Героями не рождаются 3. Том III (СИ) - Ватагин Андрей - Страница 80

Тот, кто поставил вместе этих восьмиранговых Героев, конкретно оплошал, потому как они сходу невзлюбили друг друга. Разрываясь от накопленной им энергии, Корешок рвался в бой, надеясь собственноручно расправиться с ордами монстров, в то время как Кондрат небеспочвенно опасался, что тот может слишком уж разгуляться и разрушить что-нибудь нужное. Например, находящийся под боком Большой Театр. Впрочем, благодаря вверенным ему полномочиям, он сумел осадить сверха из глубинки, но чем дальше, тем напористее тот был в своём желании лично добраться до Извергов. Да ещё и Уродская трансляция подлила масла в огонь.

Устроившийся на бортике фонтана наставник лишь невесело хмыкнул, глядя на спорящих коллег. Он, как и прочие присутствующие здесь сверхи ближнего боя, оказался не удел, но не слишком этим тяготился, и Ластик решил брать с него пример. В конце концов, в отличие от Кварца, растерзать которого не представлялось возможным, он бы не продержался против такого количества тварей и минуты, даже если бы к ему вернулись силы, с которыми он полез на Безликого.

Так бы они и просидели весь бой на скамье запасных, если бы Кондрат не уговорил военных поделиться стволами, так что даже они внесли свой посильный вклад. Пусть до этого стрелял Игорь разве что в тире, но в школе им наглядно демонстрировали как обращаться с автоматами, а особой меткости здесь не требовалось – колыхающаяся масса тварей представляла из себя одну большую мишень. Вот и сейчас он, предварительно сменив магазин, принялся вглядываться в переулки, готовый открыть огонь на малейшее движение.

– Если бы хоть кого-нибудь интересовало моё мнение, – звякнув кристаллами, Кварц потянулся, но покидать насиженное место не торопился, – то я бы сказал, что нам здесь больше делать нечего.

– Думаешь, этот Урод блефовал?

– Уверен, что нет. Но продолжать закидывать нас трупами Извергов не имеет смысла, они своё дело сделали, отвлекли наше внимание от самого главного. Вот только далеко не факт, что этим главным было убийство мэра, это больше похоже на провокацию, чтобы заставить нас совершать необдуманные поступки.

– Тогда что нам делать?

– Ждать приказа на передислокацию, – пожал плечами наставник. – В Крепости не дураки сидят, должны и сами всё прекрасно понимать. Так что отдыхай, пока ещё, – вдруг земля под их ногами пошла ходуном, – можешь…

Тряска была не настолько сильной, чтобы все попадали с ног, но всё-таки взволновала народ – полноценных землетрясений в Москве отродясь не было. Даже Кондрат с Корешком прекратили собачиться, начав осматриваться в поисках возможной опасности.

– Все назад! – Словно что-то почувствовав, Кварц соскочил с бортика и, схватив ученика за шиворот, потащил за собой.

Огромная мраморная чаша, венчавшая фонтан, опасно зашаталась, после чего пропала из виду, резко упав в раскрывшийся провал, заставивший сверхов с солдатами отпрянуть от его краёв, которые начали расходиться всё дальше, вбирая в себя плиты мостовой, фонари и скамейки. То и дело оборачиваясь, но не забывая энергично шевелить булками, Игорь видел, как земная твердь в прямом смысле уходит у них из-под ног, теряясь в глубинах разверзшейся бездны. Не прекращающаяся тряска не добавляла пытающимся спастись людям скорости, однако выучка собравшихся и инстинкт самосохранения не позволили никому столь бесславно сгинуть в преследующей их тьме.

Провал рос и ширился, так что засевшим в обороне пришлось преодолевать собственные же укрепления, чтобы не оказаться в ловушке. И это стало бы настоящей проблемой только в том случае, если бы среди них не оказалось одного невзрачного сверха в шофёрской кепке с незажжённой сигаретой в зубах, который всего парой размашистых пинков снёс оказавшееся у них на пути бетонное заграждение. Впрочем, солдатам всё же пришлось бросить свою технику, за исключением парочки репульсорных танков, которые поднялись в воздух, зависнув над пропастью.

