За чертой (СИ) - Царевская Виктория - Страница 35

Громкое: “НЕТ!” соединилось со свистом стали. Девственно белый снег затопила кровавая река. От отрубленной головы и обезглавленного тела медленно поднимался пар.

Ее вывернуло тут же. Казалось, что она вся в этой бордовой крови. Руки, ноги, лицо.

Оттолкнув от себя служанку, она, собрав последние силы, ринулась в сторону, где стояла Ночь. Запрыгнув в седло, пустила лошадь в карьер*.

“Как можно дальше от этого дикого места, от этой крови, от этих людей!”

*Карьер- (ускоренный галоп). Самый быстрый темп передвижения коня.

Глава 20

Алое зарево окрасило темнеющее небо. Всполохи огня были такими огромными, что казалось, его языки вот-вот лизнут низкие серые тучи. Белый снег смешался с летающим в воздухе черным пеплом. Ядовитый дым жег легкие, отравляя. Горел ее дом! Единственное место, где она чувствовала себя защищенной и свободной. Он пылал, словно был сделан из бумаги. Стоило подъехать к этому воплощению ада на земле, Ночь взвилась, вставая на дыбы. Слетев кубарем с испуганной кобылы, Нади ударилась спиной о лед так, что весь воздух выбило из груди, а в глазах заплясали звездочки. Попыталась перевернуться на живот, чтобы приподняться хотя бы на четвереньки, но резкая боль, заставившая ее громко охнуть, оплела всю спину и, противно пульсируя, отдавала барабанной дробью в голову. Было такое чувство, что позвоночник переломился пополам.

Быстрые приближающиеся шаги со стороны горящего здания и незнакомые голоса заставили девушку испытать очередную волну паники.

— Смотри, а не та ли эта баба, что нам нужна, а малой?

Противный скрипучий голос окончательно дал понять, что о помощи можно забыть. Крепко сжав рукоять кинжала, прикрыла глаза, затаившись.

Один из подошедших склонился над ней, рассматривая.

— Да это она. Та девушка с иллюзии.

По голосу Нади поняла, что один из подельников еще совсем ребенок. Второй же явно походил на бывалого убийцу и мародера.

— Лишь бы не сдохла раньше времени.

Ощутимый пинок в бок заставил сильнее сжать зубы.

“ Еще не время, Нади, еще не время”.

— Если ты будешь ее так пинать, то она точно умрет.

— Ты мне еще поговори, гадешых. Звук увесистой оплеухи донесся до напряженного слуха.

— Надо уходить, пока сюда вся округа не сбежалась.

— А как же..?

— Поохотимся позже.

Противный гогот резанул по ушам.

Подняв девушку, словно мешок, головорез перекинул ее через плечо и двинулся в сторону, откуда доносилось ржание лошадей.

От пронзившей боли, слезы градом хлынули из глаз. Нади, что было мочи, закусила губу, стараясь сдержать стон.

— Парни, уходим. Девка у нас! — Шлепок по ягодице отдался очередной резкой болью. — С остальным разберемся потом.

Довольные голоса были еле различимы из-за жуткого треска горящего дерева.

“Кому и зачем я понадобилась? Неужели будут требовать выкуп? Или это то, про что говорила Хло. Мерзкие, язык не поворачивается назвать их людьми, создания наконец-то добрались до средства давления на высшее племя. Нельзя ни в коем случае позволить им этим воспользоваться. К какому количеству смертей это приведет? Нет уж! С меня достаточно и одной отрубленной головы!”

Вцепившись в куртку несущего ее головореза, девушка извернулась, на сколько это позволяла пульсирующая боль в спине и, всадив острый кинжал в широкую шею, тут же резко его выдернула.

Закряхтев, мужчина схватился за смертельную рану и спустя пару секунд рухнул на землю. В этот раз ей повезло больше. Приземлившись в мягкий сугроб, начала перебирать руками и ногами стараясь отползти, как можно дальше.

Разъяренные убийцы неслись к своему собрату, устрашающим видом обещая неминуемую расплату.

— Ах ты, дрянь! — Кулак размером с кувалду был уже занесен над ее головой. Приготовившись к удару, Нади закрыла голову руками и постаралась сжаться в комок.

Стальной свист разрезал воздух, и тяжелое мужское тело рухнуло рядом. Сейчас головорез смотрел на нее пустыми глазами, между которых торчал знакомый кинжал.

