Алмазы и золото (СИ) - Барсуков Дима - Страница 75

— Очевидно же, монетка. Я постараюсь изо всех сил сделать так, чтобы ты осталась по своей воле, постараюсь не разочаровать тебя, оберегать и поддерживать мою Вайлет так же, как и раньше. Потому что ты дорога мне. Потому что я не хочу продолжать свой путь без тебя. Потому что мы друзья. Неважно, навязанные ко мне у тебя чувства или нет. — Он еще раз постучал пальцем по своему лбу. — Ведь в этой толстолобой черепушке все настоящее, чувств и воспоминаний здесь хватит на нас обоих.

Он помог девушке подняться. Вайлет рассеянно улыбнулась.

— А если выяснится, что я тебя не люблю? — Спросила она. — Что, если мои чувства — это просто иллюзия.

— Ты все еще сможешь остаться моим другом. А еще тогда ты перестанешь ревновать меня к Рине и одной проблемой станет меньше. — Рассмеялся Ранма.

Вайлет толкнула капитана в плечо.

— Вот уж нет. — Фыркнула она, утирая слезы. — Даже если выяснится, что я тебя на самом деле терпеть не могу, то все равно буду с тобой спать. Назло этой драной кошке.

— В этом вся ты. — Улыбнулся Ранма. — Не думаю, что это можно записать в программу. В конце-концов кто знает, может быть и программы никакой нет, а ты просто втюрилась в своего крутого капитана? — Рассмеялся он.

— Я тоже на это надеюсь. Знаешь, мне завидно. Что Рина разглядела в тебе эту особенность раньше меня. Твой альтруизм… — Вздохнула она, посмотрев на полукровку, который крепко держал ее за руку. — Я люблю тебя, мой капитан. По-настоящему. — Прошептала она едва слышно, так чтобы он не мог услышать.

Он лишь крепче сжал ручку девушки в своей ладони в ответ и продолжил путь, освещая себе дорогу светящейся змеей на предплечье. Вайлет попыталась выкрикнуть имя капитана, сказать ему что она любит его еще раз, что она уверена в том, что испытывает к капитану, что в ее сердце нет места сомнениям. Чтобы фраза эхом разнеслась по тоннелю, как доказательство ее чувств. Но девушка лишь прикрыла рот ладонью и продолжила путь.

***

Синдзи и Лея зашли на трап вслед за Ольгердом, который все так же хреново себя чувствовал после бани и последующей попойки в местном баре. Мечника они нашли спящим в обнимку с бутылкой рядом с номерами, он не дошел всего несколько метров.

— Господин Эверек себя совсем не бережет. — Тяжело вздохнула эльфийка.

— Хотя бы ходить сам может. — Пожал плечами Синдзи. — Уже что-то, учитывая, что мы его еле разбудили.

Только парочка пиратов ступила на палубу корабля, как над ними пронесся странный объект. Он рухнул в груду пустых ящиков на пирсе и с кряхтением начал пытаться подняться. То был Ольгерд фон Эверек, величайший мечник тысячи измерений.

Синдзи и Лею окружили рептилоиды, закованные в богато украшенные доспехи, вооруженные лишь браслетами и кольцами, сквозь которые струилась биотическая сила. Из их конечностей вырывались самые разнообразные клинки из синего пламени. Пираты подняли руки.

— А вы еще кто такие? — Спросил подошедший принц. — Я не припомню среди сбежавших рабов РТКшника и эльфийку.

— Их наняли в Рязани! — Послышался голос уборщика, которого так же держал в заложниках ящер, тыча ему в лицо клинок.

— Ха! — Воскликнул принц. — Значит вернем мы больше рабов, чем убежало. Что за чудесные новости. — Прошипел он. — Связать их. Подождем пока явятся остальные, а этих будем использовать как заложников.

Ящер смерил взглядом Синдзи.

— Впрочем от офицера РТК можно избавиться, нам ни к чему лишние хлопоты.

Ящеры занесли свои клинки над рулевым, Син закрылся руками в ожидании неизбежной кончины, уже успев попрощаться со своими новыми друзьями, карьерой офицера и подругой детства.

— Стратагема № 31: «Пьяный мастер». — Отрыгнул Ольгерд, раскидывая ящеров от своих друзей.

— Господин Эверек! — Радостно воскликнула Лея.

