Невидимки - Паланик Чак - Страница 60

Мы сидим в одном милом баре в отеле Эдмонтона. Бренди говорит:

— Терпеть не могу, когда на стакане, в котором мартини, виден шов. Это попахивает дешевизной.

Вокруг нее крутится толпа парней. Они как огни десятков прожекторов. Я помню, какие испытываешь ощущения, когда на тебе сосредоточено столько внимания. В этой стране Бренди ни разу не пришлось тратить собственные деньги на выпивку, ни единого разу!

Перенесемся в тот день, когда Манус потерял работу специального оперативного сотрудника детективного отдела муниципального департамента полиции. На мой взгляд, ему так никогда и не удалось оправиться от этого удара.

Он столкнулся с серьезными материальными проблемами. На счете у Мануса лежала весьма скромная сумма.

Вскоре мое лицо склевали птицы.

Чего я не знала, так это того, что Эви Коттрелл, жившая одна в своем огромном доме с деньгами из Техаса, сказала однажды Манусу, что ей требуется какая-то помощь. И о нездоровом желании Мануса до-

казать себе, что он до сих пор в состоянии мочиться на каждое дерево.

Теперь мне все известно. И вам тоже.

Перенесемся к нам, мчащимся по дороге после больницы и сестер Рей. Я продолжаю добавлять проверу и климару и премарин во все, что Манус ест и пьет. В виски — эстрадиол. В водку — микрофоллин.

Это настолько просто и настолько страшно. Ведь он постоянно пялит глаза на Бренди.

Мы все от чего-то бежим. От вагинопластики. От старения. От будущего.

Перенесемся в Лос-Анджелес.

Перенесемся в Спокан.

Перенесемся в Бойс и Сан-Диего и Феникс.

Перенесемся в Ванкувер Британской Колумбии, где мы были эмигрантами из Италии и разговаривали на английском как на чужом языке. До тех пор, пока не утратили родной язык.

— Ваши две груди выглядят как груди совсем молодой женщины, — сказал Манус риелторше. В каком доме — я уже не помню.

После Ванкувера мы вернулись в Соединенные Штаты в качестве Бренди, Сета и Буббы-Джоан. Все благодаря умелому рту принцессы.

На протяжении всего пути в Сиэтл Бренди читала нам вслух о том, как одна девушка-еврейка, страдающая странным заболеванием мышц, превратила себя в Рону Барретт.

Все трое из нас были заняты одним и тем же: поиском богатых домов, кражей наркотиков, выбором машин напрокат, покупкой одежды.

— Расскажи нам что-нибудь очень личное, — говорит мне Бренди по пути в Сиэтл.

Все это время Бренди — мой босс. Она так близка к смерти.

Откройся.

Расскажи мне мою историю перед тем, как я умру.

Зашей себя.