Трактирщица (СИ) - Мор Дэлия - Страница 58

Сложила письмо пополам и засунула в шкатулку. Надеюсь, Кеннет сейчас в кабинете и сможет ответить сразу. Ощущение, что за мной следят, многократно усилилось. Понимала, что скорее всего оно — плод моего воображения, но всё равно нервничала.

Ответ пришёл уже через несколько минут. Лин Делири ждал, когда я напишу.

“Шанс обойти охрану есть всегда. Я не страдаю манией величия и не считаю, что способен учесть абсолютно все нюансы. Паучиха хорошо знает местных. У неё тут многолетние связи, о которым лично мне можно только мечтать. Да, охрана превосходная. Но под боком у Клана Смерти, на нашей земле, и тебе, и мне явно будет спокойнее.

По срокам — извини, ничего определённого сказать не могу. Разброс от “небольшой экскурсии по достопримечательностям Фитоллии “ до “из посаженных поселенцами деревьев скоро вырастет лес”. Но не пугайся и не толкай в дорожные сундуки всё подряд. Чего вам не хватит на месте, я достану. Жду ответ. Твой Кеннет”.

Сложно.

Я помассировала виски. Голова болела нещадно. Хотелось выпить вина и лечь спать, а не принимать решения, которые могут обернуться разорением или моей смертью. Впрочем, если ставить вопрос именно так: банкротство или смерть, то выбор становится предельно простым.

"Целый приют детей, Кеннет. Они перевернут всю Фитоллию, и не говори потом, что это моя вина. Постараемся собраться до вечера. Возможно, придётся гнать клиентов крапивой".

Я отправила короткое послание и принялась за новое. Нужно было написать Артуру. Связаться с ним сейчас можно только через отца. Потому я попросила лина Саливана-старшего спросить у сына, останется он в столице или поедет с нами. Законник ожидаемо ответил, что вернётся вечером за нужными бумагами и пересидит у отца. Он уже взял на себя обязательства перед ведьмами, хотел выполнить свою работу.

— Сирая, — позвала вслух я. Хранительница показалась в центре кабинета. — Скажи всем, чтобы собирались. Лин Делири приглашает погостить в Фитоллии. С собой только самое необходимое.

Пока в трактире медленно, но верно воцарялся хаос, я разговаривала с гостями. Пришлось извиниться и вернуть деньги тем, кто въехал совсем недавно.

Убытки, убытки, убытки. Из меня получился крайне неудачливый делец!

Слава богам, обошлось без скандалов. Подозреваю, постояльцы вспомнили, что утром приезжали "инквизиторы", и предпочли убраться подальше от этих неприятных людей. Это безопаснее и разумнее, чем тратить время на скандал с хозяйкой трактира. Отдохнуть удалось и ладно.

Ребята на удивление быстро справились со сбором личных вещей и отнесли продукты из кухни в подвал, там ничего не должно испортиться: консервирующие чары не позволят.

Я же опустошала ящики стола в кабинете, отбирая из кучи накопившегося хлама документы и ценные вещи. Что-то прятала в сейф, чтобы отнести его в бункер, что-то брала с собой. Коробок оказалось не так много. Даже стыдно. Будущая жена главы Клана Смерти, а гардероб, как у бедной сироты.

Сирая снова подала сигнал, привлекая внимание, и я застонала. Боги! Что опять случилось? Армия на пороге "Медвежьего угла"? Наводнение? Пожар?

Пришлось идти к выходу на задний двор. Хранительница подгоняла, но подробности рассказывать отказалась. Любят ведьмы сюрпризы. А я уже — нет. Тем более такие. Трое мужчин толкали к трактиру двух неопрятных забулдыг с разбитыми рожами. Я едва различала среди крови и синяков их рты, носы и заплывшие отёком веки. Кто их так, мамочки?

— Лина Хельда, — звонко сказал юноша из-за спины одного из несчастных, — принимайте гостей. Так рвались к вам, так рвались. Пришлось остановить, допросить и вежливо проводить.

Юноша был чрезвычайно мил. Светлые кудри, голубые глаза, по мальчишечьи-вздёрнутый нос и пухлые губы. “Красивый, как девочка”, — говорили о таких. А я смотрела на его хмурых спутников и начинала по-тихоньку прозревать. Суровые мужчины в неприметной одежде. Меня узнали, свои имёна не сочли нужным сообщить. Охрана? Люди Кеннета?

Лучшие наёмные убийцы Фитоллии выглядели, как обычные люди. Наверное, так они и должны были выглядеть, но кудрявый парень смущал. Он-то кто?

— Стоять, — тихо сказал “обычный” и придёржал окровавленного “гостя” за плечо. — Нам бы уединиться, лина Хельда. Рассказать, в чём дело. А то непривычно доставлять кого-то живым.

