Зови меня Златовлаской (СИ) - Никандрова Татьяна Юрьевна - Страница 72

Маленький символ нашей любви ярко выделялся на фоне своих собратьев. Красная листва приковывала взгляд. Так что найти его в следующий раз нам не составило бы труда.

— А оно тут приживется? — поинтересовалась я.

— Приживется, — ответил Влад. — Только первые пару месяцев за ним нужно ухаживать, поливать и проверять, все ли в порядке. Ты сможешь?

— Конечно, это же дерево нашей любви, — улыбнулась я, прижимаясь к нему. — Я буду беречь его и постоянно навещать.

— У меня в машине есть перекус и плед, сейчас принесу, — вспомнил Влад.

Расположившись поудобней напротив нашего дерева, мы перекусили свежими булочками и чаем из термоса, который Влад предусмотрительно приготовил.

Всю неделю перед отъездом Влада мы провели вместе. Каждый день практически с утра до вечера мы гуляли, слушали музыку, ходили в кино, часами обнимались то у него, то у меня дома и никак не могли насладиться друг другом. Я сдержала обещание, данное себе, и больше не плакала по вечерам в момент прощания у моего дома.

В последний вечер Влад позвал меня к себе, предупредив, что я буду помогать ему собирать вещи. Отца дома не было, по обыкновению, уехал в очередную командировку.

Влад встретил меня на пороге с голым торсом и взъерошенными волосами. Его одежда была разбросана по всей квартире, и вообще в ней царил хаос.

— Это ты так собираешься? — улыбнулась я, поднимая с пола его джинсы.

— Терпеть не могу эти сборы, — отозвался Влад. — Невозможно просто взять и ничего не забыть.

— Самое главное — это документы, телефон, зарядка и деньги. Остальное можно купить на месте.

— И еще гитара. Но вообще ты права. Пошло все к черту, накидаю завтра в чемодан все, что залезет, а остальное докуплю на месте, — сказал Влад, отшвыривая в сторону кроссовки.

Он подошел ко мне и повалил на свою кровать. Я обхватила его лицо руками и внимательно всмотрелась в прекрасные карие глаза. Когда я увижу их в следующий раз?

Влад, словно разгадав мои мысли, произнес:

— Златовласка, поверь, мы увидимся очень-очень скоро. Я буду использовать любую возможность, чтобы приехать к тебе.

— Хорошо, — вздохнула я и прижалась к нему губами.

Влад живо ответил на мой поцелуй и перевернул меня на спину. Его нежные руки ласкали мое тело, и я старалась сохранить в памяти каждое прикосновение. Влад целовал меня в шею, грудь, живот. Его кожа была такой горячей, а запах, исходящий от него, так будоражил кровь, что я была готова отдаться ему прямо здесь и сейчас.

Неожиданно для самой себя я перевернулась и начала стягивать с Влада шорты. Он повиновался. Затем, прижавшись к его животу, я подцепила пальцем резинку его трусов и посмотрела ему в глаза, как бы спрашивая, все ли я правильно делаю.

— Ты уверена? — шепотом спросил Влад.

— Да. Это же наш последний день, — так же шепотом ответила я.

Внезапно Влад выдохнул и мягко отстранил меня от себя, натягивая спущенные трусы на прежнее место.

— Если ты еще раз скажешь, что это наш последний день, я больше тебя не поцелую, — сказал Влад. — Я не хочу, чтобы ты делала это только потому, что тебе кажется, что я уезжаю навечно.

— Я делаю это не поэтому. Да, у меня есть это ужасное саднящее чувство в груди из-за твоего отъезда, — призналась я. — Но я очень хочу тебя, правда.

— Я тоже. И поверь, позже я буду корить себя за свой отказ. Но я хочу, чтобы твой первый секс был осознанным. Я не прощу себе, если вдруг ты посчитаешь произошедшее между нами ошибкой. Пусть все случится только от избытка любви и желания, а не из-за этого саднящего чувства в груди. Ты меня понимаешь?

Я кивнула.

Влад был потрясающим парнем. Его любовь не опустошала, а, наоборот, наполняла. Он не стремился использовать, он стремился сберечь. Чем я заслужила такое счастье?

Мы провалялись с ним до поздней ночи. Мама названивала мне каждые пять минут и угрожала, что если я сейчас же не вернусь домой, то она сама придет за мной, и тогда мне несдобровать.

