Железная воля Джини Ло (ЛП) - Йи Ф Ц - Страница 19

Он не смутился.

— Возможно, — сказал Акс. — Но это хорошо. Главный девиз Винна: поражение — лучший учитель. Риск ни к чему страшному не приводит, зато дает полезный урок.

Еще одно мнение из Силиконовой долины. Поспеши с поражением! Проигрывай снова и снова! Будто завтра не будет!

— Например, я, — сказал Акс с тенью улыбки, что указывало, что ему нравилось, когда люди брали его за образец. — До встречи с Винном я пытался развить видеоканал. И я пришел на одну из его вечеринок и стал раздавать визитки, которые выглядели как билетики лотереи для Ламборджини. Так я получил письма от многих богатых и известных людей. Гости злились, узнав, что машины не было, а Винну понравился мой стиль, и он не вызвал копов, а взял меня под крыло. Если бы я боялся провала, не зашел бы так далеко.

Он звучал уверенно. Может, мы с ним были похожи сильнее, чем казалось. Я пыталась утром перевернуть весь небесный пантеон. Мой поступок потряс даже Квентина, а это он славился выходками. О, я забыла о Квентине и яогуае.

Я огляделась, их не было.

— Акс, нужно заканчивать, — сказала я, переминаясь нетерпеливо. Наверное, выглядело так, словно мне нужно было в туалет.

— Ладно, заканчиваю, — сказал он. — Я буду платить тебе сто тысяч долларов в год, если бросишь школу и будешь работать на меня.

Я перестала пританцовывать и стиснула зубы, чтобы челюсть не улетела на тротуар. Я глубоко вдыхала носом, медленно моргала и молчала, Акс засмеялся от этого.

Наверное, он считал, что, как бедная, я не могла понять, каким количеством денег он махал у меня перед носом, словно средневековый простолюдин, увидевший впервые, как путешественник во времени зажег спичку. Будто я не знала о таких цифрах!

Наоборот. Я опешила, потому что знала, как много денег представляли сто тысяч долларов. Когда я была младше, я слышала обрывки безумных разговоров, споров в ночи и ругательств между родителями, и суммы в них были такого порядка. Сто тысяч была суммой обычного займа для малого бизнеса, такая сумма растоптала мою семью.

И этого хватило бы, чтобы покрыть поездки на скорой, несколько визитов в больницу и курс лекарств для сердца и прочего для некурящих мужчины и женщины возраста моих родителей. Не было причины, по которой я несколько раз читала об этом с телефона на этих долгих выходных. Причины не было, ага.

— Зачем мне бросать? — спросила я. Я думала, предпринимательство для молодых людей, о котором говорил Винн Кеттбридж, означало дополнительное занятие, типа шахматного кружка.

— Винн хочет, чтобы его протеже следовали его философии, — сказал Акс. — Так что придется сжечь мосты и публично отказаться от высшего образования. Я сам бросил этот колледж. Пробираюсь порой сюда, чтобы нанять ребят. Как ты поняла по прошлой ночи, для многих суть не ясна.

Покончить с учебной карьерой, даже не начав ее?

— Я д-даже не хожу сюда, — пробормотала я. — Я и заявку еще не подала.

— Даже лучше, — Акс не переживал из-за того, что все это время говорил со школьницей. — Мы можем позвать местных репортеров, когда ты подашь заявления, и в несколько хороших колледжей тебя будут звать, но ты откажешь им всем. Это будет отличной рекламой.

Как Триш и Келси, Акс легко видел для меня будущее, где я попала в крутой колледж, как этот. И от поездки меня уже тошнило. Или они знали обо мне то, чего не знала я, или все эти проблемы забывались, когда преодолевались.

— Я вижу твой потенциал, — сказал Акс. — Я еще не встречал кандидата для этой программы лучше тебя. Как насчет этого? Реши до конца этих выходных. Потом предложение будет упущено навсегда. Ты будешь в черном списке всех членов Нексус.

Я хмуро посмотрела на него.

— Ты дашь мне меньше времени на важное решение, потому что я тебе нравлюсь.

— Этой тактике переговоров нас учит Винн. Мы используем ее, когда очень хотим чего-то. Ты — единорог, Джини. Такая милая девушка, еще и знает код? Еще и из меньшинств? Ты могла бы стать лицом программы.

