Полководцы Великой Отечественной
(Книга для учащихся старших классов) - Кучеров Анатолий Яковлевич - Страница 26

В пастушеский домик, в котором размещался командный пункт дивизии, угодило несколько снарядов — засуетились санитары, забелели бинты. Начался пулеметный обстрел. Листер в этой напряженной ситуации вдруг предложил колонелю Малино прогуляться. Они прохаживались от домика до дворовой изгороди и обратно. У генерала вид человека, совершающего послеобеденный моцион. Пришлось Малиновскому показать, что посвистывающие пули и его беспокоят не более, чем мухи: он понял, что Листер устраивает ему своеобразный экзамен, — и будто невзначай тронул рваный след пули на рукаве.

— Колонель Малино! — с улыбкой воскликнул Лестер. — Мы еще не отметили нашу встречу. И подозвал адъютанта…

Да, к удивлению многих Малиновский с Листером сработался очень хорошо. Дивизия Листера ожесточенно дралась за господствующую высоту. Она переходила то к мятежникам, то к республиканцам из рук в руки. Малиновский хорошо помнил, с каким волнением наблюдал Листер со своего КП у Каса Сола за контратакой 66-й бригады — последнего его резерва. На командном пункте Листера появился молоденький советский капитан — инструктор при командире бригады. Он был ранен, но лицо его сияло, когда он докладывал об успешной атаке бригады… «Жаль, не запомнилась фамилия этого капитана, — подумал теперь Малиновский. — Похож парень на моего адъютанта. Многие наши офицеры остались в памяти. Они были героями на испанской земле, и в нынешнюю Великую Отечественную войну многие из них сражаются геройски».

Да… Испания, Испания. Сколько патриотов сложили свои головы за тебя, за твою свободу, которую так и не удалось отстоять.

Но сколько еще предстояло пережить печальных потерь друзей, товарищей, наших бойцов уже в эту войну с гитлеровским фашизмом! Тяжелые, невосполнимые жертвы… Война есть война. Она еще не окончена, хотя и гонят наши войска врага с родной земли. Но потери неизбежны. И его, командующего фронтом, теперь забота, чтобы их было меньше.

Одной из причин поражения республиканской Испании было именно то, что ей не хватало до конца преданного революции хорошего высшего командования. Оно состояло в основном из генералов старой королевской армии, чья пассивность нередко граничила с предательством. С горечью сейчас вспоминались эти «вожди». Малиновский и другие советские военные советники ставили их в известность о подготовке операций лишь накануне, чтобы франкисты раньше времени не прознали об их проведении. Но война рождает больше героев — это непреложная истина, в которой он убедился. В битвах за Мадрид выдвинулась целая плеяда преданных народу офицеров. «Когда-нибудь я обязательно напишу об Испании, о гневных ее вихрях, — подумал Малиновский. — Вот кончится война и напишу…» (Он потом напишет волнующие воспоминания этого периода своей жизни под названием «Гневные вихри Испании»).

…В штабе Малиновского ждала шифровка: ему предписывалось вступить в командование войсками 2-го Украинского фронта. «Что же, Ставке виднее на этот счет», — решил Малиновский и приказал адъютанту снова собираться в дорогу. Вот опять как подгадала военная судьба — он возвращался туда, где в 41-м начал свою борьбу с гитлеровскими полчищами. После Испании он был старшим преподавателем кафедры службы штабов Военной академии имени М. В. Фрунзе. А в марте 41-го получил назначение в Одесский военный округ командиром 48-го стрелкового корпуса. Здесь его и застала война. Корпус был сосредоточен в районе города Бельцы и с первых же дней вступил в тяжелые бои, прикрывая нашу границу по реке Прут. Силы были слишком неравные. Части корпуса, обороняясь, отходили на Котовск, Николаев, Херсон. Под Николаевом противнику удалось окружить корпус. Но генерал-майор Малиновский сделал все, чтобы корпус успешно прорвал вражеское кольцо. В то время командующий Южным фронтом генерал-полковник Я. Т. Черевиченко так аттестовал командира 48-го стрелкового корпуса: «Тверд, решителен, волевой командир. С первых дней войны товарищу Малиновскому пришлось принять совершенно новые для него дивизии. Несмотря на это, он в короткий срок изучил особенности каждой дивизии. В сложных условиях боя руководил войсками умело, а на участке, где создавалась тяжелая обстановка, появлялся сам и своим личным примером, бесстрашием и уверенностью в победе воодушевлял войска на разгром врага. В течение месяца воины корпуса Малиновского бессменно вели упорные бои с превосходящими силами противника и вполне справились с поставленными перед ними задачами. Сам Малиновский за умелое руководство представлен к награде». Вскоре ему было присвоено звание генерал-лейтенанта. Он был назначен командующим 6-й армией, затем Южного фронта. Под его руководством 57-я и 5-я армии в январе 42-го года совместно с войсками Юго-Западного фронта перешли в наступление в районе Барвенково и Лозовая, захватили на правом берегу Северского Донца обширный, плацдарм и нанесли значительный урон противнику: в его пехотных дивизиях осталось тридцать — пятьдесят процентов штатного состава.

