у Люцифера – я не смогу её забрать, чтобы… Она останется одна, в мире демонов! Нет, я не могу так рисковать. Но и убить серафима я сейчас не смогу – я не настолько сильна. Остаётся один вариант – оставить его здесь, пока всё не закончится. Тогда, если последствия и будут, я их переживу. Главное, чтобы до того момента о Берталане никто не узнал».

- Я так понимаю… ты пришла в себя? – как он это понял, лишённый глаз, я до сих пор не представляю. – Расскажешь, что с тобой было?

- Ты испортил мне настроение – вот и всё. Этой причины тебе мало?

Я отвернулась от него и шагнула к двери.

- Собираешься оставить меня здесь? Ты… не сможешь держать меня здесь… вечно.

- Вечности и не нужно. Ты просто останешься до тех пор, пока всё не решится.

- Ч… что?! Нет, Милена… прошу тебя!.. – такого тона я от него не слышала даже тогда, когда снимала с него кожу. – Не лишай меня возможности… возможности – увидеть конец!

- Конец? – тихо произнесла я, выходя из темницы. – Даже серафимы уже не верят, что мы сможем спастись?

Я поднялась в свои покои, подошла к окну… Зиграден. Мой город. Город, который, как и всё остальное, может быть уничтожен совсем скоро. И я не имела ни малейшего представления, как это предотвратить.

- Привет, Милена, – сильные руки обхватили меня за талию. – Что-то мы с тобой в последнее время так мало общались… Я соскучился.

- Аббадон, – вот уж с кем мне сейчас хотелось общаться меньше всего. – Тебе не кажется, что ты кое-что забыл? Например, то, что явился в Зиграден без согласования?

Обычно, я не заостряла на этом внимание, просто закрывая глаза на наглое периодическое появление демона Бездны в моём городе. Но сейчас я была в таком гнусном состоянии, что мне хотелось только одного – чтобы Аббадон убрался.

- Какая ты злая сегодня, моя дорогая, – я не видела, но чувствовала, что мужчина ухмыляется. – Неужели это из-за того, что тебя лишили нашей прелестной дочурки?

После этих слов мне захотелось развернуться и вцепиться ногтями ему в лицо. И раздирать, раздирать, раздирать!.. Так, чтобы кожа лоскутами висела! Лишь гигантским усилием воли я заставила себя подавить это, почти непреодолимое, желание. Толку от этого, всё равно, не было бы. Разве что повеселила бы Верховного демона. А он и так был в слишком хорошем настроении.

- Тебе-то какая разница? Вряд ли тебе до этого есть хоть какое-то дело.

Я слегка дёрнулась, чтобы определить – будет ли демон меня удерживать, если я начну вырываться. Поняла, что – да, будет. Я чувствовала, что отпускать он меня не собирается.

- Ну, почему же? Мне очень интересно, какое отношение бесполезная пустая девчонка имеет к этой истории с апокалипсисом наших миров. Это, ведь, так? По другой причине она бы Люциферу и даром не сдалась. А может… мне её навестить во дворце Люцифера? Бедной малютке, наверное, так страшно там одной, без своей заботливой мамочки? Как думаешь, Милена? Как-никак, я её отец.

Мне здорово помогла привычка не реагировать на попытки Верховного демона меня задеть. Во всяком случае, делать вид. К тому же, я прекрасно знала, что свою угрозу он не сможет воплотить в жизнь.

- Ты и сам знаешь, что даже подойти к ней не сможешь, Аббадон, – спокойным тоном сказала я. – Разве что, нарушив прямой приказ повелителя. А ты, каким бы безумным не был, этого не сделаешь. Не так ли?

- Возможно. А, может быть, и нет. Но сколько холодности в твоём голосе, моя дорогая. Как будто тебе безразличен этот разговор о малышке Аккэлии. Но я-то знаю, что это совсем не так, – его голос стал вкрадчивым, змеиным. – Как бы ты ни старалась это скрыть, мне известно, что ты очень переживаешь за нашу дочь.

- Вряд ли здесь подходит определение – «наша», – я позволила себе выдать своё раздражение. – Зачем ты пришёл? Если развлечься, то ты уже и сам заметил, что я не в настроении.