Конец света отменяется! (СИ) - Курдюмова Галина Николаевна - Страница 14

— Ты что делаешь?! Она же будет длинная и некрасивая! — возмутилась я, ляпнув его по пальцам.

— Неневеста, открой глаза!

— Ни за что. Я ушла в нирвану, только табличку забыла повесить «Никого нет дома. Тело, просьба, не трогать!»

— Неневеста, открой глаза, скажи мне, что я ещё сплю и всё мне только снится. Больше я тебя беспокоить не буду.

Немного интригующе, но глаза-то не раздираются.

— Я старалась, Кощей.

— Помочь?

Я жживо представила, как он будет это делать и предприняла отчаянную попытку поднять веки самостоятельно. Отчасти это удалось (части одного глаза), второму помогла пальчиками, одновременно задумываясь, где бы взять спички, чтоб подставить подпорочки.

— Ты видишь то же, что и я? — спросил Кощей.

— Умный вопрос, откуда я знаю, что видишь ты? И вообще, у меня ещё туман не развеялся. Вот сейчас…

Я запнулась. Туман отчасти развеялся и я смогла разглядеть, что мы лежим в тех же позах, что и засыпали, только не между полем и дорогой, а в тесной каморке с решетчатым окошком почти у потолка. «И небо в клеточку»…

Я резко вскочила. Как так? Засыпали у дороги, а теперь лежим на грязной соломе, в этой камере предварительного заключения.

— Значит, не сплю, — поднялся вслед за мной Кощей.

— Но что?.. Но как?.. Как нас смогли сюда перенести, что мы даже не почувствовали?! А ты почему спал? Где же твои сверхъестественные способности?

Бессмертный пожал плечами:

— Это всё очень странно…

— И кто?! И за что?! Я ведь ничего не делала!

Ни на один из этих вопросов ответ мне не полагался.

Глава 7. И охота вам идти на эту охоту?.

— Сколько раз можно нас пленять? Это что, съёмки очередного блокбастера? Дубль какой? Не молчи, отвечай хоть что-нибудь! — не замолкала я.

Первым делом я проверила двери, затем Кощей подсадил меня к решетке, я подёргала прутья, проверяя их на лояльность к случайным заключенным. Рассмотреть ничего так и не смогла, высоковато. Просунула руки на улицу (стёкол не было), стала кричать:

— Свободу слова! Свободу печати! Я требую адвоката! У меня депутатская неприкосновенность!

Вот это я загнула. Впрочем, адвокаты всё равно в очередь не выстроились. Ну и что теперь делать?

— Это тёмные эльфы? Да, Кощеик? Но ведь я им ещё ничего не сделала. Границ не пересекала, с дороги общего пользования не сворачивала, овощи ихние грёбаные не трогала. За что, скажи, пожалуйста? А может, это ты в чём-то проштрафился?

Бессмертный вздохнул и потёр виски.

— Сам теряюсь в догадках. Хоть бы совсем не потеряться.

— И много догадок?

— Пока ни одной.

— И долго мы здесь сидеть будем? Может, мне тут офис открыть? Вывеску за решетку вывесить?

— Да я, конечно, могу двери эти одним махом вышибить…

— Так давай, заявим о себе!

— Может, сначала послушаем, что они от нас хотят, и решим всё мирным путём?

— То есть, как у светлых эльфов? — невинно спросила я.

— Неневеста! Ты что, решила и это селение стереть с лица земли? Не рекомендую.

— А я всегда делаю то, что не рекомендуют.

— Я заметил.

— Да что ты понимаешь? Благодаря таким, как я, планета вертится!

— И всё же давай попробуем жить мирно.

— Ты, прям, как Леопольд. Костик, с каких это пор ты таким миротворцем заделался?

— Наверное, возраст.

— И сколько же тебе тыщ? Не секрет?

— Не, не секрет. Не помню.

— Всё же задам ещё один вопрос. Почему ты не хочешь поддержать в этом мире свой статус срашного и ужасного злодея? В твоем мире тебя все боялись.