— Не переживай, милочка, я не дам вас в обиду. Вы что, правда решили, что у меня нет стратагемы как раз на случай, когда я буду пьян в стельку? — Он принял стойку, скрестив ноги и растопырив руки в стороны. — Ну давайте, ящерицы, думаете я не справлюсь с десятком отбросов с волшебными мечами, что только и могут, что угрожать подросткам?

— Но их пятеро… — Прошептала Лея.

Ольгерд не услышал слов эльфийки, рыжий мечник начал наступать на всех пятерых преторианцев разом, правда то и дело нанося атаки по пустому месту. Тем не менее, уже через несколько секунд первый из противников упал замертво, с перерезанным горлом.

Принц не верил своим глазам: обычный человек гонял элитную гвардию бродячего острова, как желторотых новичков.

— На твоем месте я бы убирался, принц. — Усмехнулся уборщик, которого продолжал держать в заложниках оставшийся воин.

— Молчать, раб! — Прикрикнул на него ящер.

Он приблизился к Синдзи и Лее.

— Сначала избавлюсь от вас, а после помогу своим подчиненным.

Синдзи судорожно нащупал на пожарном стенде меч-багор, что остался от китобоя и которому не нашлось больше нигде места, и со звериным рыком бросился на принца. Глаза паренька налились кровью.

Ящер, не ожидавший такого напора, на секунду замешкался и в тот же миг получил порез на руке. Он попытался сблокировать следующую атаку биотическим клинком. Сталь ударила о пламя, но ящер почувствовал, что в его живот вонзается что-то острое. Синдзи вытащил багор из ящера, на палубу полилась густая, почти черная кровь. Паренек вновь замахнулся на принца багром, соединенным с клинком цепью и продолжая давить мечом в другой руке. Ящер схватил багор, острый шип насквозь пробил его лапу, он сжал зубы от боли и зашипел. Синдзи продолжал наседать и все давил и давил. Ящер упал на колено.

— Невозможно… — Прошептал он, потеряв концентрацию. — Такая сила и в таком теле. Ты не человек.

Биотика ящера разбилась на осколки, Синдзи в тот же момент одним махом снес голову принца с плеч, отрубленная башка прокатилась по палубе, прямо под ноги сражающихся преторианцев.

— А паренек не промах. — Ухмыльнулся Паук, походя пробивая черепушку своего охранника топориком.

Ольгерд лихим пинком скинул одного из преторианцев за борт, исполосовал на лоскуты второго и еще одному пробил сердце своей саблей. Оставшийся преторианец при виде головы своего принца поднял руки, показывая, что сдается.

Ольгерд отступил на полшага, все еще держа оружие наготове.

— Остановись великий воин. — Прошипел ящер. — Я лишь хочу забрать тело своего повелителя. Мы проиграли, сжалься и позволь нам уйти.

— Валяй. — Бросил Ольгерд, вкладывая саблю в ножны.

Едва ящер наклонился, его череп пробил острый клинок. Он умер мгновенно. Синдзи вытащил меч из головы преторианца и принялся рубить на куски его тело, высекая искры, когда клинок бился о чешую.

— Умри! Умри! УМРИ!!! — Смеялся парнишка.

Он обратил внимание на голову принца и поднял ее, глядя трупу в глаза.

— Ну что, решили избавиться от сопляка Аянами? А? Решили, что меня так просто убить? Ну и кто теперь мертв? — Продолжал хохотать он.

Синдзи выбросил голову принца за борт и продолжил рубить его мертвое тело, пока не выбился из сил и не упал без чувств.

— Что…что он такое? — В ужасе прошептала эльфийка.

— Берсерк. — Сплюнул на палубу уже порядком протрезвевший мечник.

— Он теперь всегда будет таким?

— Нет, обычно человек становится берсерком только в те моменты, когда ему грозит опасность либо посредством специальных препаратов. Но тогда он не отличает врагов от друзей. Похоже, что мне придется заняться обучением еще одного ученика. — Вздохнул Ольгерд.

— Он выздоровеет? — С надеждой спросила Лея.

— Это не болезнь, милочка. А особенность нервной системы. — Я попробую научить его контролировать эту сторону его личности. Но не знаю, насколько выйдет продвинутся, раньше у меня не было подобных учеников, все что мне известно — это записи из книг.

— А зачем ее контролировать? — Спросил подошедший уборщик. — Он и без этого неплохо справился.

— Чтобы твоя голова не оказалась следующей, которую он выбросит в океан.