Зови меня Златовлаской (СИ) - Никандрова Татьяна Юрьевна - Страница 58

Видимо, мне все же не показалось, что она весь вечер пытается привлечь его внимание.

— Дрыхнет, — пожал плечами Влад. — Играем без него.

— Правила все знают? — спросила Юля. — Если вы делали то, чего не делал ведущий, то пьете. Если вы ведущий, и никто не выпил после вашего "я никогда не", вы пьете сами.

Все закивали головами, принимая правила. Платон налил каждому алкоголь в соответствии с пожеланиями. Я выбрала шампанское, потому что весь вечер потихоньку пила его и особо не пьянела.

— Я никогда не брил ноги, — сказал Влад и все девушки за столом сделали глоток.

— Я никогда целовалась с девушкой, — улыбнулась Юля, и парни отпили из стаканов.

— Я никогда не делала татуировку, — хитро проговорила Кира, глядя на своего парня.

Я сделала глоток вместе с Владом и Платоном. Увидев, что я тоже выпила, Кира удивленно вскинула брови:

— Да ладно? У тебя есть татушка?

— Да, небольшая.

— Покажи, — попросила Кира, сгорая от любопытства.

— Не могу, придется раздеться, — улыбнулась я.

— Она в интимном месте? — поинтересовался заинтригованный Платон.

— Ну, смотря что ты подразумеваешь под интимным местом, — мне было забавно смотреть на их удивленные лица.

— Ну как…

— Ладно, не буду тебя мучить, ты угадал, она в интимном месте.

Его глаза поползли на лоб, и он удивленно открыл рот.

— Да-да, в том самом, про которое ты сейчас думаешь, — кивнула я, еле сдерживаясь от того, чтобы не рассмеяться.

— А ты, оказывается, не такая скромница, которой прикидываешься, — заметила Кира.

Мы с Владом переглянулись. Он попытался подавить улыбку, но уголки его губ предательски тянулись вверх.

— Ладно, моя очередь, — сказала я. — Я никогда не признавалась в любви своей половинке.

К моему удивлению, Кира с Владом, как и остальные, не притронулись к своим напиткам. Я отпила шампанское, и мы продолжали играть. Однако Платон никак не мог оставить тему моей татуировки.

— Саш, а где ты делала тату?

— В салоне.

— Ну, понятно. В каком?

— Я не помню название.

— Ты нашла салон, чтобы сделать тату в том самом месте, и даже не запомнила его название? — недоверчиво уточнил парень.

— Ну, я не искала салон, туда привел меня Стас.

— Стас видел тату? — опешила Юля.

— Нет, просто он меня туда привел, — соврала я.

Я почувствовала прожигающий взгляд Вероники. Похоже, новость о причастности Стаса к моей татуировке ее не обрадовала. Когда до нее дошла очередь, она выдала:

— Я никогда не целовалась со Стасом.

Я почувствовала, как взгляды присутствующих обратились ко мне. Сомнений не оставалось, что Вероника использовала свое "никогда не", чтобы выяснить, какие отношения у нас со Стасом. Я с улыбкой обвела ребят глазами и, не притронувшись к стакану, сложила руки на груди.

— Ну что ж, идем дальше, — довольно вздохнула Вероника и сделала большой глоток.

Игра продолжалась еще полчаса, пока мы полностью не опустошили свои стаканы. Встали мы из-за стола однозначно гораздо более пьяными, чем сели. Влад принес свою черную гитару, сел на диван и с хрипотцой затянул:

Все, что было до меня, обнуляй.

Жизнь — море. Ща поныряем,

Только ты давай мне доверяй,

И мы телепортом с тобой прямо в рай.

Ты та, о ком бьется в моей груди…

Я улетаю.

Вот такой вот мой тупой припев о любви.

Тебе…

Мы все подпевали. Во время исполнения Влад улыбался и иногда прикрывал глаза от удовольствия. Песня ему явно нравилась.

Я готова была смотреть, как он поет, вечно, как на огонь или воду. Наверное, Кира, сидящая неподалеку от меня, разделяла мои эмоции. От этой мысли стало грустно.

После мини-концерта все решили играть в Мафию и стали громко спорить о том, стоит ли вводить в игру ночную бабочку и доктора.

— Пойдем покурим, — Влад потянул меня на улицу.

— Я не курю, — напомнила я, но все равно пошла за ним.