Внезапно тряска стихла и вместе с этим перестала расти дыра, вобрав в себя весь центр Театральной площади, кусок проезжей части и многочисленные киоски с сувенирами. Направленные на площадь прожекторы, установленные на крышах окрестных домов, высвечивали разрушенные подземные коммуникации, свод тоннеля метро с торчащими из него рельсами, и груды обломков, теряющиеся во мраке.

– Чуть на дно не скатились, причём совсем даже не рейтингов, – мрачно пошутил Кварц, который последние метры тащил ученика на себе, подхватив его под руку.

Нет, Игорь вовсе не устал, но передвигаться, когда земля то подбрасывает тебя вверх, то уходит из-под ног, оказалось не так уж и просто. Сейчас народ стягивался к Большому Театру, который, к сожалению, не выдержал тряски. Пусть само здание уцелело, вот только венчающие вход колонны рухнули, обрушив и поддерживаемый ими портик, богато украшенный барельефами. Скульптура Аполлона на колеснице, запряжённой четырьмя конями, ныне представляла собой воистину жалкое зрелище. Ластик никогда не считал себя ни ценителем искусств, ни хотя бы просто сентиментальным человеком, однако, видя эти остатки былого великолепия, он поспешно отвернулся, до боли стиснув кулаки.

– Центр, отзовитесь? Центр, это Кондрат! – Разорялся тем временем лидер, пытаясь связаться со штабом. –Директор, у нас тут… – не найдя слов, чтобы описать творящийся здесь беспорядок, он сказал, как есть: – у нас тут полный п***ц!

Ластик заметил, что Кварц тоже, как и многие из Героев, мучает свой комм, и обратился к собственному девайсу, который сильно сбоил. Голограмма шла помехами и никак не могла развернуться над запястьем в полный размер.

– Наш штаб докладывает, что такое происходит по всему центральному району, – сообщил командир военных, чьи допотопные рации оказались куда более надёжным средством связи, – где-то больше, где-то меньше, но везде образуются провалы!

Возможно Игорь по сравнению со сверстниками был не настолько образован, однако, благодаря своему не самому благополучному окружению, он знал невероятное количество городских легенд. Или страшилок, это как посмотреть. Например, он точно слышал историю о том, что в один не самый хороший день Москва может рухнуть под своим весом, уйдя под землю, а уж в наличии под ногами пустот сомневаться не приходилось. И теперь ему казалось, что детские страшилки оживают у него на глазах.

– Вижу движение! – Заорал вдруг один из бойцов, которые при помощи приборов вглядывались в огромную яму.

– И я!

– Тревога! Изверги!

Далее всё завертелось настолько быстро, что Ластик едва успевал реагировать на происходящее, да и то не без помощи Кварца, который бывал в переделках похлеще, и как будто вообще ничему не удивлялся. Впрочем, проследить за его реакцией не было никакой возможности из-за статичной кристальной личины. Но действовал тот вполне уверенно – в свете прожекторов сверкнула вспышка, отразившись от кристаллов мелькнувшей в воздухе руки, и выскочивший из-за края пролома Примат упал со свёрнутой набок челюстью и сломанной шеей раньше, чем успел приземлиться на лапы.

К сожалению, он оказался далеко не единственным чудищем, что поднялось из городских недр, но теперь это была не какая-то шушера, только и способная брать своей численностью, но уже куда более опасные особи. Да, их было не настолько много, но и проблем они сулили не меньше, даже если не учитывать тот факт, что пока Ластик не разглядел ни одного контролирующего импланта, которые украшали черепушки многих монстров до этого. Похоже Уродам каким-то образом удалось сделать для неподконтрольных им тварей путь наверх, чтобы те поработали на них исключительно по собственной инициативе, желая отведать бегающий на поверхности двуногий деликатес.

Впрочем, придаваться тяжким думам было некогда, пришёл тот момент, когда затвор доверенного ему автомата сухо щёлкнул, и вот он уже подставляет бесполезное оружие поперёк раззявленной пасти Гончей. Тягаться силами с мощным жёлтым, не являясь при этом силачом – весьма опрометчивый поступок, а потому Ластик, моментально выпустив автомат из рук, отскакивает в строну, и тут же устремляется вдоль левого бока твари, не забыв положить ладонь на её грубую безволосую кожу.