Несколько неспокойных дней (СИ) - Вылегжанин Сергей - Страница 97

— Зачем?

— Быстро, я сказал!

— Да ладно, ладно. Я сейчас. — О, тьма, какая же она медленная. Да залазь ты уже быстрее!

Перекинул химерам цель, теперь они опять следовали за девушкой, пусть тоже будут внутри. Чем больше силуэтов в мобиле, тем сложнее понять, кто есть кто. Не будут же они стрелять в своих? Интересно, а как бы опять активировать тот режим, в который они сами включились? Хотя, не надо, тогда их точно постреляют свои же.

— Ой. — Визг от отскочившей от стенки мобиля стрелки, возглас Теллы, волна ужаса, исходящая от неё и…

Мир опять замер.

Какое-то необычное «сжатие времени» на этот раз. Я почувствовал, что сам я могу двигаться, хоть и с трудом, как будто я иду по дну бассейна, полного водой. Знакомые ощущения. Гулко стучало сердце, как будто находилось у меня прямо в голове, другие звуки исчезли. И всё остальное вокруг замерло. Силуэты на экране, присевшая Телла, стоящие у входа химеры.

И две стрелки, медленно летящие прямо в девушку, в плюс к четырём, летящим в химер.

Ножом их не отбивать нельзя, они просто изменят направление и, пробив стенку мобиля, могут задеть тех, кто там внутри. А там, кроме двух бандитов, ещё четыре ни в чём не повинные девушки спят.

Казалось, я бегу наперегонки с самим временем. Рывок, во время которого подставляю полицейский метатель и ловлю на него обе стрелки, летящие в Теллу. Метателю, конечно, настанет полная тьма, но он не мой, не жалко. Те стрелки, что летят в химер, все поймать не успеваю, они уже почти приблизились, потому ловлю только верхние, летящие в тело. Химерам достаётся по одной: первому в правую ягодицу, второму в левую ногу. Стрелки не сонные, а настоящие, боевые, я прямо вижу, как они проникают внутрь тела, преодолевая сопротивление защиты костюма. Люди выживут. У них там, система поддержания жизни уже активна, должна их спасти.

Сразу же ныряю обратно в мобиль. Я понимаю, что в полёте моё передвижение замедлится, так что, для увеличения скорости, отталкиваюсь от химер, сначала одной ногой от одного, затем второй от второго. Всё равно их подстрелили, внутри ими уже не прикрыться, а сейчас надо их отключить, как будто они убиты. На силе толчков, влетаю в мобиль, толкая в спину Теллу. Она так и застыла, присев на входе и прикрыв голову руками.

Теперь надо бы закрыть дверь, но это уже очень опасно, попадаю в зону видимости. Быстро не сделать, дверь закрывается под давлением, скорость всегда одинаковая, не зависимо от усилий. Телла улетела в кучу девушек, но вроде как, ударилась не сильно, вспышки боли я не почувствовал.

Да, с ней всё в порядке, я расслабился, и мир вокруг ожил.

И, к сожалению, опять появились звуки.

— А-а-а! — Ну зачем так кричать? Действительно всё в порядке, раз может издавать такие вопли. В эмоциях нет боли, нет страха, только восторг! — Классно! А говорил, что не можешь отбивать стрелки на лету. Только, ты не мог меня не так сильно толкать, я же чуть ногу не подвернула.

Отвечать на эти её глупости я ничего не стал, лихорадочно обдумывая, что теперь делать. Кажется, теперь точно пора вызывать подмогу. Далия говорила, что Мигель всегда будет поблизости, но у него приказ — вмешиваться, только если я сам попрошу. И, вроде как, он там не один, но, сколько там людей, не известно. А тут нас окружило не меньше двух десятков, судя по силуэтам, многовато будет на меня одного.

Поймал взгляд очень больших глаз, с которыми на меня смотрел лежащий на боку бандит. Надо бы и его затащить внутрь салона, а то лежит прямо напротив входа. Стрелка, пробившая ногу химеры насквозь, стенку мобиля не пробила, да и самая первая отскочила, получается, тут стоит какая-то защита, наверное, этот полицейская или войсковая модель. Надо бы начать разбираться в местных мобилях, дома-то я все значимые модели знал, а тут вот, пожалуйста, делаю такие ошибки.

До ноги второго бандита я дотянулся и резко дернул его тело на себя. Отлично, вроде бы стрелять перестали. Химеры упали не очень удобно, почти оба смотрели в одну сторону и их датчики тепеть показывали мне не полную панораму, а разбираться, как включить «принюхивание», явно некогда.

