В поисках рая. Зов судьбы (СИ) - Савицкая Марина Вячеславовна - Страница 37

Так однажды мы собрались на прогулку в компании меня и семи сестер Вождя. Нашей целью было просто пройтись по холмам и насобирать цветов для пустующей огромной вазы Юлики.

Хочу отметить, что взаимопонимание с девочками до сего дня было идеальное. Мы ни разу не спорили, не вздорили, всегда относились друг другу с уважением и даже обожанием. Девушки часто навещали меня днем в моих покоях, приносили фрукты, соки, цветы и сделанные своими руками украшения. Двойняшки же вместе с Халфой с удовольствием посещали уроки английского, которые я вызвалась вести в местной школе. А Дакара вообще ежедневно помогала мне освоиться в этой самой школе и найти контакт с учителями.

Меньше всех я общалась с самой младшей, Эрикой. Так получилось, что она не всегда появлялась вместе с сестрами в моих комнатах, но семейные ужины или вылазки не пропускала. В общении с ней я была осторожна, наши взаимоотношения были немного не такими прекрасными, как с остальными сестрами, но все же они не доставляли мне беспокойства. Точнее я не думала, что между нами может что-то случиться. Но это случилось, и в тот день, когда мы отправились за цветами для Юлики.

В тот самый день мы все вместе неспеша бродили по полям в поиске цветов. Каждая из нас была при деле: Катара и Селения плели венки, Лея с Халфой охотились за редкими экземплярами, а мы с Дакарой, смеясь, болтали о школьных буднях. Только Эрика болталась без дела.

Но вдруг мы с девочками очутились на конюшне. Младшая, до этого поникшая и без настроения особа тут же стала проситься разрешения прокатиться на лошади, аргументируя тем, что у нее прекрасный опыт в этом деле. Лея почему-то, услышав сестринскую мольбу, выпалила твердое «Нет!». Я удивилась ее реакции. Ведь что может случиться, если Эрика будет под нашим присмотром? Но дабы быть во все оружия, я решила расспросить на этот счет старшую.

— Почему нет, Лея? Что в этом такого?

— Эрика не знает чувства меры. Может ускакать слишком далеко и надолго, — строго сведя брови, отвечала девушка.

— Это было один раз! — выкрикнула обвиняемая.

— Да, но этого хватило, чтобы не подпускать тебя больше к лошадям, — стояла на своем Лея, сложив руки на груди.

— Ты не справедлива ко мне!

— Так, давайте без ссор, — вмешалась я, не выдержав больше перепалки. Безэмоциональное, а теперь и вовсе злобное выражение лица Эрики наводило на меня тоску и угрюмость. И я решила разрядить обстановку и подарить каждой из нас желаемое успокоение. Здесь еще сыграло мое дикое желание понравиться Эрике и наконец-то убедиться в том, что у нас с ней все-таки прекрасные отношения. Именно поэтому я предложила то, о чем потом сильно пожалела, — Почему бы нам не позволить Эрике все-таки прокатиться хотя бы один разочек на лошади? Конюший возьмет лошадь под узды, чтобы Эрика не смогла от нас далеко ускакать. Что скажешь, Лея?

Мое предложение вызвало широкую улыбку у той, на которую я так старалась произвести больше всего впечатлений. Остальные сестры, в том числе и Лея, переглянувшись, хоть и не очень весело, но кивнули в знак согласия. А я довольная, что мне удалось так быстро разрешить ситуацию, тут же подозвала мальчишку, что ухаживал за лошадьми.

И вот счастливейшая и самая младшая из сестер гордо вскакивает на молодого пепельного коня. Конюший берет его под узды и выводит на открытую поляну. Мы в сторонке наблюдаем за конной прогулкой молодой леди, которая грациозно скачет на коне. Именно так можно было охарактеризовать ее в этот момент.

Все идет, как и задумывалось, пока Эрика, чуть наклонившись, не произносит что-то сопровождавшему ее юноше. Тот спокойно и без слов отпускает поводья и довольная наездница, пришпорив коня, вдруг галопом устремляется в противоположную от нас сторону. Я ахаю от неожиданности сего поступка. Такого я не могла предвидеть. Эрика этим действием продемонстрировала свое истинное отношение ко мне. Но почему-то я отказываюсь верить в худшее. Я хочу верить лишь в то, что у юной непослушной особы были иные мотивы.

