Пособие по выживанию в сказке (СИ) - Шеина Александра - Страница 22

— Я, кстати, тоже об этом подумал. — согласно кивнул Максим, все еще не сводя с меня смешливого взгляда. — Я поищу здесь рынок или базар и что-нибудь прикуплю. Руслана, у тебя какой размер?

— Сорок четвертый, — буркнула, не поднимая головы.

— А ноги?

— Кроссовки снять не заставите! — тут же встрепенулась. Менять удобную и привычную обувь на что-то другое я не согласилась бы не под каким предлогом.

Хранитель пожал плечами и кивнул, прекращая, наконец, наблюдать за мной и возвращаясь к более интересному делу в виде своей порции обеда.

***

Мы с Ягой уже полчаса передвигались по заросшему лесу, не видя извилистой тропинки под ногами. Гигантские кроны неизвестных мне деревьев задумчиво шумели над головами и величественно покачивались на ветру, а все пространство вокруг заполнил папоротник, чьи ветки доставали мне почти до шеи. Пробираться через эти заросли было трудно, и мы, держась друг за друга, старались не споткнуться о торчащие из земли корявые корни. Лес густел, пропуская все меньше солнечного света в свои недра. Место и без того было жутковатым, а пару минут назад я еще и начала чувствовать на себе чей-то неприятный взгляд, заставляющий колючие мурашки бежать вдоль позвоночника.

— Не бойся, — шепнула мне на ухо рыжая, поправляя очки. — Это — мавки. Они чувствуют страх и питаются им. Поэтому постарайся успокоиться.

Я сглотнула, крепче вцепляясь в пальцы Яги и уговаривая себя не смотреть по сторонам. Однако проигнорировать волшебных обитательниц Леса все-таки не удалось. Сначала я увидела только одну. Невероятно красивая и очень высокая девушка босиком стояла на большом каменном валуне чуть правее нашего пути. Ее голова, украшенная огромным венком из все того же папоротника и ярко-желтых незнакомых мне цветов, была наклонена под неестественным углом, а до ужаса пронзительные серебряные глаза словно смотрели в самую глубину души. Кудрявые иссиня-черные волосы шелковой волной спускались по спине и плечам, переливаясь от каждого мимолетного движения. Одета мавка была в ослепительно белое кружевное платье с длинными рукавами, достающее ей примерно до середины щиколотки.

Я честно уговаривала себя не смотреть опасной красавице в глаза, но взгляд словно приковывали жуткие, чуть светящиеся серебряные радужки без зрачка. Я судорожно сглотнула и мгновенно утонула в них. Тут же внутри где-то внутри колючим клубочком свернулся животный ужас, а к горлу подступила горькая тошнота. Девушка, окончательно захватив меня в плен своего взгляда, прищурилась, плавно распрямила длинную шею и растянула бледные губы в кривой усмешке. Она что-то беззвучно зашептала, а я почувствовала все нарастающий упадок сил, словно мавка по глоточкам выпивала из меня энергию. Ее бледно-молочная кожа засеребрилась еще сильнее, разгоняя вокруг себя мрачную темноту уже совсем сгустившегося леса.

— С ума сошла? Не смотри! — дернула меня за ладонь Яга, когда я, больше не в силах сопротивляться, словно вкопанная застыла на месте. — Она же из тебя сейчас все соки выпьет! Нельзя им в глаза смотреть!

Послушно кивнула и, мелко задрожав, поспешно отвернулась от сказочной девушки, тут же замечая еще одну в дали, но старательно игнорируя и ее. Мавки начинали появляться все чаще, одна за другой. Они неотрывно следили за нами и не отводили пристального взгляда ни на секунду. Это пугало. Пугало до дрожи в коленках и желания свернуться клубочком где-нибудь под ближайшим кустом, лишь бы не чувствовать на себе этого колючего и смертельно опасного внимания сотен пронзительных глаз.

— Долго еще? — прошептала, закусывая губу и стараясь сдерживать царапающийся изнутри страх.

— Почти пришли. — обнадежила Яга.

И не обманула, через пару минут мы выбрались, наконец, из заросшей чащи, оставляя жутких красавиц позади и оказываясь на берегу огромного лесного озера.

— Ф-ф-фух, — облегченно выдохнула, прищуриваясь на непривычное яркое солнце, которое уже не загораживали незнакомые деревья. — Ну и ужас!