Влад проводил меня домой только в первом часу, а в одиннадцать утра у него должен был быть самолет.

Ночью мне не спалось. В голове все крутилась фраза Джона Леннона: "Everything will be okay in the end. If it's not okay, it's not the end."

Кажется, это правда. В конце концов, все складывается именно так, как должно быть. Пускай непредсказуемо, пускай неожиданным образом, но складывается.

Жизнь устроена, как совершенный навигатор. Если надо добраться из точки А в точку Б, он может повести тебя совершенно не по тому маршруту, на который ты рассчитывал. Ему виднее: он знает длину каждого из нескольких десятков путей, видит пробки и аварии и понимает, как лучше их объехать. В итоге он приводит в точку Б наилучшим путем.

В жизни так же. Неважно, сколько кочек и ухабов на дороге, без разницы, сколько раз снесло в кювет. Если веришь в свою точку Б, то обязательно окажешься в ней.

Я ворочалась в кровати, вспоминая события минувшего учебного года. Моя влюбленность в Диму показалась мне такой нелепой и далекой, что с трудом верилось, что я могла всерьез из-за этого переживать.

Но, с другой стороны, если бы Пешков не оказался трусом, то я вряд ли познакомилась бы с Владом. А если бы Влада не было в моей жизни, то пережить развод родителей мне было бы в сто раз сложнее. И если бы родители не развелись, то, наверное, пропасть между мной и отцом росла с каждым годом. Да и маму их угасшие отношения вряд ли сделали бы счастливой. Даже отношения Киры и Влада, как оказалось, случились не просто так. Ведь из-за Киры Влад не препятствовал нашему со Стасом сближению. А благодаря Стасу я попала в их компанию, и у нас с Владом появилась возможность узнать друг друга получше.

Выходит, что все, что происходило со мной за это время, было только к лучшему. Вот только я этого не понимала и злилась на свою судьбу. А ведь ей было виднее.

До аэропорта было тридцать минут езды на машине, так что в 7:30 утра Влад на такси заехал за мной.

— Я думала, мы поедем вместе с ребятами, — сказала я, имея в виду других музыкантов группы "Абракадабра".

— Они едут с родителями, — пояснил Влад. — Я договорился с отцом Платона, они отвезут тебя домой, когда поедете из аэропорта.

Всю дорогу мы почти не разговаривали. Я прижималась к Владу, вдыхала его запах и до боли сжимала его пальцы.

Расплатившись с таксистом, мы покатили два огромных чемодана Влада в здание аэропорта. У входа мы встретились с Артемом, Платоном и Ильей. Кроме родителей, парней провожали Юля и Виолетта Волгина. Она тесно жалась к Илье, но выглядела спокойной. Оказалось, что Виолетта поступила в московский универ и они с Ильей совсем скоро встретятся.

Я отчаянно завидовала Волгиной. Скоро она поедет к своему парню, и ничто не помешает им быть вместе. А нам с Владом целый год придется жить от встречи к встрече. К горлу вновь подступил ком.

После сдачи багажа настало время прощаться. Я очень боялась этой минуты, потому что мне становилось все труднее сдерживать слезы.

Влад отвел меня в сторону. В тихий укромный закуток, где никого не было. Он присел на одно из сидений, и посадил меня к себе на колени.

— Ну что, Златовласка, давай прощаться? — улыбнулся он.

Но улыбка вышла грустная. Я видела, что ему тоже тяжело на душе.

— Влад, спасибо за все то, что ты для меня сделал. Я очень многим обязана тебе. Ты спас мою жизнь, когда я уже думала, что бог забыл про меня. Ты всегда понимал и поддерживал меня. Ты удивительный человек. И я люблю тебя, — тихо проговорила я. — Но твоя любовь как солнечный зайчик — постоянно ускользает от меня. Я так хочу ее удержать, но не могу. И от этого мне грустно.

Не знаю, так это или нет, но на секунду мне показалось, что глаза Влада увлажнились, и он отвел взгляд.

— Саш, солнечный зайчик — это всего лишь отражение солнечных лучей. А солнце, оно никуда не девается. Еще не было ни одного дня, чтобы оно не встало на востоке, понимаешь? Моя любовь к тебе как солнце. Она всегда будет рядом, — он уткнулся носом мне в щеку. — Златовласка, я люблю тебя, и неважно, сколько километров между нами — ты всегда здесь.