Серебряные фонтаны - Хьюздон Биверли - Страница 132

— У меня и в мыслях не было супружеской измены.

— Да, мы с Мод так и подумали. Внебрачные связи — обычное явление, особенно, если девушка такая хорошенькая, как вы. Я знаю, что говорю, в молодые годы, я тоже была милашкой. Но, скажу, потом я повела себя достойно, ведь супружеская измена — это нарушение заповеди. Заповеди нарушать нельзя.

— Он думает, что я это сделала.

— Ну, что еще от него ожидать? Мужчины в этом деле — дураки, все до единого, — бабушка Витерс презрительно фыркнула. — Что за причуда заставила его сказать, что вы должны обходиться без этого! С ним все в порядке, он годами обходился без женщины, он привык! Но вы-то, в ваши годы, наверняка хотите развлечься. Кроме того, для вашего здоровья вредно обходиться без этого. А он ваш муж, его долг — обеспечивать это, — она оглядела мою спальню. — Знаете, моя леди, мне всегда казалось, что господа засовывают член себе в задницу, в таких-то огромных домах, где так легко держаться подальше от жены. Таких проблем нет, если делишь с мужем постель, как повелел Бог, — она пожала плечами. — А что касается его светлости — он, как и его папаша, из тех, кто готов отрезать себе нос назло своему лицу. Я знаю, почему он это сделал — он готов ущемить себя, лишь бы заставить страдать вас.

Бабушка Витерс была права, все было безнадежно. Я тихо заплакала.

— Не надо, не надо, моя леди, — прикрикнула она на меня. — Слезы не помогут — где ваш характер?

— Но вы сказали, что с этим ничего не поделаешь.

— Я не говорила ничего подобного. Конечно, с этим можно справиться — такая возможность есть всегда. Первым делом нужно перестать грызть себя. Может быть, вернувшись, он в первую же ночь придет к вам и устроит такое приветствие, что к утру вы будете мечтать, чтобы он поскорее ушел и дал вам отдохнуть.

— Он не придет, — горестно покачала я головой.

— Да, подозреваю, что не придет — я его знаю. Тогда, если он все еще будет дуться, вам нужно сделать первый шаг.

— Но я уже пыталась — когда Лео оставил меня, я пошла к нему в спальню, но он выгнал меня.

— Вам, нужно было вести себя похитрее, моя леди. И больше не переживайте об этом. Я сейчас схожу к Мод, а вместе мы что-нибудь придумаем. Подождите и увидите — мы все уладим. Клара вот-вот принесет вам чай, так что вытрите глаза и постарайтесь улыбнуться.

Мне удалось улыбнуться, потому, что она наконец подала мне надежду.

На следующий день мне стало лучше, и доктор Маттеус разрешил мне вставать, а еще через неделю я выздоровела полностью.

В прекрасный весенний день начала апреля я прочитала добавочную строчку в еженедельном письме от Лео. «Будь добра известить Селби, что я вернусь домой через две недели». Он возвращается домой, Лео возвращается домой! Несмотря ни на что, мое сердце затрепетало от восторга.

В этот день после обеда я пошла к разрушенному дому. Стоя, там во дворике, я смотрела на мраморную статую французской графини и, казалось, слышала ее голос, как много лет назад в Борреле. Но теперь ее нежный, печальный голос умолял меня: «Пожалуйста, дайте ему любовь, которой не могла дать я, потому что Леонид так нуждается в любви».

Взглянув в ее прелестное мраморное лицо, я сказала: «Я попробую еще раз, обещаю». И на мгновение мне показалось, что губы статуи изогнулись в легкой улыбке.

Глава пятьдесят шестая

Я еще поборюсь за любовь Лео.

Но я не знала, как это сделать, потому что Лео, не любил меня. Я увидела это по его лицу, когда он вошел в дверь. Он даже не взглянул на меня.

— Добро пожаловать домой, мой лорд, — выступил вперед мистер Уоллис.

— Рад тебя видеть, Уоллис. И тебя, Тимс, — Лео пожал им обоим руки.

— Ее светлость ждет здесь уже полчаса, мой лорд, — попытался мне помочь мистер Уоллис.

Только тогда Лео повернулся ко мне и сказал:

— Добрый день, Эми, — но его глаза смотрели за мое плечо.

Затем вдруг раздался взрыв криков: «Папа! Папа!» Флора споткнулась на последней ступеньке, Лео шагнул вперед и вовремя поймал ее.