— А что ты думала? — фыркнула рыжая девушка. — Сказочный Лес полон всякой нечисти. Эти девицы столько людей погубили, не сосчитать. Глазищами своими завораживают, в лес за собой уводят и всю силу до последней капли выпивают.

Мышцы от воспоминаний снова свело, и я попыталась сделать пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

— А где русалки? — спросила спустя пару секунд, внимательно оглядываясь и не замечая ни одну представительницу полурыбьего-получеловечьего мира.

Яга глубоко вздохнула и села прямо на землю в паре шагов от воды, поджимая под себя ноги. Я удивленно проследила за ее действиями и опустилась рядом.

— Подождем. — ответила на мой вопрос спутница. — Они создания крайне вредные, уже знают, что мы здесь, но сразу ни за что не выйдут.

Озеро было спокойным. Гладкая водная гладь едва заметно колыхалась, задевая прибитые к берегу кувшинки розового и белого цветов. Несмотря на палящее солнце, прямо над поверхностью клубился не очень густой туман, из-за которого не было видно противоположного берега. Вода удивляла своей чистотой, открывающей взгляду песчаное дно, которое казалось обманчиво близким. На самом же деле глубина составляла метра два не меньше, и это только у берега, боюсь представить, что там, в середине. Мы сидели уже минут десять, молча слушая легкие плески воды и жутковатый шум леса за спиной, когда русалки все-таки явились нашему взору.

Сначала где-то далеко в тумане раздался тяжелый всплеск, словно крупная рыба хлестнула хвостом по водной глади. Постепенно количество подобных звуков стало увеличиваться, пока метрах в трех от берега не появились несколько человеческих голов, они высунулись лишь наполовину и сверкали горящими глазами. Я мгновенно вскочила на ноги, стараясь получше рассмотреть медленно приближающихся к нам русалок и чувствуя, как от волнения бешено колотится сердце. Одна из них, плывущая в самом начале, снова нырнула под воду, хлестнув по воде огромным чешуйчатым хвостом, что ярко блестел на гаснувших солнечных лучах.

Русалка оказалась в паре сантиметров от нас спустя долю секунды, заставляя меня испуганно вздрогнуть от неожиданности. Она неожиданно ловко выпрыгнула из воды, хватаясь непропорционально длинными руками за широкую ветку нависшего над озерной гладью дерева, и забираясь на нее. Я во все глаза уставилась на героиню сотен мифов и легенд, пытаясь как можно лучше рассмотреть ее и запомнить.

Девушка была по пояс голой, а от талии по канону начинался тот самый хвост зеленовато-болотного цвета, покрытый сверкающими, словно куча драгоценных камней, чешуйками. Отливающие красным волосы русалки были заплетены в небрежную широкую косу с парой распущенных прядей на висках. Из-за влажности они выглядели тусклыми и тяжелыми, а небольшая ракушка на макушке, видимо, служащая заколкой, довершала весь образ. Девушку нельзя было назвать красивой. Синюшный цвет кожи, длинные руки, сильно выступающие вены, вдавленный нос и через чур яркие зеленые глаза придавали ей устрашения, однако что-то завораживающие в ее внешности все-таки присутствовало. Я, не отрываясь наблюдала за этим чудом, жадно ловя каждое движение русалки, что начала плавно расплетать свою косу тонкими перепончатыми пальцами.

— Ариэль? — зачарованно прошептала не в силах оторваться от гипнотизирующей и завораживающей картины.

Русалка вскинула голову, а затем обиженно отозвалась, мигом разбивая всю волшебную обстановку:

— Чего обзываешься? Алёнкой меня кличут!

Она по-простецки цокнула и спрыгнула обратно в воду, окатывая нас с Ягой брызгами. Рыжая девушка рядом захохотала, наблюдая за моей реакцией, а я только хлопала глазами, понимая, что снова попала под магические чары.

— Да отомри ты. — потешалась она. — И не бойся. Алёнка тебе не мавка. Русалки исключительно по мужской части.

— А что это тогда только что было? — сипло поинтересовалась, на всякий случай потирая глаза.

— Ну, зачаровать то мы и девушек можем, — пояснила Алёнка, фыркая. — Вот только у нас и так план по населению перевыполнен в озере! Водяной батюшка сердится, запрещает еще тащить.