Прохладный вечерний воздух приятно освежал. В голове был легкий дурман от выпитого. С лица не сходила глупая улыбка. Влад, очевидно, тоже находился под действием алкоголя: он слегка покачивался и никак не мог зажечь сигарету. Мне было очень смешно смотреть на его бесплодные попытки. Хихикнув, я выхватила зажигалку и прикурила ему. Влад глубоко затянулся сигаретой и медленно выпустил дым из легких.

— Знаешь, а я удивился тому, что ты не выпила, когда Ника сказала, что никогда не целовалась со Стасом, — задумчиво сказал он, делая новую затяжку.

— А я удивилась тому, что вы с Кирой не признавались друг другу в любви. Сколько вы уже вместе?

— Несколько месяцев, — ответил Влад, присаживаясь на крыльцо.

— Я думала, что с лета.

— Летом мы начали общаться, но сблизились недавно. Поначалу нам трудно было поладить.

— Почему? — спросила я, садясь рядом с ним.

— Она привыкла, что за ней бегают, а я слишком ленив для бега, — улыбнулся Влад.

— Но в итоге все же пришлось пробежаться? — уточнила я.

— Да хрен его знает. В итоге я сам не понял, как мы решили начать встречаться.

— Сам не понял? — вскинула я брови.

— Ага. Если честно, это долгая и нудная история, Златовласка, — тряхнул головой Влад.

Я помолчала. Видимо, тема отношений Киры и Влада была закрыта.

— Влад, я давно хотела тебя спросить, что означает вот эта надпись? — я указала на татуировку на его груди.

— Переводится как "В конце концов все будет хорошо", — выдыхая сигаретный дым, ответил Влад.

— Оптимистично.

— Да. Мне мама так всегда говорила, когда хотела успокоить. Помню, в детстве мы с ней лежали в больнице, потому что у меня была страшенная ангина. Как-то вечером я ворочался, никак не мог уснуть из-за горла, которое нестерпимо болело. И мама мне сказала тогда: "Сынок, ты же знаешь, в конце концов все обязательно будет хорошо. Я понимаю, что тебе больно, что ты не можешь уснуть, но подумай сам, раз тебе сейчас так плохо, то значит, это точно не конец." И я подумал: "А ведь это правда!". Ты знаешь, я верил маме. В моей детской системе миропонимания сложилась установка, что в конце все будет хорошо. То есть плохого финала не могло быть в принципе. И раз мне сейчас паршиво, то мне просто нужно потерпеть и подождать свое "хорошо". Там в больнице я так и поступил. А наутро мне действительно стало гораздо лучше.

— Твоя мама была мудрой женщиной, — отозвалась я.

— Да, это так. Даже сейчас, когда какие-то трудности происходят в моей жизни, я всегда вспоминаю маму. Ложусь и просто жду, когда отпустит. И снова станет хорошо.

Мы помолчали. Каждый думал о своем. Влад поднялся, положил окурок в пепельницу, стоящую на небольшом столике у входа.

— Вот я угорал, когда ты втирала Платошке про татушку на лобке, — внезапно рассмеялся он.

— Я не говорила, что на лобке! — возмутилась я. — Я сказала, в интимном месте.

— Ты сказала: "Да-да, именно в том месте, про которое ты сейчас думаешь", — хохотал Влад. — Уж поверь, я знаю, о чем подумал Платошка.

— Какой ужас! — кисло отозвалась я.

— Слушай, а я ни разу не видел твою татушку с момента, как тебе ее делали, — заметил он, смотря на меня сверху вниз.

— Она по-прежнему там. Не разрослась и не мутировала.

— Я хочу посмотреть, — заявил он, хитро прищурив глаза.

— Но ты ее уже видел, — с недоумением ответила я.

— Да, но тогда кожа была красная. Сейчас наверняка все зажило, я хочу глянуть на конечный результат.

На пару секунд я замерла в раздумьях. Будь я трезвой, наверное, отказалась бы. Но сейчас гулявший по телу хмель делал меня подчеркнуто свободной и какой-то развязной.

Я поднялась со ступенек и двинулась с места. Влад последовал за мной. Мы обошли дом с торца и остановились. Я прислонилась к стене, и медленно стала распоясывать платье с запахом. Сначала я мягко развязала один узел, затем второй. В этот момент черное кружевное белье из одного комплекта было как нельзя кстати.