(Не) люби меня (СИ) - Лакомка Ната - Страница 74

— Для нищеброда ты необыкновенно грамотен, — заметил стражник, изучая документ.

— А я не нищеброд, — ответила я с достоинством. — И выполняю важную миссию.

— Видел по дороге мужчину и женщину, — сказал стражник, рассматривая печать, — он — высокий, русые волосы, она — смуглая, волосы черные, короткие?

— Да сколько их по дороге, — буркнула я. — Разве вспомнишь? Но с короткими волосами… Нет, не видел. Ну что, мне долго ждать?

— Подожди еще хоть немного, — раздался вдруг очень знакомый голос. — Хотя бы одежду просуши, — и из тени сторожевой башни вышел его величество король Дидье.

— Ты заставила меня поволноваться, — сказал король, когда я сидела в крохотной комнате сторожевого поста, где кисло пахло грязной одеждой и потом.

Я уже переоделась в сухую одежду (правда, мужскую), и боялась поднять глаза, а король прохаживался передо мной туда-сюда, заложив руки за спину.

— А если бы с тобой что-то случилось? — выговаривал он мне обманчиво-мягко. — Кстати, где Верей? Я подумываю о том, чтобы четвертовать его.

— По причине? — спросила я коротко. — Какое преступление он совершил?

— Испытываешь мое терпение? — король положил руку мне на плечо и сжал так, что мои косточки хрустнули. — Где он?

— Я его прогнала, — ответила я, морщась от боли.

Он сразу отпустил меня.

— Прогнала? Значит, это не было счастливым воссоединением любящих сердец?

— Вы глупы, ваше величество. Вы получили мое письмо?

— Получил.

— Тогда почему вы здесь? — я все еще не осмеливалась посмотреть на него, а мне очень хотелось этого. Посмотреть, прикоснуться, обнять… — Вам надо быть настороже, чтобы не лишиться трона снова. Предатели могут оказаться совсем рядом. Если вы, конечно, верите мне.

— Верю, — ответил он так же коротко.

— И… что?.. — спросила я тонким голоском.

— И… всё.

Я помолчала, ожидая каких-то пояснений, но король тоже молчал.

— Не понимаю, ваше величество, — сказала я, не выдержав. — Вы все знаете, и вы здесь? Не боитесь, что вернувшись, обнаружите, что трон уже занят?

— А они так занят, — король вдруг вздернул меня на ноги и обнял, прижимая к себе. — Значит, ты прогнала Верея? Почему, Диана?

— Почему вы сказали, что трон занят? — спросила я испуганно. — Вас… вас свергли?!

— Свергли, — кивнул он. — Я сам себя сверг. Отрекся от престола в пользу Дреймонда.

— Отреклись?.. — мир пошел кругом, потому что то, что я слышала — было немыслимо. — Но как же… счастье ваших подданных?.. Вы должны думать прежде всего о них! Без вас все ввергнется в хаос…

— Ты путаешь меня с Господом Богом, по-моему, — ответил он и усмехнулся. — Но я не бог, Диана. У меня свои слабости и грехи. Будем считать, что Ланварский Волк сошел с ума из-за чар одной черноглазой ведьмы. Тегвин хотела видеть Дреймонда на троне, мой сын очень хотел примерить корону, и я не стал мешать. Надеюсь, что корона окажется не слишком для него тяжела. Так что насчет Верея?

Но при чем тут был Жозеф, если случилось то, чего я опасалась!

— Значит, они получили, что хотели? — прошептала я, теперь глядя на короля во все глаза. Он ничуть не изменился, и я ласкала взглядом каждую черточку, каждую морщинку дорогого лица.

— Думаю, тут каждый получил, что хотел.

— Каждый? — я помедлила, а потом спросила: — А вы? Чего хотели вы?

— Я хотел быть счастливым. Думаешь, получится?

— Смотря, что вам надо для счастья, сир.

— Уже не король, — поправил он меня.

— Дезире, — сказала я и засмеялась, уткнувшись лицом ему в грудь.

Он гладил меня по голове, а я пыталась сдержать слезы, которые все текли и текли.

— Ты ведь не любишь Верея? — спросил он.

Я отрицательно помотала головой.

— Ты любишь меня? — последовал новый вопрос.

