Расплата за предыдущую жизнь (СИ) - Косенков Евгений Николаевич - Страница 23

— Вот я дурак! Надо было хоть портянки перемотать на островке. Сентиментальный дурак! Как есть, дурак!

Очередного островка, к сожалению, в поле зрения не находилось. Приходилось терпеть. Слега неожиданно дарилась обо что-то, соскользнула и ушла в сторону. Александр ухнулся в зелёную жижу с головой. Руки выпустили слегу и почувствовали под собой металлическую опору. Он вскарабкался на неожиданную твердь, отплевался, вытащил плавающую в воде пилотку. Машинально отжал и натянул на голову. Вытянул слегу. Взгляд пробежал по кругу и… то, что он тогда принял за торчащие корни упавшего дерева, оказалось хвостом от самолёта. Высохшие водоросли на нём высохли и скрывали пятиконечную красную звезду. Шокированный открытием, Александр подумал, что и в будущем, вряд ли нашли этот самолёт. Догадка о том, что находится под ним, заставила ощупать ладонями неожиданную находку. Рядом с ним находилась кабина пилота, а он скорее всего стоял на корпусе между винтом и кабиной. Фонарь оказался закрыт, значит, лётчик остался за штурвалом до последнего. Взгляд поднялся вверх. Обломанные сучья, следы падения на деревьях, но главное, на двух берёзах в нескольких метрах, в ветвях, крепко застряло зелёное крыло со звездой, пробитое пулями в нескольких местах.

Вид висящего над болотом крыла завораживал. Александр смотрел на него, пока не понял, что старается отсрочить момент, когда придётся вскрыть полусферу.

— Фи-фу, фи-фу, фи-фу, фи-фу, фиу, фиу, фиу, фиу, фью, — пела где-то неподалёку птичка под лёгкий шум булькающего болота и кваканье лягушек.

— Фи-фу, — повторил Александр, улыбнулся, и тут же стал серьёзен до предела. Вскрывать фонарь придётся на ощупь.

Он сильно надавил на него. Держит. Вода выше стекла сантиметров на десять. Сел на фонарь и снял сапог. Портянку отжал, перемотал, обулся. Уж лучше так, чем размотавшаяся и натирающая ногу портянка. Неспешно проделал те же манипуляции со вторым сапогом.

— Ну что, друг, пора знакомиться, если, конечно, при тебе есть хоть какие-нибудь документы.

Александр попытался открыть стекло, но безуспешно. Пальцы скользнули по отверстию со сколотыми краями. Возможно, именно этой пулей был убит или серьёзно ранен лётчик. Недолго думая ударил в районе пулевого отверстия прикладом винтовки. После нескольких ударов приклад провалился внутрь. Александр просунул в кабину руку, нащупал что-то наподобие рычажка, нажал. После этого фонарь достаточно легко сдвинулся. Странное волнение охватило Александра. Он даже сделал несколько вдохов и выдохов, чтобы немного успокоиться.

Лётчик сидел на месте. На петлицах пальцы нащупали два кубаря — лейтенант. В кармане что-то завёрнутое в целлофан и перетянутое бичёвкой. Документы. На первый взгляд, вроде не промокли. Разворачивать не стал, отправил в карман гимнастёрки. Расстегнул ремень с кобурой, потянул на себя. Над водой показался кожаный узкий ремешок, зацепившийся за кобуру. Медленно вытягивая вверх, Александр охнул.

Это был планшет с лётной картой. Александр чуть не подпрыгнул от такой находки. Но, опять же, вскрывать ничего не стал. А вот пистолет из кобуры вынул, проверил обойму. Полная. Марка пистолета, наверное, ТТ. В гугл бы сейчас забить и узнать, что за пистолет в руках. Планшет на себя, ремень с кобурой и пистолетом, тоже на себя. Чтобы пошарить по кабине в поисках НЗ, а шанс есть, пришлось окунуться в болотную жижу. Вот только ничего больше в кабине не оказалось. По крайней мере, Александр, найти не смог.

— Спасибо, друг. За оружие, и, возможно, карту. Жаль, что сухпайка у тебя нет. Проголодался, знаешь ли, бегая по болотам от фрицев. Аптечку тоже не нашёл. Лишней бы не была. Извини. Мне пора. Покойся с миром вместе со своим боевым другом. Может после войны кто-нибудь тебя всё-таки отыщет и захоронит в земле. Остаётся только надеяться. Ну, мне пора, товарищ лейтенант.