— Флора, моя Флора!

Элен, порозовевшая от смущения, держала за руку Розу.

— Я не смогла остановить ее, моя леди.

— Все нормально, Элен. Папа успел ее поймать прежде, чем она упала.

Казалось, в холле собрались все: Клара, Берта, Лили, Джоан, мистер Селби и Дора с Джеки на руках. Я даже увидела выглядывающую из-за спин миссис Картер — ее руки теребили передник, а Джесси кричал ей на ухо: «Он вернулся, его светлость вернулся!» Сэл и Маб подпрыгивали рядом, пытаясь заглянуть через его плечо. Лео поговорил со всеми и всем пожал руки — но не прикоснулся ко мне.

Так все и потянулось — между нами словно возникла невидимая стена. Лео был вежлив со мной, всегда вежлив, особенно в присутствии слуг и детей, хотя я подозревала, что Флора догадывается. Ей было только шесть, но она была очень сообразительной для своего возраста. Иногда она говорила: «Мама тоже любит Овсянку, папа», — и протягивала руку ко мне, но Лео отводил ее руку: «Твоя мама занята», — и этим все кончалось. По крайней мере, он брал с собой Джеки. В первое время я подавала ему Джеки с опаской — вдруг малыш раскричится, но тот не плакал. Джеки привык к мужчинам — мистер Уоллис и Джим очень хорошо относились к нему, поэтому он глядел на Лео круглыми серыми глазками и улыбался. А его отец улыбался ему в ответ, и моя голова кружилась от облегчения. Но Лео никогда не улыбался мне.

Перед слугами я старалась вести себя как обычно, но не одурачила мистера Уоллиса. Элен могла бы догадаться тоже, если бы все ее внимание не было поглощено Альби.

Тот планировал пойти в колледж и подготовиться на учителя, используя специальную стипендию для бывших офицеров. Он сказал мне, что Лео предложил ему любые деньги, какие понадобятся:

— Очень достойно с его стороны, Эми, но, думаю, этого не потребуется. Я предпочитаю пробиться в жизни сам. Наша помолвка затянется, но Элен все понимает.

Альби остановился в семье Элен. Миссис Ватсон настояла на этом, чтобы они с Элен узнали друг друга поближе. Поэтому Элен, хоть и была, как всегда, внимательна с детьми, в свободное время не сводила глаз с Альби.

Клара, конечно, все знала. Я много времени проводила с ней, потому что теперь Лео разъезжал по имению и ходил в кабинет к мистеру Селби. В конце концов, это была его обязанность. Большинство мужчин, уже вернулось, кроме того, у нас были немецкие пленные, поэтому рабочей силы хватало с избытком. Дела стали приходить в норму. Я встретила в селе Джудит Хокинс в цветастом переднике и дамских ботинках, выглядевших на ней почти изящно. Мы остановились перекинуться словом:

— Кажется, теперь, когда Джем вернулся, я снова взялась за домашние дела, моя леди, — сказала она.

— Это хорошие новости, миссис Хокинс.

— Мой младший, скоро закончит школу, — взглянула она на меня. — Я думаю, в мои годы... — Джудит наклонилась к моему уху. — По правде говоря, я скучаю по этим большим машинам, хотя это тяжелая работа. Теперь мужчины вернулись, они не подпустят нас, женщин, ни к чему, кроме бельевого катка.

Она поставила корзину на бедро.

— Я слышала, вы тоже отошли от дел имения. Позор — вы так же хорошо справлялись, как и я, — Джудит вздохнула. — Не все в ней было плохо, в этой войне.

Я пошла к галантерейщику, купить иголок, подумав, что хорошо было бы опять заняться шитьем. Мой вздох вторил вздоху Джудит. Возвращаясь, я заметила в окне коттеджа Мод Винтерслоу, которая поманила меня из-за занавески. Я тут же отодвинула щеколду и вошла, она встретила меня на крыльце.

— Заходите ко мне в рабочую комнату и садитесь, а я пойду, поищу Марту.

Они явно до чего-то договорились за это время. Я прошла в переднюю комнату, которую Мод использовала как рабочую, утверждая, что здесь светлее. Так и было, но Марта не уставала повторять, что и видно отсюда больше. Из окна верхнего этажа домика Мод была видна вся улица поселка, до самой зеленой лужайки в конце, где собрались сельские жители, чтобы провести свободное время. Мало что могло случиться в Истоне и пройти мимо Мод.