Оковы Полумесяца (СИ) - Матвеева Александра - Страница 86

— Да, именно так. Никто не знает, что именно ты сделала, но, видимо, в тот момент ребенок, которого носила внутри, исчез. Ты сама подтвердила, что твое самочувствие улучшилось. Твое тело вернулось в состояние перед зачатием, поэтому ты смогла снова забеременеть так быстро.

— Так, словно ничего и не было, — подтвердила я. Мне вдруг стало так тяжело, что я не нашла в себе силы даже заплакать. К тому же я ни на миг не забывала, что ношу под сердцем ребенка… малыша, который не причастен ко всему этому, и нуждается во мне.

Но нашему первому ребенку уже не суждено появиться на свет, и осознание этого толкало меня в бездну отчаяния.

Хекселис видел мое состояние, поэтому попросил друга оставить нас. А я, в свою очередь, попросила Рикса рассказать новости Эриху и Минее. Они имели право знать.

— Надо будет еще рассказать твоим родителям… и моей маме… и Арахре, — перебирала я, а Хекс шептал мне: «тише, тише… я люблю тебя… тише».

— Ася… я никогда не смогу искупить свою вину перед тобой, — вдруг обреченно проговорил он, а я даже дернулась в его руках.

— О чем ты?

— Я испортил тебе жизнь. Силой забрал от светлых. Заставил жить со мной, тебе даже пришлось стать моей супругой, чтобы избежать войны. А теперь я еще и виноват в смерти нашего ребенка, — темный говорил спокойно и обреченно.

— Хекс! — в моем мозгу роилось столько мыслей и эмоций.

Как он может такое говорить?!

Я резко вскинула руки и с силой толкнула темнейшего. От неожиданности он потерял равновесие и упал на пол. Я встала с кресла и сверху вниз посмотрела на ошеломленного супруга.

— Если ты скажешь что-то подобное еще раз, клянусь, я побью тебя! — прошипела я. — Ты, тьма тебя побери, хоть представляешь, что для меня значишь?! Я не смогу без тебя! — быстро опустилась на колени. — Я так люблю тебя, неужели, ты не понимаешь? Я ни о чем не жалею! И ты тоже не смей жалеть.

— Никогда, — вдруг твердо проговорил темнейший. — Никогда больше, — с этими словами он стремительно встал и поднял меня на ноги.

— Как видишь, правило все так же работает, — вдруг вырвалось у меня.

— Какое правило? — он с нежностью смотрел в мои глаза, обнимая за плечи.

— Баланс удачи. Я вернула тебя, но потеряла ребенка. Баланс, — наконец, я не выдержала напряжения и горько заплакала. Хекселис прижал меня к себе и как мог, старался успокоить. — И ты в этом не виноват! — всхлипывая, проговорила я.

Вдруг дверь в нашу спальню распахнулась, и стремительно вошел Эрих, за ним Минея и Риксар.

Я усилием воли заставила себя успокоиться, но пока приходила в себя, все еще продолжала всхлипывать.

— Аниса, расскажи мне еще раз все, что помнишь о том, как вернула Хекса к жизни! — без предисловий попросил Эрих, когда вошел. Он с тревогой смотрел на меня. И не только он. Кажется, все собравшиеся были в шоке от происходящего.

— Что такое, брат? — встревоженно спросил Хекс, раньше, чем я смогла ответить.

— Подожди, — отмахнулся темный и уставился на меня.

— Я помню, что потеряла контроль, словно бы отпустила на волю свое отчаяние. А после этого все размыто… я будто бы парила над своим телом, но и оставалась в нем, — я всхлипнула и прокашлялась, — это сложно описать словами. Помню, что откуда-то изнутри моего тела я… ммм, собрала, да, неверное, так, собрала что-то яркое и горячее. Я не знала, что делаю, просто делала. И, кажется, я толкнула это что-то в грудь Хекса, а как только оно там исчезло, потеряла сознание.

— Хорошо, — подытожил Эрих и, видя хмурый взгляд старшего брата, пояснил, — дело в том, что, после новостей от Рикса, я вспомнил одну легенду, которую мне рассказывал старейшина отшельников. Я уже плохо ее помню, но суть истории заключалась в том, что одного темного вернули к жизни! — при этих словах все замерли. Эрих, видимо, сразу примчался сюда, никому ничего не объяснив. — И я отчетливо помню, что для этого другому темному пришлось пожертвовать своей жизнью.