Александр вытянулся и отдал честь. Сколько ещё таких вот безымянных могил образуется до конца войны. Ещё неизвестно, доживёт ли он сам до победы.

С тяжёлыми мыслями он прокладывал себе путь по чавкающему, булькающему и квакающему болоту. Чем дольше он шёл, тем тяжелее передвигались ноги. Отдохнуть негде. Скорость передвижения желала лучшего. Большей частью приходилось идти по пояс в воде, изредка по колено, иногда проваливаясь чуть ли не с головой. Глаза искали хотя бы маленький островок, а день стремительно мчался к закату.

Неожиданно, впереди, раздался взрыв, не сильный, но лес и болото его услышали и донесли до слуха Александра.

— У меня для вас две новости, — забормотал сам с собой «попаданец». — Одна хорошая, вот вторая не очень. Начну с хорошей. Суша недалеко. А вторая — там враги.

Винтовка повисла на груди, болтаясь на шее. Две пули есть, если что. Пистолет неизвестно, будет вообще стрелять или нет. Возможности почистить и проверить состояние не представилось.

Александр потный, грязный, злой, уставший брёл по нескончаемому болоту. Винтовка мешала удобству работы со слегой. Ноги еле передвигались, путаясь в тине и закапываясь в ил. И всё время сапоги пытаются соскочить с ног.

Странно, что звук от взрыва был, как вроде недалеко, а суши до сих пор не видно. Александр ругнулся. Надо было проверить лётчика на наличие часов. Ну, не возвращаться же теперь?

Солнце стояло достаточно высоко, когда ему удалось добраться до твёрдой земли. Ноги подкосились, сознание на некоторое время отключилось. Приход в себя ознаменовался криком. Причём голос Александру показался знакомым.

Винтовка в руках, осторожный осмотр из-за кустов.

Возле берёзы стояли двое с белыми повязками на рукавах. Точнее один стоял на ногах, приставив к спине стоящего на коленях, винтовку.

Кричал тот, кто стоял на коленях.

— Я жить хочу!

В это время раздался нестройный хохот нескольких человек, которых из-за деревьев видно не было. Александр вспомнил о последней гранате, оставшейся после боя на месте лагеря. Её на месте не оказалось. Видно, утонула, выскочила из-за ремня, когда нырял в самолёт. Жалко. Карманная артиллерия серьёзный аргумент.

Александр прислушался к разговору, но до слуха долетали лишь отдельные звуки. Стоявший на коленях полицай встал, на мгновение обернулся в сторону болота.

— Коля, — прошептал Александр, — Так вот ты где.

Приклад винтовки удобно упёрся в плечо, мушка выловила плачущего Колю. Палец начал давить на спусковой крючок. Просто хотелось убить того, кто с такой лёгкостью оказался по другую сторону «баррикад». Стрелять не стал. Успеется. Земля, она ведь круглая, пути-дорожки имеют свойство пересекаться.

Полицаи пообщались между собой ещё какое-то время и направились в сторону. Коля вытер лицо ладонью и пошёл следом. Что-то Александр упустил при рассмотрении сцены двух полицаев.

Почему один хотел убить другого? Почему Коля стоял на коленях и спиной к своему противнику? Что-то не поделили? Ах, вот, что не давало покоя! Коля был в крови! Вся одежда заляпана кровью. Очередной вопрос. Где он сумел так вывозиться?

Чтобы продолжать путь, необходимо хоть немного привести себя в порядок. Из сапог вылита вода, отжаты штаны и портянки. Замёрзшие ноги пришлось усиленно растирать, чтобы они приобрели необходимую чувствительность.

Александр, превозмогая усталость, решил держать полицаев в поле зрения и узнать, что они делают в лесу? Не за его ли отрядом охотятся?

Двигаясь, как можно тише, ориентируясь на обрывки голосов и следы, оставляемые врагом, Александр осторожно следовал на отдалении.

Полной неожиданностью стал момент, когда он вышел со спины полицая, остановившегося справить нужду. Из-за перепада местности, небольшого бугорка и разросшихся кустов, «попаданец» чуть не влип. Благо заметил полицая первым. Между ними всего каких-то два шага. Александр не впал в ступор, а действовал на рефлексе, тело будто знало, что необходимо делать. Нож оказался в ладони. Одной рукой зажал сзади рот, и рукой с ножом провёл по горлу. Аккуратно положил вздрагивающее тело на траву. Сам удивился, как легко всё получилось. Хотел подобрать винтовку, но тут его вывернуло наизнанку от страшного и окровавленного вида полицая.