— М-м-м-м, — выдавил из себя страдалец и сплюнул кровь в траву. — Может, отпустите?

— Нет уж, дорогой, — кудрявый парень потрепал его по волосам. — Хотел получить долг с невесты главы Клана Смерти — дерзай. Вот она. Перед тобой.

— Н-н-не н-н-надо.

— Поздно, — слишком красивый для наёмного убийцы парень лучезарно улыбнулся. — Ножками двигай, ножками, а то полетишь. Лина Хельда, ну не сражайте уже своей красотой всех без разбора. Посмотрите, в каком гости смятении.

— Сокол, — проворчал его спутник.

И парень, услышав, как его одёрнули, стыдливо опустил взгляд. Ещё бы ножкой в земле поковырял. О боги всех миров! Тот самый Сокол?

— Ясного неба, господа, — пришлось постараться, чтобы голос звучал уверенно. Я переводила взгляд с одного побитого гостя на другого, особое внимание уделяя их глазам. Кеннет, кажется, говорил о происхождении прозвища одного из своих наёмников. — Не помню, чтобы задолжала кому-нибудь. Следуйте за мной, здесь могут ходить дети. Не хочу, чтобы они видели… Нечто подобное.

Я вернулась в трактир, раздумывая над ситуацией. Может, это и есть убийцы, которых подослала Паучиха? И "долг" чисто метафорический? Или отец перед смертью вляпался во что-то, а отдуваться придётся мне?

Привела гостей в трапезную, радуясь, что постояльцы съехали, а дети в приюте. Работники остались там же. "Медвежий угол" уже сидел на чемоданах.

— Итак, — я обвела взглядом незваных гостей. — О каком долге говорит уважаемый лин?

Побитые мужчины уже вдвоём промычали что-то невразумительное, а один всё пытался стереть кровь со щеки. Их силой заставили сесть. Я почти начала переживать, что придётся просить кого-то из работников заново мыть трапезный зал. Сейчас всё мне здесь кровью заляпают.

— Тогда я расскажу, с вашего позволения, — кудрявый Сокол вздохнул, опёрся на столешницу и начал: — Выловили мы двух наших рыбок аккурат на границе вашей земли. Они так бесстрашно лезли напролом, что я решил — торговцы. Сейчас начнут трясти товаром и зазывать на ярмарку. “Налетай, не скупись, раскупай живопись”. Но не тут-то было. Вместо шедевров искусства, они притащили обычные бумажки.

— Брат ваш умер, лина Хельда, — сказал соратник Сокола. — Примите наши искренние соболезнования. Его карточные долги и пришли требовать эти ребята.

— Виктор? — я прикусила губу. Нет, лить слезы по сводному брату я не собиралась. Но новость о его смерти выбила из колеи. Только недавно получала от него гневные послания о том, какая я бессердечная стерва. Договорились о мировом соглашении. А тут — умер. — Как это случилось? И какое отношение я имею к его долгам?

— Как наследница, — пояснил “обычный” убийца, а потом слово снова взял Сокол.

— Мы сами сначала ничего не поняли. Долго выжимали из ребят правду. Попортили им лица слегка, вы уж простите. Узнать их теперь сложно, да и говорят они неохотно. Зубов не хватает, прокушенные языки болят. Зачем упирались? Допускаю, что образования мало, толком сформулировать не могли. Но оскорбление невесты уважаемого лина Делири — это было лишнее. Итак, в чём суть. Виктор Винсер в последние дни своей жизни решил ни в чём себе не отказывать. Мотался по кабакам, играл в кости, карты и другие азартные игры. Обещал продажным женщинам много золота за их ласки, но вероломно обманул. А потом в одну безлунную ночь напился и упал с моста.

— Утонул, — спутник Сокола уже привычно подводил итог его красочной речи. — Три дня проболтался в реке, уплыл из столицы, а потом его фермер багром вытащил. Река в том месте поворачивала, вашего брата к лодочному причалу и прибило.

— Но причём тут долги, спросите вы и будете правы, — Сокол заправил светлый локон за ухо. — Мы читали бумаги, продолжали спрашивать ребят, и картинка сложилась. Виктор умер, не составив завещание. А ближайший наследник — вы. Та самая лина Беринская, чью свадьбу с главой Клана Смерти благословил сам король. “О, какой будет куш”, — подумали наши ребята и побежали со своими долговыми расписками в суд. Знали, паршивцы, что имущество их должник давным давно продал и пропил. “Но есть же богатая сестра! С неё можно стребовать”. Самое обидное ,что суд решил так же. И вроде правда на их стороне, но думать же надо хоть чуть-чуть. Куда полезли? Ой, я не знаю.