Эра Огня 5. Мятежное пламя (СИ) - Криптонов Василий - Страница 70

— Что? — Мы с Натсэ одновременно повернулись к ней.

— Покончил с собой в камере, — пояснила Денсаоли. — Разбил голову об стену. Я знаю об этом от госпожи Акади. Попросила сообщать мне через ваше заклинание обо всех важных происшествиях. Пытаюсь принимать решения.

В голосе её звучала гордость. Наверное, она по-детски ждала похвалы. Но я только и смог, что сказать:

— Авелла, накинь невидимость Натсэ.

И пошёл прочь.

— Куда ты, Мортегар? Что случилось? — всполошилась Авелла.

— Ничего, — услышал я голос Натсэ. — Ему просто нужно побыть одному. Он...

Дослушать, что наврёт Натсэ, я не успел — ноги унесли меня прочь. Я бежал по поросшему высокой травой склону холма до тех пор, пока все они не скрылись из виду, и только тогда остановился. Сел в траву, закрыл лицо руками и шумно дышал, борясь с тошнотой.

Тошнило не от воспоминаний о кровавом зрелище. Тошнило от себя. От того, как я стоял и спокойно смотрел, пока всё не закончилось. И от того, что какая-то крохотная часть меня получала от этого удовольствие.

— Хрень какая-то, — прошептал я.

Никогда раньше таких приступов не было. Всегда и всё я переживал сам, внутри. Может, сейчас «внутри» уже заполнилось?.. Вот и просится наружу, причём так, что не сдержать.

Победив сначала желудок, а потом и дыхание, я поднял голову, и начались проблемы с сердцем. Оно остановилось. Ненадолго, конечно, тут же припустило во весь опор от увиденного.

Город как будто таял по мере приближения к Святилищу. Подножие холма не несло на себе ни малейшего отпечатка присутствия человека. Траву, например никто никогда не косил, она росла высоко, стебли были толстыми. А я был невидимым и сидел на этой самой траве, смяв приличный её участок. А со стороны города ко мне приближался страж и, озадаченно хмурясь, смотрел, как на пустое место.

«Вот поэтому, — чуть вслух не сказал я, — мы и не пользовались Невидимостью в городе. То, что на виду, легко спрятать от целого мира. А попробуй спрячь то, чего не видно».

Глава 32

Все наши остались по другую сторону холма, меня они не видели, стража — тоже. Рассчитывать на чью-либо помощь я не мог. Да и какая она должна быть, эта помощь? В драке со стражем я точно дам сто очков вперёд остальным. Прикол в том, что драться — нельзя. Может быть, сейчас у стражей и есть очень сильные подозрения, но если они убедятся, что в Тентере рыщут маги, а особенно я, то Пламя появится тут же, и ни о какой секретной операции уже и думать нельзя будет. Мы лишимся входа в подземелье, где хранится Сердце. И пусть Мелаирим тоже им не завладеет, но нам-то с того не легче.

Страж приближался. Вот он поднял руку, и у него на ладони вспыхнул огонь. Я стиснул зубы. Бежать — нельзя, по траве он сразу поймёт, что здесь кто-то есть. Сквозь землю провалиться тоже нельзя, это равносильно чистосердечному признанию. Взлететь?.. По ходу, единственный вариант и есть. Всё равно, конечно, засвечусь, но не так, как если побегу.

Страж остановился шагах в десяти и тут же, ни слова ни говоря, размахнулся. Огненный шар, с мягким гудением пожирая воздух, полетел прямо в меня. Я, затаив дыхание, подпустил его поближе и в последний момент быстро взлетел.

Огонь ударил в примятую траву. Она вспыхнула, и, должно быть, страж не успел заметить, распрямилась ли она.

Однако вздохнуть с облегчением я не успел. Страж, похоже, рассуждал примерно таким же образом, что и я. Ещё до того, как ударил в землю первый шар, он бросил второй — выше. Таким образом, чтобы сбить меня в воздухе.

Хвала всем безумным приключениям, что выпали на мою долю! Благодаря ним у меня появилась отменная реакция. Я вовремя остановил взлёт, отклонился назад, вытянулся параллельно склону, и второй шар пролетел надо мной. Запрокинув голову, я увидел, как он стремительно достиг Святилища и разбился о каменные стены. Это наши точно заметят. И побегут сюда...

Стоп! Чего я туплю-то?

МОРТЕГАР: Никому не двигаться! Я разберусь, вы только всё испортите.