Вот оно… Да. Равновесие. За жизнь нужно расплатиться жизнью.

— Эрих, — начал было Хекс, но брат снова его прервал.

— Я сейчас оправлюсь туда и приведу того старейшину, если получится, — быстро поговорил темный. Братья несколько мгновений смотрели друг другу в глаза, а потом Хекс кивнул.

В тот же миг Эрих исчез во вспышке телепорта.

Глава 44

Тот день превратился для меня в медленное, словно застывшее, ожидание, которое сопровождалось самыми тягостными мыслями. Я горевала и оплакивала свое не родившееся дитя, которое уже успела принять и полюбить, хотя и не так сильно, как если бы уже держала ребенка на руках и прижимала к себе, но все же.

Хекселис ни на мгновение не оставлял меня одну, понимая, что лишь его поддержка может сейчас помочь. Больше он не мог ничего сделать, и я знала, что его мучает это осознание. Однако я никак не могла успокоиться, плакала, потом переставала, уйдя глубоко в свои мысли, а потом снова чувствовала, как по щекам текут слезы.

Минея отпаивала меня какими-то успокаивающими отварами, а так же через силу заставляла есть очень сытный овощной бульон. Я не противилась, зная, что, в первую очередь, это нужно не мне, а ребенку.

Боги… я только узнала о том, что потеряла своего малыша, но уже снова беременна. Это так тяжело, принять нового ребенка, когда еще горюешь и не можешь отпустить ушедшее дитя.

Однако Эрих в этот день не вернулся. Он появился только к вечеру второго дня.

Мы с темнейшим были измотаны, ни один из нас не смог заснуть ночью, поэтому, сидя на кухне, мы молчали.

Эрих появился один.

— Прости, брат, я не смог заставить его отправиться сюда, — виновато отозвался темный, когда Хекс хмуро спросил, где старейшина. — Но я смог уговорить отшельников подробно рассказать мне эту историю.

— Не томи! — рявкнул Хекселис, это прозвучало столь грубо, что мне пришлось положить руку на спину темного в успокаивающем жесте.

— Эрих, прошу, расскажи все, что ты узнал, — тихо и спокойно попросила я.

— Что ж, история эта не сохранила ни имен, ни времени, когда все это случилось, но шептуны сказали вот что…

— Шептуны? — переспросила я.

— Да, так отшельники называют людей, чья обязанность помнить, записывать или на словах передавать предания старины и традиции, чтобы новое поколение не забывало свою историю, — пояснил Эрих и продолжил. — Так вот, шептуны рассказали, что когда-то в их поселение забрел путник. Он был сильно изможден и еле стоял на ногах. Мужчине предложили кров и постель, но все о чем он просил, чтобы кто-нибудь вернулся вместе с ним в леса и помог его родному брату, которого серьезно ранило злое чудовище. Мольбы темного подействовали, несколько мужчин отправились в лес и по объяснениям странника нашли его брата. Он уже был очень плох, однако его все равно принесли в деревню, — Эрих подошел к столу и опустился на стул напротив меня. — Много часов целитель поселения боролся за жизнь старшего брата, однако, так и не сумел его спасти. Но младший не смог принять смерть своего единственного брата. Он вызвал главу поселения на разговор. Никто не знает, что же в действительности там случилось, но глава и старейшины согласились провести старинный ритуал, корни которого уходят прямиком в древнейшую историю даже более невероятную, чем окутавшие ее легенды.

Мы не перебивали, и Эрих продолжил свой рассказ.

— Шептуны не знают никаких подробностей того ритуала. Они рассказали только, что для того, чтобы вернуть одну жизнь, нужно забрать другую. Младший брат подумал некоторое время и решил пожертвовать собой. Его отговаривали, но он лишь отмахивался: «у него есть любимая супруга, дети, которые надеются, что он вернется домой… а у меня никого нет, кроме брата». Старейшины провели ритуал, в результате высвободилось колоссальное количество энергии, которая чудом никого не убила. Младший брат отдал свою жизнь и старший очнулся в полностью исцеленном теле. Однако для проведения такого ритуала требуются невероятно мощные силы, у обычных темных, как те старейшины, таких сил не было, поэтому за проведение ритуала им пришлось очень дорого заплатить. Все они выжгли свои маярси и навсегда потеряли способность пользоваться магией.