Командование Южного фронта (слева направо): дивизионный комиссар И. И. Ларин, генерал-лейтенант Р. Я. Малиновский и генерал-майор авиации К. А. Вершинин.

Бои за Сталинград. В тяжелые дни этой битвы партия и правительство поручили Малиновскому командовать войсками 2-й гвардейской армии. Именно эта армия во взаимодействии с 5-й ударной и 51-й армиями в сложных условиях зимы разгромила танковую группировку Манштейна, пытавшуюся деблокировать окруженные гитлеровские войска, и отбросила ее остатки далеко от Сталинграда.

В условиях, когда противник пытался пробить по кратчайшему направлению коридор к армии Паулюса, Родион Яковлевич принял наиболее целесообразное решение: форсированным маршем перебросить головные силы армии для укрепления обороны по северному берегу реки Мышкова.

Сильные декабрьские морозы, снежные заносы — ничто не остановило воинов 2-й гвардейской. С ходу вступая в бой, они яростно бились за каждый населенный пункт, за каждый метр нашей земли. А командарм, умело наращивая силу ударов подходящими частями, уже готовился к переходу в наступление. Четкость, продуманность каждого маневра облегчили 2-й гвардейской армии успех. Противостоящие ей соединения войск Манштейна были разгромлены.

Вскоре Р. Я. Малиновскому снова доверили командовать фронтом, присвоили звание генерал-полковника. Он участвовал в освобождении Новочеркасска, Ростова-на-Дону, Донецкого бассейна…

…Первым нового командующего встретил начальник штаба 2-го Украинского фронта генерал Захаров.

— Матвей Васильевич! Очень рад тебя видеть, хорошо, что мы снова вместе, — обрадовался Малиновский. Он знал Захарова давно, еще по учебе в академии. Уже тогда восхищал его в этом командире большой боевой опыт. Захаров был участником штурма Зимнего, защищал Советскую власть в годы гражданской войны, зарекомендовал себя вдумчивым штабным работником на многих должностях. Великую Отечественную они начали на одном направлении. Захаров в те дни был начальником штаба Одесского военного округа, потом 9-й армии. Теперь им предстоит подготовить и осуществить наступательную операцию по освобождению Молдавии.

Вникнув в сложившуюся на фронте обстановку, командующий сделал вывод:

— Подготовительная работа нужна большая. Операция по замыслу Ставки масштабная, будем взаимодействовать с соседями. Но и нам, Матвей Васильевич, придется головы поломать. Ибо, как говорится, на бога надейся, а сам не плошай.

— Понимаю, Родион Яковлевич. Штаб уже имеет на этот счет предложения, — ответил Захаров.

— Вот и хорошо. Обсудим их в ближайшее время на Военном совете.

Малиновский ценил коллективное мнение, когда требовалось принимать важные решения. Он не стеснял подчиненных мелочной опекой, поощрял творчество командиров. Как нигде лучше, оно проявлялось на Военных советах. По-разному складывался на них разговор за то время, что он командовал армиями и фронтами. Бывали и споры, сомнения…