Пособие по выживанию в сказке (СИ) - Шеина Александра - Страница 60

— Спи, — пробормотал он, — еще рано.

Я хлюпнула заложенным носом и попыталась снять с себя тяжелую руку. Не хватало еще заразить Хранителя.

— Руслана, ты чего? — Максим недовольно приоткрыл один глаз и посмотрел на меня, — Чего возишься?

Солнце еще не встало, но утренняя зорька уже окутывала округу серым светом. Запели первые птахи, а туман опустился так низко, что неприятно лип на лицо и волосы. Яги и Кощея, что спали по другую сторону костра, из-за мелких капель не было видно.

— Отодвинься, — прохрипела я. Тело колотило, и смертельно хотелось прижаться к Максиму, чтобы согреться, вместо того чтобы пытаться оттолкнуть его от себя.

Максим положил ладонь мне на лоб. Вторую руку прислонил к своей голове, чтобы сравнить температуру.

— Приехали, — нахмурился он, на всякий случай прикасаясь к горящей коже на моем лбу еще и губами, — вот же не было печали, Руслана.

— Я не специально, — виновато просипела я, хлюпая носом, — просто в темнице было холодно. И сквозняки.

Хранитель тяжело вздохнул:

— Еще бы ты специально.

Он помотал головой и сел, устало взъерошивая волосы.

— Ты куда? — всполошилась я, — спи! Тебе отдыхать нужно!

— А ты за это время коньки здесь отбросишь? — поинтересовался он, поднимаясь на ноги, — Лежи. Разбужу Ягу попрошу сварить тебе отвар.

— Максим, не надо! — шепотом возмутилась я, хватая парня за руку в попытке остановить, — Пусть они поспят! Утром попросим!

Было ужасно стыдно. Я и без того принесла им столько проблем и столько планов спутала, а тут еще эта простуда, как всегда вовремя.

— Руслана, ты очень горячая, — хмуро просветил меня Хранитель, — если ты сейчас же не выпьешь лекарство, то к утру мы тебя будем откачивать. И не факт, что получится.

Я вздохнул и с неохотой выпустила из пальцев ладонь Максима. Было ужасно, просто ужасно стыдно. Я, и правда, не специально влипала во все эти неприятности. Будь проклят тот день, когда я решила отправиться следом за Хранителем в этот поход. Хоть бы что-нибудь полезное для них сделала, вместо того чтобы мешать. Все, что со мной происходило последнее время, напоминало сюжет книги, вот только нормальная героиня, в отличие от меня, помогла бы Лесу, оказалась бы истинной Хранительницей, противостояла Ивану и всех бы спасла! А я что? Правильно Васька говорил, я — балласт. В далекой от романтичного сюжета реальности я оказалась самым настоящим балластом, который одним своим присутствием давал «карт-бланш» Ивану на разрушение мира, а друзьям только добавлял проблем на каждом шагу.

— Руслана, — сонная Яга, направлялась ко мне, поправляя на носу очки. На щеке заспанной девушки осталась вмятина от веточки, которая случайно попала ей под одеяло. Видимо, девушка сильно устала и спала настолько крепко, что даже не почувствовала, — Что случилось?

Она подошла ко мне и потрогала лоб.

— Горло, немного болит, — прохрипела я.

— Немного? — усомнилась Яга, — Руслана, у тебя сильный жар. Что-то еще болит?

— Голова, — нехотя призналась я, — и тело.

Девушка понимающе кивнула. Еще раз проверила мой лоб и взъерошила пушистые рыжие волосы. Я хотела было подняться, но Яга положила руку мне на плечо и вернула обратно на одеяло.

— Не вставай, — одобряюще улыбнулась она, — я сейчас отвар сварю, станет полегче. Даже идти сможешь. Правда, потом придется отлежаться.

— Спасибо, — просипела я, виновато опуская глаза и сказала то же, что и Максиму: — Извини, я не специально.

Девушка весело хмыкнула и потрепала меня по голове:

— Не переживай. Ты отлично держишься!

Я в ее словах сильно сомневалась, но спорить не стала. Яга поднялась на ноги и направилась к своей дорожной сумке. Ее содержимое она высыпала прямо на траву и начала рыться в порошках и травках. Максим к тому времени натаскал к костру немного веток и пытался посильнее разжечь огонь. Котелок с набранной в ней свежей водой тоже стоял рядом. И когда только успел к озеру сбегать?