Отправив сообщение, я отрубил себе входящие, чтобы не отвлекаться. Потому что от меня требовалась полная концентрация. Страж, чувствуя свою правоту по жизни, атаковал пустоту перед собой целой россыпью огней. Я только успевал между ними лавировать.

Бил страж грамотно, усердно. Одной рукой он швырял огни в трёх метрах над землёй, не давая мне прорваться к спасительной выси. Другой рукой бомбардировал всё пространство ниже, так, что мне приходилось извиваться немыслимым образом, чтобы не столкнуться ни с одним огоньком. Больше он не тратил время на замахи, огни просто срывались с его ладоней.

Огни попадали в землю, загоралась трава, припекая снизу. Я бы вспотел, но чудное свойство магов Огня меня так и не покинуло. Однако жар становился всё сильнее, я уже с трудом соображал, что и почему происходит, всё, на что меня хватало, это — лавировать меж десятками огней.

Страж не пускал меня ни влево, ни вправо. На него лететь я закономерно не мог. Назад — тоже никак. А тут он ещё и принялся снижать высоту, с которой начал меня отсекать. Пространства для маневров оставалось всё меньше.

В очередной раз изогнувшись, я увидел, как огни, один за другим, врезаются в стену Святилища наверху. Она уже почернела, обуглилась. И вдруг Святилище как будто «выстрелило» в ответ.

Купол Святилища сверху был прорезан несколькими щелями, как и в Сезане, в том Святилище, где я впервые появился в этом мире. Щели были нужны для доступа воздуха и света, чтобы днём не жечь факелы, не расстраивать Стихию Земли чуждыми проявлениями. И вот одна из этих щелей «плюнула» огнём в мою сторону.

Да чтоб тебя! Ещё с двух сторон бомбардировок не хватало. Ни к селу ни к городу вспомнился анекдот про мужика, которому надо было сколько-то там продержаться на ринге против чемпиона мира по боксу. А конкретно — его финальная фраза: «Всё, больше не могу, сейчас я его начну ***».

Вот и у меня ситуация была такая же. Огонь, попав в меня, ничего особенного мне не сделает. Ну, может, ресурса отожрёт немного. Но он меня демаскирует. И тогда у меня уже выбора не останется — я пойду на этого стража и начну его ***. Постараюсь закончить побыстрее. А потом мы схватим Кевиотеса, рванём, наплевав на всё, в Святилище, раскидаем этих самых стихиалей как-нибудь, откроем проход, захватим Сердце... И да поможет нам Бог Обнаглевших Неудачников прорваться обратно, к острову.

Но, кажется, Бог Обнаглевших Неудачников решил вмешаться заблаговременно.

Огонь, летящий от Святилища, вытянулся в длину, просвистел высоко надо мной и грянул оземь перед стражем. Бомбардировка прекратилась. Я тут же этим воспользовался, взлетел метров на пятнадцать и обескураженно завис, глядя вниз.

Перед стражем стоял конь. Огненный конь. Совсем как настоящий, но весь из огня. И, кажется, он был чем-то жутко недоволен. Брызжа искрами, как бенгальская свеча, он поднялся на дыбы, замахал на стража огненными копытами. Тот отступил, внимательно глядя на стихиаля.

Интересно, они просто в гляделки играют, или ведут какой-то телепатический диалог?

Кажется, общение всё-таки происходило, потому что страж, занервничав, вновь размахнулся и попытался куда-то запустить своим огненным снарядом. Конь в ответ опять поднялся на дыбы и копытом ударил по огню стража. Видимо, он его поглотил, а потом, другим копытом, ударил стража в лицо. И тот, рухнув, скатился вниз по склону.

Тут же вскочил, бросился на коня с кулаками. Кулаки загорелись, для усиления атаки. Я, затаив дыхание, наблюдал. Интересная ситуация вышла. По ходу пьесы, конь рассердился, что страж бомбардировал Святилище. А страж психовал, что конь помешал ему искать сэра Мортегара. Вот будет круто, если они все друг друга аннигилируют. Поделятся на ноль всем скопом, и мы спокойно заберём Сердце.

От города к стражу уже бежали на помощь другие. Я заметил троих, через десяток секунд будут здесь. А от Святилища вниз летели ещё два стихиаля. Они огненными клубками прокатились по холму и поглотиливесь огонь, жрущий траву. Потом, подлетев к коню, встали по обе стороны от него и тоже обрели форму.