Судьбы Антейна (СИ) - Демидова Дарья - Страница 40

— У каждого своё понятие силы, принцесса. Если бы источник захотел меня забрать, он бы забрал.

Мелия заёрзала на циновке — она только что поняла, какой вопрос уже несколько минут крутился у неё в голове и хотел сорваться с языка:

— Почему вы говорите об источниках, как о живых существах?

— Потому что они живые… Две тысячи лет назад равновесие на Антейне было нарушено, восточный источник сковали горы. Жители востока забыли, всё что умели делать при помощи магии, у них сейчас одна задача — выжить.

— Они живы?.. — Мелия ахнула и приложила руку ко рту.

— И да, и нет.

— Что это значит?

— Всему своё время. У нас ещё будет возможность поговорить. А сейчас пора спать, — он указал в угол зала, где за ширмой принцессе устроили ложе.

Вождь поднялся и пошёл к двери. Уже на пороге он остановился, взглянул на принцессу, которая склонила голову, о чём-то задумавшись:

— Мы стоим на пороге больших перемен. И только от нас зависит судьба Антейна.

Глава 18

Ларе снилось странное место…

Каменный купол на поляне. Вокруг ни души, жухлая трава хрустит под ногами, скрученные голые деревья обступили со всех сторон. Мёртвое место, страшное, таинственное… Оно манит её, зовёт, она чувствует силу, пульсирующую по венам. Сила тянет к куполу, просит заглянуть, дотронуться, впустить в себя ещё больше энергии — тёмной, непонятной, загадочной…

Она подходит к кладке, касается пальцами влажных камней и ей открывается проход. Скользкие узкие ступени ведут в подземелье. Со стен сочится вода… Кап. Кап. Кап. Глухой монотонный звук раздражает, но она спускается.

Круглый зал. Здесь сухо, но холодно. Несколько дверей с массивным железными пластинами и странными знаками, начертанные белой известью на старом потрескавшемся дереве. Она выбрала одну из них наугад. Но мысль, что ей нужна именно эта дверь, глубоко засела в голове.

Беззвучно отворилась створка, массивные петли, с виду ржавые, не издали ни звука. Комната небольшая, по стенам стоят стеллажи со склянками и пучками трав, стол завален древними фолиантами. У противоположной стены сидит девушка.

Длинные светлые волосы спадают на спину. Фигурным гребнем она расчёсывает свои локоны. В зеркале отражается миловидное личико. Тонкие черты лица, аккуратный чуть вздёрнутый носик, большие карие глаза. Она не моро: белая кожа и ухоженная шевелюра, говорят о том, что это существо лишь по строению тела напоминает жителей страны. Фигурка девушки маленькая, тоненькая. Она явно любуется собой.

Слышится шорох подола, и из тени стеллажей выходит красивая высокая женщина в чёрном плаще с фиолетовым отливом. Копна рыжих волос выглядит как настоящая огненная волна. Она подходит к девушке и кладёт тонкие руки ей на плечи. Убирает непослушную прядь за спину. Девушка улыбается.

— Ты настоящая красавица, — говорит женщина белокурой красотке и оборачивается.

Глаза сверкают молниями, огненная копна волос развевается, словно в комнате поднялся ветер. Яркие губы складываются в злую усмешку, а потом шепчут слова на незнакомом языке.

Лара чувствует такую сильную боль, будто стрела пронзает голову. Падает на колени, хватаясь за виски. Боль затмевает разум, изо рта вырывается крик, и она, не выдерживая пытку, теряет сознание, погружаясь в благостную пустоту.

***

Вик давно не спал. Уже пару часов он разглядывал Вечный луг. И хоть он не был особым ценителем красивых пейзажей, этот ему очень понравился. Пёстрые сочные цвета, зелёные травы, пучки больших листьев и громадных цветов — всё это было так необычно. Скудная зелень той части страны, где жили моро, не отличалась особым разнообразием и не радовала глаз такими красками.

Вик проснулся, едва солнечные лучи осветили мрачные своды их убежища. Он первым делом нашёл Лару. Оказалось, что сестра мирно спит у него под боком. Затем попытался достать из памяти то, что было ночью, но вспомнил только смертельный танец со взбесившимся роглом и как умудрился проскочить под массивными лапами зверя, всадив нож в его сердце. А дальше ничего не помнил, будто белая стена стояла в голове, преграждая путь к воспоминаниям.

