Реинкарнация (СИ) - Иванов Андрей - Страница 47

Говоря это, Георгий пристально смотрел на Стаса.

— Убью суку, — глядя в землю, произнес тот.

— Не стоит. Да и мертв он уже. Вот только он не знал, что будет, знал бы, наверное, на это не пошел. А так, просто решил заработать немного денег. Но вот в чем дело, мы ведь зачастую даже не догадываемся о последствиях наших действий, не задумываемся над ними, да и что уж тут говорить, нам просто плевать, что там дальше будет с человеком, с которым мы так поступили.

— И как ты с этим живешь? — тихо прошептал Стас. — Как ты на них вообще смотреть можешь, зная такое?

— Да я-то что, я-то как раз это заслужил — со вздохом ответил управляющий, — но вот ОН как на это смотрит? А ОН ведь все это видит и знает. Знаешь, я первое время сильно удивлялся Богу — как он на это все смотрит и не уничтожит Землю к чертовой матери.

— А что теперь? Смог понять почему?

— Нет, не смог. Наверное, для этого нужно очень любить тех, кому ты сможешь это простить. Теперь я ему просто сочувствую.

Помолчали. Стас достал сигару запас которых был у него всегда и закурил.

— А кто он такой — Бог? — наконец спросил Стас.

— Не знаю, спроси меня об этом лет этак через миллион, может, отвечу.

— Шутишь?

— Нет, — все так же серьезно ответил управляющий. — Ты пойми, мы привыкли Бога рассматривать через призму наших коротеньких штанишек. Вот, сколько тебе лет?

— Двадцать пять.

— Мне побольше, но, то же ЛЕТ! — последнее слово Георгий выделил особо, — А ему миллиарды. Не сотни, не тысячи, даже не миллионы — миллиарды! Ты хоть представляешь, какая это разница?

Стас не представлял.

— И да, он явно не старец с нимбом над головой. Я даже подозреваю, что он не просто такое же существо как мы с тобой, а что-то вроде коллективного разума тех, кто появился давно, очень, очень давно Стас, и за этот невероятный срок стал если не един, то обрел неведомую нам способность единения сознания. Впрочем, это лишь мое предположение.

Стас задумался, а потом рассказал управляющему теорию Архивариуса.

— Возможно, — а почему бы и нет, — после небольшой паузы ответил Георгий, — в конечном счете, мы же видим этот мир, он явно искусственный, но разве он стал от этого хуже? Напротив, возможностей здесь куда как больше. И это Ад. А уж каков Рай или тот мир, в котором живут те, кто появился раньше нас.

— Думаешь, он виртуальный, — поделился своими мыслями Стас.

— Нет, — уверенно ответил управляющий. — Это мы за какие-то несколько десятков лет создали компьютеры и виртуальный мир, а ОН, ОН куда старше нас. Ему нет нужды заменять что-то естественное подделкой. И да, я это знаю, потому, что был тут недавно случай — засыпало одного камнями так, что извлечь душу и восстановить тело оказалось быстрее и проще. Так вот, в этом мире у меня есть кое-какие возможности, но вот с душой, с душой я сделать ничего не могу, разве что переместить. А она вполне реальная, устойчивая к любому воздействию и практически неуничтожимая. А раз так, то и мир этот существует реально, не было бы смысла помещать душу в виртуальный мир, да и как ее туда поместить? Ей вокруг реальное пространство необходимо. Ну а то, что мы с Земли этого мира не видим, так мы и там наших душ не видим, иная материя, а может и еще что-то. Тут я не знаю.

— Ну а смысл, — спросил Стас, — ну вот ты кое-что тут да знаешь, каков смысл во всем этом? Не проще ли было Богу появиться там на Земле? Ты представляешь, насколько меньше стало бы преступлений? Да мы и жить-то стали бы добрее. И религии эти, не одна, не две — три только основных. А сколько ответвлений. К чему это?

— Глупый ты, — посмотрев на Стаса, произнес управляющий, — ничего ты тут так и не понял. Вот скажи, были там у тебя друзья, которые тебе руку жали, улыбались, а за спиной… ну или с другими общались при тебе как лучшие друзья, а потом про них же такое говорили, что друг и подумать не посмеет?