Пока Яга возилась с целебным отваром, а Максим готовил завтрак, я снова задремала. В полусне почувствовала, как сверху на меня легло еще одно одеяло и стало потеплее. Потом к боку прислонилось что-то горячее.

— Глупая твоя голова, — бурчал Колобок, стараясь прижаться ко мне сильнее своим теплым бочком.

Я благодарно обняла выпечку.

— Спасибо, — пробормотала едва слышно.

Колобок ничего не ответил и, кажется, снова заснул.

Когда я проснулась в следующий раз, солнце уже поднялось из-за верхушек деревьев. На мне лежало уже целых четыре одеяла, которые я натянула по глаза. На лоб примостилась влажная тряпка, от которой исходил терпкий травяной запах. Колобок по-прежнему сопел рядом. Кощей и Максим возились у костра, а Яга сидела в стороне и сосредоточенно мешала что-то в котелке.

Горло по-прежнему саднило, но на этот раз я согрелась и чувствовала себя уже лучше. Кажется, даже температура спала. Видимо, примочка на голове сделала свое дело.

— Проснулась? — Максим сел рядом, убрал с моего лба тряпку и положил руку. — Горячая.

Нахмурился и тяжело вздохнул.

— Я чувствую себя лучше! — тут же прохрипела я. Даже не знаю, кого пыталась убедить больше: себя или его.

Хранитель скептически на меня посмотрел и недоверчиво покачал головой.

— Вставай, — ободряюще улыбнулся он, — нужно поесть, прежде чем выпить отвар. Может, тебе принести?

— Нет, — тут же запротестовала я, — я туда пойду.

Колобок под боком завозился и приоткрыл сонные песочные глаза. Осмотрелся, сонно зевнул и выскочил из вороха тяжелых тканей. Я тоже поднялась, чувствуя, что плечи все еще ужасно ноют. Максим набросил мне на спину одеяло и велел не снимать, пока не поем и не согреюсь.

— Доброе утро! — заметил нас Кощей, — Руслана, как чувствуешь себя?

— Хорошо, — просипела я, вяло улыбнувшись.

— Сейчас выпьешь отвар и будет вообще отлично, — Яга тоже подняла на нас голову и кивком указала на булькающий котелок перед ней. — Но сначала поешь.

Горячая каша лезла в меня с трудом. Кушать совсем не хотелось, и больной организм отторгал от себя еду, из-за чего я практически давилась. Максим наблюдал за мной со скептицизмом, пока, наконец, не отобрал из рук посудину с завтраком.

— Не мучайся, — покачал головой он и протянул кружку, в которую Яга налила целебный отвар.

Вязкий напиток по внешнему виду напоминал болотную жижу и имел подозрительный горько-гнилостный запах.

— Из чего он? — сглотнула, поднимая полные ужаса глаза на Ягу.

— Тебе лучше не знать, — покачала головой девушка, скрывая улыбку. — Но помогает отлично. Правда, не сразу.

Я еще раз сглотнула и одной рукой зажала нос, решая выпить лекарство в несколько быстрых глотков, чтобы не успеть почувствовать вкус. Не удалось. Вязкая жижа быстро проглатываться не желала и стекла в горло, словно мед, обволакивая весь рот и глотку. Она жглась и была ужасно горькая, поэтому уже после двух глотков я отчаянно закашлялась. Правда, на это раз кашлять было не так больно. Отвар практически мгновенно смягчил боль и жжение в горле, но после себя оставил отвратительное послевкусие. Бросив взгляд обратно в кружку я едва сдержала стон, понимая, что отвара там почти не убавилось.

— Надо, Руслана, — покачал головой Максим, — нам уже идти нужно. Нельзя терять времени.

Я печально кивнула и снова зажала нос, возвращаясь к гастрономической пытке.

Лучше я почувствовала себя и правда почти сразу. Удивительно, но горькое послевкусие спустя несколько минут сменилось на приятное и слегка прохладное. Он обезболил саднящее горло получше, чем всякие аптекарские лечебные леденцы. У меня даже аппетит проснулся, и я доела свою порцию каши и выпила целую кружку травяного чая. От всей души поблагодарила Ягу и принялась помогать друзьям собираться.

Далеко уйти нам не удалось. Мы только собрались и двинулись сквозь заросли, окружающие поляну, как Максим остановился, будто вкопанный и нахмурился.

— Вот же черт! — мрачно выругался он.