Его привлёк свёрток из больших листьев, оставленных на пороге пещеры. Там оказались сочные плоды, коих он ещё ни разу не встречал. Пахло изумительно, и он понял, что очень голоден. Плоды оказались вкусными и сладкими, а что самое главное, сытными, и их бы хватило на несколько дней пути. Поэтому Вик, утолив первый голод и заодно жажду, просто сидел и наслаждался спокойствием. Вопреки рассказам отца страшных магических существ на лугу не наблюдалось. Только яркие насекомые проносились мимо, да скакали в траве магические пушистики гилли.

Лара застонала во сне, и Вик подошёл к ней. На лбу сестры выступила холодный пот, она закусила губу и стала выгибаться, будто испытывала нестерпимую боль. Он потянулся к ней, но в тот момент, когда пальцы едва коснулись её руки, она вздрогнула и открыла глаза.

— Лара? — Вик попытался обратить на себя её внимание, потому что сестра обшаривала взглядом пещеру и нервно искала рукой даран. Наконец она сфокусировалась на Викторе и бросилась к нему на шею.

Виктор, сидевший на корточках, от неожиданности сел и машинально прижал к себе девушку.

— Лара, ты чего? Раньше ты таких чувств не проявляла, совсем расслабилась, — попытался пошутить он, почувствовав, как она напряжена.

— Иди в Бездну, Виктор! — она отпрянула, отодвинулась как можно дальше и превратилась в ощетинившегося зверька. — Сначала меня пыталась убить Эсен, потом ты, потом эти голоса шептали, чтобы я бросила тебя, и уже была готова… потом, я видела твоего братца без штанов, а твоя мать называла меня «иланиа»! Знаешь, сколько я пережила за эту ночь?!

Вик нахмурился и придвинулся ближе.

— Успокойся и давай по порядку. Я тебя, конечно, не люблю и это факт, но чтобы пытаться убить… Это слишком, сестрёнка, — Вик старался говорить, как можно мягче, уж больно ему не понравились истеричные нотки в голосе Лары.

— Ну не совсем ты, но та тварь, что в тебя вселилась.

Лара пустилась в долгий рассказ о событиях минувшей ночи. Чем дольше она говорила, тем больше приходила в себя. Выливая всё накопившееся напряжение в словах, она постепенно расслабилась и уже не смотрела на Вика хищным зверем.

Он молчал и старался выглядеть спокойным, пытаясь передать свою уверенность ей. Хотя хотелось ругаться самыми гнилыми словами, которые только знал, но брань роилась в голове, и он не спешил её выпускать, чтобы не спугнуть Лару, которая ему открылась.

Это не было простым пересказом событий. Лара будто изливала душу. Несколько раз Виктору показалось, что она вот-вот заплачет, но девушка держалась, хоть и голос, бывало, дрожал. Сейчас он видел перед собой не сильную властную женщину, какой она была ещё недавно, а маленькую напуганную девочку. Шутка ли — впервые оказаться далеко от дома и уже несколько раз чуть не распрощаться с жизнью.

— Значит, мамаша не пожелала сказать мне «привет»? — спросил он, когда Лара закончила свой рассказ.

— Она сказала, что у каждого человека свой путь.

— «Человека»? Что это значит? — нахмурился Вик.

— Без понятия. Она вообще говорила загадками. Назвала меня «иланиа». А ещё сказала, что если ты мне доверяешь, значит, я не могу нести зло. А ещё надо идти на юг, и я увижу «его», а кого «его» не сказала…

— Странно это всё. Поешь. Думаю, что сегодня нас не выгонят с луга, а сил нужно немало. Мы потеряли роглов и придётся топать пешочком.

— И куда?

— На юг, куда же ещё? Других вариантов нет. Думаю, стоит идти вдоль реки. А ещё нужно хорошенько подумать над тем, что она сказала. Особенно над тем, что она сказала о тебе.

Лара откусила кусочек плода и замерла с набитым ртом. Вик только грустно усмехнулся.

— А что она сказала обо мне? — глаза Лары расширились, набрали глубину. И без того тёмно-фиолетовая радужка стала почти чёрной.

— Лара, давай начистоту. В нашей семейке не только я отличаюсь ото всех, но и ты тоже, — он решительно посмотрел ей в глаза, и взгляд его говорил о том, что он не отступит.