Все происходит так быстро, что я не успеваю сообразить, как остановить или вразумить мчащуюся вдаль девушку. Дакара и Халфа в этот момент сердито морщат лоб, Лея тяжело вздыхает, а Двойняшки тихонько хихикают.

Это мое фиаско. Калим будет в бешенстве, когда узнает, что я натворила. Но почему-то неминуемая участь меня не сильно сейчас волнует. Больше всего я беспокоюсь о том, как мне теперь вести себя с Эрикой.

Она меня подвела, не оправдала мое доверие. Она будто бы нарочно это сделала. И она знала о последствиях. О них меня в последний момент предупреждали неодобрительные взгляды старших сестер. А я проигнорировала эту крохотную возможность не совершать наиглупейшей ошибки.

К моему огромному счастью, Эрика не стала совсем пропадать нашего из виду. Некоторое время она скакала вдоль поляны и между деревьями, что шли по окраине леса. Казалось, она играла с нашими нервами, проверяя их крепость, прощупывая порог терпимости. Потом она и вовсе приблизилась к нам на расстоянии пару метров.

— Эрика, ты грубиянка, ты свое получишь за это! — кинула ей разгневанная Лея, хотя по ее виду я бы никогда не сказала, что она сейчас очень злилась.

— Как ты могла так подвести Кенну? — в след за сестрой бросилась и Дакара.

— Калим будет в ярости, когда узнает о произошедшем, — подливала масла в огонь Катара.

Но лицо Эрики было абсолютно спокойным. Она уверенно держалась в седле и не думала с него спускаться. Лишь прищурив глаза в точности, как брат, она с довольной ухмылкой обратилась к последней:

— Если вы не будите болтать своими языками, то ничего не случится.

Ей в ответ было молчание. Ее слова заставили меня задуматься. Поданный вариант не настолько плох, как можно подумать сначала. Нет, держать Калима совсем в неведении никто не собирается, но было бы лучше, чтобы о произошедшем он узнал именно из моих уст. А остальные участники и свидетели предпочли бы молчать, пока им не дадут право высказаться. Пусть и с небольшими сомнениями я приняла идею Эрики.

— Во-первых, слезай, пожалуйста, с коня и вернемся домой, — начала я, натянуто изображая из себя строгую старшую сестру, — Во-вторых, да, никто никому ничего не расскажет о сегодняшнем инциденте. Но и тайной это не будет: я сама обо всем доложу вашему брату. Он, конечно же, переспросит обо всем у вас. Вы не должны ничего от него утаивать, говорите, что видели. Ну, и последнее: Эрика, отныне тебе тяжело будет заслужить мое доверие. Но все же я поговорю с Калимом насчет этого глупого запрета на конные прогулки и буду настаивать на том, чтобы тебе позволили кататься, — выдержав паузу, я продолжила, — Девочки, мы направляемся домой. Разговор по этому поводу окончен.

Все семь пар глаз одновременно вытаращились на меня. Эрика тут же слезла с коня, отдав поводья конюху. Все сестры, не обмолвившись ни словом, тотчас последовали за мной по направлению к дому.

Я шла быстро, чтобы никто из девочек не смог меня догнать и задать какого-нибудь вопроса. Своим видом мне хотелось нагнать на себя излишнюю строгость, дабы та позволила мне сохранить в лицах сестер уважение и авторитет, который только что подорвала Эрика. Уже через пару сотен шагов в таком темпе я почувствовала сильное недомогание. Поэтому нам пришлось остановиться в ближайшем пункте, где мне смогли бы оказать помощь.

Нашим пристанищем стала школа. Ученики уже давно разошлись, так что сейчас здесь было пусто. Мне дали чашу с сладковатой водой, веля выпить ее до дна. Усадили на мягкий и очень удобный диван, посоветовали немного вздремнуть. Но я не смогла. Я мысленно перерабатывала сценарии нашего диалога с Калимом, в котором сообщаю ему о произошедшем на поляне. Излишняя нервозность, казалось бы, по такому смешному поводу приводила меня в бешенство. Я злилась на себя за свои глупые размышления и пустой страх. Ведь до меня никак не доходило, что такого плохого в конных увлечениях Эрики. Как бы я хотела сменить направление своих мыслей сейчас. Но ничего не помогало, никак не получалось этого сделать.