Гаситель (СИ) - Евстратов Василий - Страница 29

Гараж рыцарей пуст оказался, — выдохнул я облегченно, — но кто–то в нем прилично побуянил. Всё что можно было опрокинуто и разбросано, что нельзя — избито. На стенах и станках кровавые разводы и вмятины виднелись. Кто–то от души тут по ним прошелся, кулаки в кровь сбивая.

— Где там твоя машина? — осмотрев этот разгром, спросила у меня Маха, когда я к ней подошел. — Давай уже дергать отсюда, а то не люблю такие тесные пространства.

— Сейчас, минутку, — протиснулся мимо нее внутрь гаража.

Я сначала даже не понял, чего это у меня укушенная Димкой–упырем рука внезапно заболела, ведь уже зажила и не напоминала о себе. Но потом дошло, когда увидел валяющийся на полу кожаный наруч. Видимо подсознание сработало, болью тупому мне сигнал подавая.

Подхватив этот простой на вид, темно–коричневый с чешуйчатым узором наруч, положил автомат на длинный верстак, принялся его на укушенную руку прилаживать. Затянул три ремня, сжал–разжал кулак, пошевелил кистью, предплечьем — вроде норм, сидит как там и был, не давит, движения не стесняет. Но самое главное, теперь при случае можно смело совать руку в пасть пустышу, да даже бегун такую плотную кожу не прокусит. Лотерейщик, тот да, он руку просто оторвет. Но от менее матерых защита хорошая.

Принялся второй искать, благо к полумраку глаза уже приспособились и видно было вполне прилично, света от приоткрытой створки вполне хватало. И довольно быстро нашел, повезло, отодвинув манекен с нагрудником, он под ним оказался.

— Не шуми! — еле слышно прозвучало над ухом.

Сначала замер, потом медленно повернул голову и заметил Маху уже стоявшую возле ворот, выглядывающую наружу.

«Не понял! Кок она так быстро там оказалась?»

Но сейчас не время для вопросов. Положил руку на пистолет, присел на колено и чуть ли не к полу пригнувшись, проследил за ее взглядом.

«Вот тебе и безопасно», — мысленно выругался.

Увидел, как в ряду напротив, по крышам гаражей медленно бредут матерый марафонец с не менее матерой свитой, состоящей из четырех бегунов. Лотерейщик один в один, как тот первый, что я с крыши завалил, а вот свита та более отожравшаяся, по телу уже хорошо видимые изменения пошли.

Идут твари, головой по сторонам вертят, видимо нас заметили когда мы сюда пробирались, теперь высматривают куда делись.

«Сук, — метнулся взглядом к оставленному автомату, от которого за время поисков наруча умудрился удалиться, сам не заметив этого. — Вояка херов! Братан бы за такое…».

— Не высовывайся и не вздумай за оружие хвататься, — не сводя взгляда с лотерейщика еле слышно прошептала Маха, чуть повернув голову в мою сторону. — Я сама справлюсь, не будем стрельбой никого сюда приманивать.

Не успел я ничего ответить, как она смело вышла из гаража наружу и шагнула вбок, скрываясь у меня из виду. Ее демарш радостно приветствовали вурдалаки, как горох посыпались с крыши на землю и сразу же бросаясь к ней с восторженным, пробирающим до печенок, урчанием.

— Дура, — от отчаяния чуть не в голос заорал, после чего кинулся сначала к автомату, а потом наружу, спасать ее. Прекрасно помнил, насколько эти твари турдноубиваемые.

Но, сняв автомат с предохранителя и выскочив из гаража, я замер с открытым ртом. Всё уже было закончено, вурдалаки все как один валились на землю, возле последнего упавшего обнаружилась Маха, одним движением выдергивающая свой устрашающего вида клевец из башки бегуна.

— Фак! — выдохнул я потрясенно, наблюдая как матерый «марафонец» биться в конвульсиях перестал.

— Сам ты, фак! — уже не особо понижая голос, усмехнувшись, отозвалась услышавшая меня Маха. Вся такая из себя довольная, как будто не насмерть только что билась, а так, размялась слегка. — Наблюдай за округой! Я тут пока трофеи соберу.

Всё ещё пребывая в ступоре, тем не менее головой по сторонам вертеть принялся, одновременно — «Как? Как? Как?» — билось набатом в голове, пытался понять, как? Как она с ними так быстро справилась? Да и вообще — справилась, сойдясь с ними в рукопашную.