— Вставай! — Сверр, схватив Нади под руку, дернул ее обмякшее тело вверх. Девушка взвыла от боли.

— Не могу я! Что-то со спиной!

— Дьявол!

Опустив ее обратно на снег, кочевник постарался перехватить и поднять девушку так, чтобы ощущение боли для нее стало минимальным.

Заглянув мужчине за спину, насчитала шестерых. Они уже дышали в затылок. Один остановившись, целился в Сверра из арбалета. Юнца среди нападавших видно не было.

— Осторожно!

Дернула мужчину, заставляя того пригнуться к земле. Стрела просвистела всего в сантиметре от его головы.

— Надо увести тебя отсюда. Потерпи.

Прижалась к кочевнику как можно ближе, стараясь, чтобы тряска от его бега не била в больную спину. Сознание покидало ее.

— Давай же малышка, держись!

Пробираясь через вязкую белую пелену, почувствовала, что ее, то ли посадили, то ли положили на что-то теплое, стараясь впихнуть в непослушные руки какую-то веревку.

— Он отвезет тебя домой.

Кочевник развернул коня в сторону лагеря, привязывая девушку к его спине так, чтобы та не упала.

— У меня больше нет дома.

Глаза слипались. Каждый вдох сопровождался глухим хрипом.

— Дом — это не стены с крышей, глупая девочка.

Почувствовала его улыбку.

— Хло должна тебя перехватить по пути. Не бойся, я тебя быстро на ноги поставлю. Ну же Нади… Постарайся сжать поводья.

Девушка не могла понять, почему знакомый голос звучит так странно. В нем было что-то другое. Не очередной приказ, а просьба и даже мольба.

С трудом осилила привычное движение, сжимая жесткую кожу.

— Пошел!

Конь сорвался с места, но, будто чувствуя ценность своей ноши, двигался на удивление мягко. Звон клинков и крики стихали, становясь все дальше и дальше. Заснеженная земля мелькала перед глазами. Закрыла глаза, надеясь, что так станет хоть чуточку лучше. Резкая остановка животного на секунду замедлила бешено колотящееся сердце. Кровь застыла в жилах. Утихающая боль, парализующая все тело, взорвалась с новой силой.

— Нади! О, Древние, что происходит? Ты ранена?

Волна облегчения, вырвалась хрипом из легких.

Почувствовав прикосновения теплых рук к замерзшему лицу, приподняла голову. Разглядеть подругу она так и не смогла. Перед глазами все расплывалось. Вдохнув, настолько глубоко, насколько это было возможно в ее положении, проговорила на одном дыхании: «Дом сожгли. Головорезы. Я повредила спину. Там Сверр. Надо звать подмогу».

На последних словах Хло скрылась из виду. Ее голос доносился до слуха раскатистым эхом.

— Их осталось всего трое. Сверр один справится. Ему на один зубок. Надо срочно отвезти тебя в лагерь. С особняком разберемся позже.

Хло вернулась к подруге, проверяя хорошо ли та привязана.

Рука, выпустив поводья, безжизненной плетью упала на бок коня.

Блуждающий взгляд зацепился за ярко-красное сияние под манжетой рукава. Запястье неприятно зудело. Приподняв непослушную конечность, ткнула ей в суетящуюся горничную.

Сил совсем не осталось. Так хотелось забыться. Закрыть глаза и уснуть. Ничего не слышать и не чувствовать.

— Да быть этого не может! — Испуганный возглас привел в чувство.

Хло неотрывно смотрела в сторону горящего дома. Нади приподняла тяжелую голову и напрягла зрение. Размытые фигуры неохотно приобретали очертания. Среди окровавленных тел их было три. Две из которых, оседлав лошадей, сейчас на полной скорости неслись в их направлении.

— Надо срочно уходить! — Голос горничной сорвался от подступающих к горлу слез.

Не тратя ни секунды, она запрыгнула на лошадь, дернув за поводья упирающегося коня.

— Где Сверр? Я его не увидела.

Плохое предчувствие вгрызлось в душу.

— Он лежал на земле. Знак на твоем запястье исчез. А это могло произойти только в одном случае.

— Какой еще случай! Его не могли…Он же сильный и….

Слово «неуязвимый» так и не слетело с ее губ.