— Развяжи меня.

— Ага, сейчас! — Как я буду это делать? Он лежит очень неудобно, не дотянуться, меня же сразу подстрелят.

Чувствую, как меня начинает раздражать эта ситуация. Чего я вообще кого-то жалею? Может, надо было этого сразу порезать, как того, на корабле? А то он меня уже бесит своим упрямством и тем, что мне не верит. Я не люблю, когда мне не верят!

— Развяжи и я скажу им, что случилась ошибка.

— Ошибка? — Да он издевается! — Ты считаешь, что две боевые стрелки, летящие в безоружную девочку тринадцати оборотов, это ошибка? — Во мне начала подниматься волна даже не злости, а ярости на этого упрямого взрослого. — Это когда ваши отцы встретили ваших мам, вот это была ошибка! — Выдал я любимую фразу одного из охранников нашего дома. — Я сейчас выйду и действительно всех поубиваю, а потом скажу «Ах, это была ошибка»! — И видит Великий Огонь, я действительно сейчас верил, что смогу это сделать.

Меня уже просто колотило. Какие переговоры? Какая дипломатия?! Взрослые понимают только язык силы, другого языка они не знают!

— Не надо, не надо. — Ага, испугался! Да я сам себя боюсь, надо успокоиться. Глубоко вздохнуть, и не прибить при этом того, кто так раздражает. — Развяжи меня, и я всё улажу.

Ну уж нет! У меня остался всего один метатель, а я ещё и не знаю, получится у меня опять так остановить время и поймать летящие стрелки. Голова кружится и усталость накатывает волнами. Герой хочет отдохнуть!

— Обойдёшься! Выползай так, ноги у тебя не связаны. — Да я бегать и драться могу в таком виде, а он что-то там просит! — Иди и «улаживай там всё». А этот, — я похлопал по ноге второго бандита, — пока тут полежит. Не договоримся — его труп будет на твоей совести. Его я спасать от стрелок не буду, так и знай.

Бандит посмотрел на, валяющийся на полу, сломанный метатель, в котором застряли три стрелки из пойманных мною четырёх (хорошо, что они были обычные полицейские, останавливающие, а не взрывные, не то, тут бы мне и конец настал), потом начал извиваться, продвигаясь к выходу. Вот дурной, у меня даже злость на него прошла. Зато усталость навалилась уже с полной силой, как будто я опять перетренировался на полосе. Так было несколько раз, когда меня мама обгоняла, и я хотел быстро научиться точно так же. Надо расслабиться, давай свободный приток крови, а потом опять выйти в боевой режим. Я так уже делал. Правда, потом падал и спал вообще без сновидений, но сейчас расслабляться явно не стоит.

Да чего он барахтается? Смешно выглядит, как червяк. Тут одно движение сделать, и встал бы сразу на ноги. Какие беспомощные некоторые взрослые, оказывается. Вот, наконец-то вывалился на улицу и начал вставать на ноги.

А я зевнул.

— Не стрелять! — Закричал бандит в темноту. — Не стрелять, я сейчас подойду. — И двинулся, пригнувшись, в темноту.

Остановился. Если он уйдёт ещё дальше, я перестану его видеть, силуэт и так едва угадывается. А красные «ушки» я опять прижал к голове, чтобы не светить ими в темноте и не получить случайную стрелку. Сам бы я даже навскидку не промахнулся с такого смешного расстояния.

Нет, далеко не ушёл, так и встал в пределах видимости, после чего крикнул что-то в темноту. Что именно, переводчик не разобрал, да и я тоже, может он и на общем кричал, не понятно. Из темноты выскочил ещё один силуэт и вытянулся перед ним. Разбойник что-то ему сказал, затем повернулся к нему спиной. Понятно, просит развязать.

После того, как ему развязали руки, он повернулся и… с размаху выдал оплеуху второму силуэту. Тот упал, а разбойник не успокоился, а начал его ещё и пинать, что-то крича. Нормальные у них переговоры. Я прав, взрослые только так и умеют «договариваться», это и по водителям извоза можно было понять. Вот, всё же успокоился и крикнул ещё раз в темноту. Ха, сейчас придёт следующий для «переговоров». Если этот бандит будет так «разговаривать» со всеми двадцатью, что сидят вокруг, это надолго, а я спать уже хочу.