— Угу, — призналась я. — Хотя любить вас особенно не за что. Но любят ведь не за что-то, иногда любят вопреки. Вот и я… вопреки… полюбила…

— Диана, — позвал он ласково, и я подставила губы для поцелуя.

Мы целовались, пока сэр Стефан не кашлянул, приоткрыв двери.

Король оторвался от меня и коснулся ладонью моей щеки.

— Ты чумазая, как последняя замарашка, — сказал он. — Но почему-то так еще милее.

Ты не захотела выходить за короля, может, согласишься стать женой лорда?

— Да, это мое проклятье, — сказала я с притворным вздохом, — выходить замуж за северных лордов.

Эпилог

Мы обвенчались в маленькой каменной церкви, и свидетелями были сэр Криспин и сэр Ролф, а Ланвен и сэр Стефан стояли поодаль, дожидаясь своей очереди, потому что после нашей свадьбы должны были обвенчать их.

— Как же мечты о жизни при дворе? — спросила я, когда помогала своей бывшей камеристке надевать ночную рубашку — белую. полупрозрачную. в кружевах и воздушных оборках.

Ланвен покраснела, но хмыкнула с прежней невозмутимостью:

— Знаете, этот перечный сухарь умеет убеждать.

— Или вы умеете, девица Кадарн! — рассмеялась я.

На правах опытной женщины я давала ей наставления перед первой супружеской ночью, и капнула несколько капель розового масла на яремную впадинку, между грудей и на запястья новобрачной.

— Ужасно боюсь, — призналась Ланвен, когда приготовления были закончены.

— Не бойся, — я обняла ее и расцеловала в обе щеки. — Я уже поговорила с сэром Стефаном. Уверена, он будет нежен с тобой, и все произойдет наилучшим образом.

Она благодарно приникла ко мне, а потом отстранилась с притворным возмущением:

— ЭЙ! Дама дю Рой! Да вы и в самом деле бесстыдница! Вы говорили с моим мужем о таких вещах?! Держитесь-ка от него подальше, я уже видела, что происходит с чужими мужьями, когда вы оказываетесь поблизости.

Мы с Дидье поселились в доме возле озера. Не того, где когда-то обитала фея. На простом озере, в родовых землях моего мужа. Сэр Стефан и Ланвен жили во флигеле, расположенном рядом с нашим домом. Вместе с сэром Стефаном службу в столице оставили сэр Криспин и сэр Ролф. Они объяснили свое решение тем, что принесли клятву вассальной верности Дидье Ланварскому, а не Ланвару.

Рента от земель была совсем маленькая, но Дидье и его рыцари поднаторели в ремесле шорников. Они делали лошадиные сбруи на заказ, и заработка хватило, чтобы нанять четырех слуг а через год и няньку, потому что в нашем доме появились дети — сначала сын, а потом две дочери. Сын был похож на Дидье как внешне, так и характером. Хотя мой муж уверял, что нрав у сына — мой, упрямый, способный и святого довести до бешенства.

Наследный принц правил в Ланваре пять лет, под чутким присмотром своей матери.

Но мира в королевстве не было, и однажды к нашему дому приехали просители — десять верховных лордов привезли прошение от Совета лордов и жителей Ланвара. Подданные смиренно просили короля Дидье и его супругу — благородную даму Диану вернуться и занять трон, потому что произвол Кадарнов достиг предела, взбунтовались армия и северные рубежи, а король Дреймонд сбежал, попросив убежища у родственников жены — заморской принцессы. Он был заочно низложен, а королева Тегвин отстранена от власти и взята под стражу.

Прочитав прошение, мой муж не дал ответа, и лорды уехали ни с чем. Но вечером я увидела, что он задумчиво и пристально смотрит на нашего сына, который выстругивал из деревянной болванки меч, сидя у камина.

Я подошла к мужу и положила руку ему на плечо, ни о чем не спрашивая, но он понял.

— По-моему, ему надо посмотреть на мир с высоты королевского трона, — сказал он, а потом повернулся ко мне и спросил: — Только что думаешь ты?

— Так и знала, что рано или поздно это случится, — сказала я. — Но если я для них стала благородной дамой, а не ведьмой — давай вернемся. Поиграл в шорника — и хватит. У тебя обязательства перед целой страной.

— А ты? — он накрыл мою руку своей ладонью. — Будешь ли ты счастлива?

— Самое главное — люби меня, — сказала я. — А где — это не так уж важно.