Я хотела накричать на него, что его выделенный срок был нелепым и нечестным. И разбить его нос на сексистские и расистские комментарии. Но я не успела, жирный мятый бумажный пакет упал у наших ног.

— Даже не ходи сюда, Акс! — закричала девушка из окна третьего этажа. — Убирайся, пока я не вызвала охрану!

Акс попятился от здания, развел руками и широко улыбнулся.

— Сначала они смеются над тобой, потом игнорируют, а потом борются. Но ты побеждаешь.

* * *

Я взбежала по лестнице здания, где жила Цзи Хюн, перепрыгивая по три ступеньки. Мне нужно было пока что забыть разговор с парнем в дизайнерских джинсах, которому хватало наглости сравнивать себя с Ганди, используя неточные цитаты.

Я знала, что найду Квентина на крыше. Не из-за магии, просто знала его привычки. Когда ему нужно было пропасть или побыть одному, он шел наверх.

Мы с ним сделали так в моей школе, когда мои силы Рюи цзиньгу бан впервые проявились. Точнее, он забрался, а я паниковала и кричала все время, потому что моя рука стала напоминать огромную гибкую нить лапши.

Странно, что я скучала по тем временам? Тогда я переживала только о том, что мой город могли съесть и сжечь демоны. Тогда у меня не было таких проблем из-за будущего.

Дверь на крышу была закрыта. В спешке я случайно пробила ее. Ой. Но на другой стороне среди труб и забытых ржавых стульев был Квентин. Он держал сияющую эктоплазму в руках.

Я подошла, и она приняла облик куба.

— Все хорошо, — мягко сказал ей Квентин. — Она — мой друг.

Наверное, я должна была обидеться за то, что меня назвали просто другом, но это был сверхъестественный куб, он вряд ли разбирался в нюансах.

— Что это? — сказала я. — Я еще не видела таких яогуаев.

— Это не яогуай, — уголки куба смягчились, и он стал шаром. — Это бесформенный дух из другого царства. Думаю, сигнализация Гуаньинь не различает демонов и таких существ.

Мне почему-то не понравилось, что он критиковал Гуаньинь, хоть он и озвучивал факты.

— Хорошо, как оно сюда попало? — рявкнула я.

Дух стал красным. Квентин отклонился и кивнул в сторону пруда.

— Думаю, последовал за Ао Гуанем. Он боится. Бесформенные духи не должны испытывать эмоции, но этот в ужасе.

Он дрожал на его руках. Квентин склонил ухо ближе к существу.

— Он… что-то говорит? — спросила я.

Квентин нахмурился.

— Йинь Мо, — сказал он. — Он кричит Йинь Мо.

* * *

Мы подумали, духу будет комфортнее внутри, так что пошли к квартире Цзи Хюн. Мы постучали в дверь, и она впустила нас, не спрашивая, зачем тут Квентин. Ей казалось, что он придерживал большой мешок пустоты на плече, словно родитель невидимого ребенка.

— Юни спит, — сказала Цзи Хюн. — Так что потише.

— Есть место, где мы с Джини можем поговорить? — спросил у нее Квентин.

Она отвела нас в пустую спальню в крашеных простынях и плакатах, которые были пустыми, наверное, светились в темноте. Обрубки ароматических свеч усеивали стол и подоконники. Впечатляющая коллекция пробок от вина была начата обитателем. Только нескольких бутылок не хватало, чтобы сложить из них доску.

— Насчет того, что случилось раньше… — сказал Квентин, когда Цзи Хюн закрыла дверь.

— А что раньше? — сказала я. — Я думала, ты хотел обсудить, откуда тут взялась дыра в пространстве, в которую принесло призрачную амебу.

— Нет, я хотел поговорить о том, как ты испортила испытание за трон!

О, мы до этого дошли? Я вдохнула, чтобы приготовиться к спору.

— У нас появился шанс на лучшего лидера, чем Нефритовый император, но ты сбила все! — сказал Квентин. — Теперь не ясно, что будет!

Его нехватка веры беспокоила меня.

— Квентин, я не хочу бога лучше, я хочу лучшего, — сказала я. — То, что ты не считаешь Гуаньинь такой — неправильно или красноречиво. Она столько раз спасала твой зад, но ты готов поддерживать друга по вечеринкам, а не ее?

Квентин явно собирался защищать своего друга.