— Держи, твоя доля, — вывел из этого состояния меня ее голос, когда, подойдя, она протянула мне шесть споранов. — И не вздумай спорить, — опередила она меня, явно поняв, что я хотел сказать. — Привыкай работать в группе! Раз мы сейчас напарничаем, то и такие вот трофеи делим на двоих. А раз о долях не договаривались, то и выходит пятьдесят на пятьдесят.

Молча забрал, не стал возбухать, хоть и ясно было, что она просто решила молодого и неопытного подогреть. Нет, если б я не видел, что эти вурдалаки ее даже запыхаться не заставили, то я бы отказался. А так взял и к остальным своим виноградинам их прибрал, под одобрительным взглядом Махи.

— А теперь иди, — кивнула она в сторону гаража «рыцарей», — забирай второй наруч, и давай–ка убираться отсюда будем.

Я сначала хотел ее расспросить, по поводу до сих пор звучащего в голове «Как?», но тут же вспомнил, что Проф по поводу способностей говорил, мол не любят люди когда у них выспрашивать начинают. Надо будет, сами скажут. Ну а раз Маха еще ничего не сказала мне — значит «не надо». Так что кивнул и так же молча пошел за наручем, который на верстак бросил, когда автомат хватал.

Приладив его на вторую руку, пошел гараж брата открывать, где его любовь стояла (или стоял?), которой он, без своего присутствия, пользоваться мне… да что там пользоваться, подходить к машине не разрешал. Это только его игрушка и он ее играет.

— Вав! — воскликнула Маха, как только мы створки гаража открыли.

Ну да, именно так и есть, вроде обычный УАЗ «Патриот», но после тюнинга стал вот таким вот «Вав!»

брат столько в него вложил, что только кузов, наверное, родным и остался, только цвет поменял. Стал матово–черным. Ну а так, колеса родные заменил на грязевые чуть большего диаметра, силовые пороги, подвеска, рессоры, силовой бампер, кенгурятник, лебедка, запасное колесо теперь не на двери висит, а на специально сделанной калитке. Рядом с ним силовая лестница, по которой на крышу забраться легко можно, там здоровенный экспедиционный багажник установлен. Что еще? Двигатель? Даже не знаю что они с Женькой Нойкиным в нем намудрили, может тоже новый воткнули.

Не знаю потому, что не участвовал в этом празднике жизни, братан фанат автомобильный, а вот у меня как–то желания так и не появилось целыми днями, когда свободное время есть, под машиной лежать. Потому–то он меня и не подпускал, мол не работал над переделкой, то и нечего руки свои к ней тянуть.

А как не тянуть? Результат–то «Вав» и так и хочется за рулем такого брутального красавца посидеть. Что, впрочем, мне удалось впоследствии, когда «Патриота» обкатывали, то и мне по бездорожью порулить дали. А домой, так именно я брата и вез, так как он прилично наобмывался с пацанами, очень уж получившийся результат их порадовал.

— Это что, твоя машина? — спросила Маха, входя внутрь и, положив руку на «Патриота», пошла вокруг, осматривая его со всех сторон.

— брата.

Настроение после сражения Махи с вурдалаками и так ни к черту было, кому понравится себя таким слабаком ощущать, а сейчас и вовсе рухнуло вниз. Снова пустота в груди, снова ощутил что из меня кусок души вырвали, и она, эта пустота, так и продолжает кровоточить, ничем не заполненная… Что?

— Ты чего замер, Скаут? — из–за машины показалась Маха, вскинув кверху брови, смотрела на меня удивленно. — Давай в темпе, что нужно бери, грузимся и уезжаем отсюда. Учись в городах всё быстро делать. Обычно, когда за припасами едем, так там каждая секунда дорога, груз грузим и от упырей отбиваемся.

А я в это время… я реально почувствовал, что пустоты то оказывается в груди и нет уже. Вырванный кусок души заполнился Гасныком. Именно он сейчас, отчетливо его почувствовал, шевельнулся, как и тогда, когда умывался и по поводу Махи к нему обращался. Не показалось.

С трудом отвлекся. Гаснык как шевельнулся, так и замер снова, видимо понял, что сейчас ничего мне не угрожает. Так что прекратил к себе прислушиваться, Маха права, не время сейчас.