Невидимки - Паланик Чак - Страница 69

Платье, в котором я намереваюсь заявиться на свадьбу Эви, — нечто похожее на Туринскую Плащаницу. Оно коричнево-белое, с драпировкой. Длинный ряд блестящих красных пуговиц выглядит подобно стигматам на теле святого. На моих руках — длиннющие черные перчатки, а на ногах — туфли на непомерно высоких каблуках. Если в таких упадешь, определенно разобьешь себе нос. Вокруг моей головы — несколько ярдов черной органзовой вуали Бренди с блестящими звездочками. Открыты лишь мои глаза. А похожие на вишни в вишневом пироге шрамы на том месте, где когда-то была моя челюсть, никто не увидит.

Я выгляжу гнетуще и зловеще. Но ощущаю, будто что-то вышло из-под контроля.

Ненавидеть Эви — это сейчас не так просто, как было раньше. Теперь у меня почти нет причин питать к ней ненависть. Я отдалилась от этих причин. В настоящий момент я твердо знаю, что чашечка кофе и капсула декседрина помогают наплевать на что бы то ни было.

На Бренди белый костюм — подделка под Боба Маки. И шляпа, ведь, несмотря ни на что, мы идем на свадьбу. Туфли на ее ногах сделаны из кожи какого-то животного. А еще на ней все необходимые безделушки, называемые аксессуарами. Драгоценные камни, выкопанные из недр земли и отполированные до такого состояния, что отражают свет. Они вставлены в сплав золота с медью, по которому колотили молотками, придавая форму. На все это потрачено столько труда. Я имею в виду, на создание Бренди Александр.

На Эллисе костюм с двубортным пиджаком с разрезом сзади, черного-черного цвета. Он выглядит так, каким ты представляешь себя в гробу, если ты, конечно, парень. Но меня это уже не волнует.

У Эллиса вид человека, способного соблазнить представителя любой категории людей и гордящегося этим. Ему льстит не только сознание того, что недавно он удовлетворил мистера Паркера, но и воспоминания о связи с Эви. Наверное, в его голове уже крутятся мысли о попытке вернуться на свой пост в Вашингтон-парк.

Итак, я беру приглашение с гравировкой по золоту, которое украла, Бренди и Эллис запасаются перкоданом, и мы направляемся на свадьбу Эви.

Перенесемся в одиннадцать часов утра в баронский особняк в Вест-Хиллз — дом чокнутой Эви Коттрелл. Счастливицы Эви, не расстающейся с винтовкой, только что превратившейся в миссис Эвелин Коттрелл Скиннер. Можно подумать, в данный момент меня все это сильно волнует.

И, о, как все великолепно и блистательно! Эви, она запросто могла бы сыграть роль свадебного торта в своем многоярусном, усыпанном цветами платье с юбкой на обручах. Ее талия сильно утянута, здоровый техасский бюст высоко поднят жестким лифом. На Эви столько же украшений, сколько в торговом пассаже на Рождество.

Большая часть шелковых цветов пришита к правой части ее платья в районе талии. Такие же цветы над ушами в блондинистых, уложенных в замысловатую прическу, залитых лаком волосах. К ним прикреплена воздушная белая ткань, которая сейчас убрана назад и покрывает голову Эви.

В юбке с обручами, с высоко поднятыми техасскими сиськами-грейпфрутами невеста расхаживает перед гостями и командует своим праздничным парадом.

Наполненная шампанским с перкоданом, Бренди смотрит на меня.

А я забавляюсь, представляя, что когда-то Эви была мужчиной. Такая же ширококостная блондинка, она отличалась тогда от себя нынешней тем, что между ног у нее болталась уродливая морщинистая мошонка. Вы понимаете, о чем я.

Эллис старается избежать встречи с Эви. Он занят тем, что пытается выяснить, не станет ли ее муж его очередной победой. Эллис, он до сих пор живет тем, что со спортивным интересом стремится после долгой борьбы завоевать внимание нового мужчины.

Каждый из присутствующих здесь считает, что эта история именно о нем. То же самое можно сказать о любом другом человеке планеты.

Ситуация выходит далеко за рамки обычного «Прости меня, мама. Прости меня, Господи». В данную минуту я не желаю просить прощения ни у кого.

Я ни о чем не сожалею.

И ни о ком.

Нет, на самом деле, все, кто тут собрался, просто жаждут быть кремированными.

Перенесемся наверх. В спальню.

Приданое Эви выложено. Осталось только упаковать его. На сей раз у меня есть собственные спички. Я поджигаю край гравированного приглашения, касаюсь им кровати с приданым, прохожу к занавескам.

Этот момент, он просто головокружителен. Пламя перехватывает контроль над ситуацией в свои огненные руки, и ты уже ни за что не в ответе.

Я беру большую бутыль «Шанель № 5» в ванной Эви, а еще флакон «Джой» и «Белых плеч» и разбрызгиваю эти благоухающие цветочными ароматами жидкости по спальне.

Огонь, этот свадебный ад Эви, тут же набрасывается на все, что полито духами, и заставляет меня выскочить в холл. Вот что мне нравится в пламени — его способность поглотить меня и любого другого человека и убить. Пламя не может этого знать, но я являюсь его матерью. Огонь ужасно красив и обладает невероятной мощью и властью, и я люблю в нем все это, как ничто другое ни в ком другом.

Ты не в состоянии его остановить. Управлять им. С каждой секундой он охватывает все больше и больше вещей Эви.

Теперь моя задумка осуществляется сама собой. Помощи не требуется.

Я спустилась вниз. Грациозной и медленной поступью профессиональной манекенщицы. Невидимая девушка-модель.

Наконец— то все происходит так, как хочу я. Даже лучше. И никто ничего пока не заметил.

Наш мир стремительно мчится вперед, в будущее. Цветы и фаршированные грибы, гости на свадьбе и квартет музыкантов-струнников — все мы движемся туда, к планете Бренди Александр.

Принцесса в холле и до сих пор думает, что удерживает происходящее под личным контролем.

О, это глупое ощущение жесткого контроля над всем и вся!

Перенесемся в тот день, когда мы с вами будем мертвыми, и все, что кажется нам важным сейчас, утратит всякий смысл. Перенесемся в то время, когда на месте этого особняка будет стоять другой дом. Его жильцы не будут знать о нас абсолютно ничего.

— Куда ты исчезала? — спрашивает Бренди.

В ближайшее будущее, хочу ответить я.