— Ну-у… да. — Стас такому вопросу не то чтобы удивился, что тут скажешь, такое на Земле считалось если не нормой поведения, то неотъемлемой частью жизни. Неприятной, но…

— Вот видишь. Люди с детства привыкают подстраиваться под обстоятельства, играть роли. А, появись там Бог собственной персоной, да так, чтобы и сомнений в его существовании не осталось, то естественно, многие бы из страха перед предстоящей расплатой грешить-то перестали. Перестали бы врать, красть, унижать, воевать бы перестали… вот только не потому, что стали другими, а из страха перед расплатой. Но вся эта гниль в душе бы осталась, просто спряталась там до поры до времени. Знаешь, серийные убийцы тоже были очень добропорядочными гражданами для окружающих, но вот внутри, внутри у них творился Ад. Как ты думаешь, ему нужны такие вот приспособленцы-перевертыши? Нет, он дает каждому на Земле проявить себя. Не исключаю, что даже соблазнов людям подкидывает для проверки их порядочности — справился, добро пожаловать в Рай, а нет, — Григорий вздохнул, — значит сюда. Тут поверь, все эти грешки и грехи человек сам из себя калеными клещами выдирает. Есть тут время подумать, и условия для этого есть. И пусть трудно, но впереди-то жизнь в миллионы лет, незачем в нее эту мерзость тащить.

Так что все он парень правильно делает — человек сам должен прийти к пониманию, что плохо, а что хорошо. И не из страха, а по собственному разумению.

А что до религий, так это не он многолик, это мы разные и соответственно задачи в той жизни решать приходится каждому свои.

Вот представь, есть у тебя три сына — первый склонен к наукам, второй одарен физически, а у третьего талант к музыке. Стал бы ты их всех в одно место учиться посылать? А если да, то куда? В физико-математический институт, в академию спорта или филармонию? А может, на философский факультет, чтоб никому обидно не было? Нет. Если тебе они не безразличны, ты каждому найдешь то, что ему по душе. Так почему же ты думаешь, что Бог хуже тебя?

Посмотри, религий-то много, и да, они разные. Но какие?

Ислам, к примеру, требовательная религия, приучающая к порядку и строгому следованию правил, и души туда посылаются зачастую дерзкие, смелые, но необузданные.

Христианство же наоборот, почти ничего не требует от человека, давая ему возможность развиваться свободно.

А вот Буддизм делает упор на просветление души, на понимание себя в вечности.

Да, они разные, но стремятся-то они к одному — к развитию души. Так нам ли его методы обсуждать?

— Да я не его методы обсуждаю, — со вздохом ответил Стас, — мне бы со своей жизнью разобраться.

— А что тут разбираться? — хмыкнул Георгий, — Ты мне вот тут рассказывал, что жить в построенном доме лучше, чем в пещере, а сам-то хотел бы получить ключи от такого вот дома? От мира, где все, что ты захочешь, можно получить просто об этом подумав, ибо технологии позволяют?

— Было бы здорово, — не задумываясь, ответил Стас. Да и кто бы отказался от такого вот мира, от таких возможностей?

На секунду представив, как можно было бы там жить, Стас на какое-то время даже выпал из разговора.

Развернувшаяся перед ним картина будоражила воображение — вечная жизнь без каких бы то ни было проблем. Живи, где хочешь — хоть во дворце. Ешь то, что только можешь себе представить, отдыхай так и там, насколько хватит твоей фантазии. Хочешь море и яхту — не проблема, пожелал вечеринку — веселись, как захочешь. Любой каприз и даже не за деньги, а просто создав в своем воображении и перенеся это в местное, такое податливое к управлению пространство. И море развлечений не только твоего мира, но и тех, что придумали в иных мирах. И все это только потому, что созданный на цифровых технологиях мир, или какие они там были в распоряжении Бога, если он действительно представитель высокотехнологичной цивилизации, это даже не фантастика, а просто логичное развитие науки — науки мира того, кого мы называем Богом.

Полная свобода и никакой работы, никаких обязанностей и все лишь по щелчку пальцев.

Перспективы такой жизни завораживали…