— И после того, как все народы ополчатся против нас (ты ведь моя сообщница!), думаешь, они захотят помочь нам найти двери в наши миры?

— Думаю. Чтоб от нас избавиться.

— Кощей расхохотался.

Давай, всё же, сначала попробуем дипломатию, — всхлипывая от смеха, сказал он.

— Баба Яга против! — закричала я, таща Бессмертного за плащ. — Все на баррикады! Ну, ладно, отложим на потом наш тщательно продуманный план штурма Бастилии изнутри. Сначала завтрак. Так как местные власти решили продукты на нас не переводить.

— А что такое Бастилия?

— А что такое у нас осталось, чего бы можно пожевать?

Осталось, как оказалось, не так уж много. Так, чтоб наесться только до половины. Кощей предложил разделить наш скудный паёк ещё на несколько частей, на случай «вдруг опять узников забудут покормить», но мы не заметили, как он закончился, приказав долго жить.

Пораздумав, мы решили подождать с полчасика, полежать, пока жирок завяжется, и, если нас не придут освобождать или же обвинять, то операция по взятию Бастилии начинается, так как закончить её следует до обеда (потому как обед — дело святое!)

Минут через десять праведного ожидания явились четверо вооруженных тёмных эльфов и, не отвечая на вопросы, препроводили нас к местному представителю власти, как мы догадались. Им оказался пожилой мужчина вовсе не эльфийского телосложения: невысокий и пухленький (видимо, результат смешанных браков). Конвой занял позицию у выхода, не выпуская из рук трубкообразного оружия неидентифицируемой технологии.

Я, грешным делом, думала, что тёмные эльфы типа наших негров или арабов. Но они оказались такого же цвета кожи, как и светлые. Разве только более яркие раскосые глаза и волосы в диапазоне от светло-русого до тёмно-русого (в отличие от светлых с диапазоном: платиновый блонд — золотистый блонд). Название, видимо, было обусловлено в основном их духовной направленностью и воинственностью (в отличие от светлых, организовавших в центре деревни выставку-коллекцию приспособлений для казни). Чего ж нам тогда от тёмных ждать?

Итак, мы с Кощеем гордо выстроились перед толстячком, сложив руки на груди и не унижаясь до криков и обвинений. Пауза слегка затянулась, такой реакции от нас не ожидали.

— Многоуважаемые гости! — наконец начал эльф (ба! какое многообещающее начало!) — Позвольте представиться. Я — Крин Култ, староста поселения темных эльфов Третьего Колена Пятой Ветви.

Он выжидающе замолчал.

— Вы, действительно, считаете, что многоуважаемых гостей надо похищать, запирать в грязной коморке с пучком соломы вместо постели и завтрака? — уточнил Кощей.

— Ну что вы! Это было сделано исключительно в целях вашей безопасности! Конец света! Военное положение! Монстры на дорогах! Очень неосмотрительно было с вашей стороны оставаться ночевать вне селения.

— И каким образом вы сумели перенести нас, даже не разбудив, уважаемый Крин?

— Элементарно. Вы уснули в районе сон-травы (видели такие крупные лиловые колокольчики?)

С наступлением сумерков они начинают пахнуть, вызывая непреодолимую сонливость. Утром вы могли бы уже и не проснуться (я поёжилась). К счастью, на вас наткнулся наш патруль. Перенести вас смогли только с помощью портативного транспортёра. Насчёт камеры — не обессудьте, это было единственное свободное бесплатное помещение. А закрыли вас, чтобы вы никуда не ушли до нашего знакомства. Так вы представитесь?

— Зовите меня Путник, — слегка склонил голову мой спутник.

— Неневеста, — присела в шутливом реверансе я.

Старосту заинтересовала не я, а Кощей:

— Путник… — протянул он. — Но хотелось бы узнать ваше имя? Мы бы записали вас в почетную книгу гостей посёлка.

— Просто Путник.

Крин Култ немного помялся:

— А вы, случайно, не Кощей Бессмертный?

Мы насторожились.

— Случайно, нет, — ответил Путник. — Но я его видел не очень давно, вот, он мне даже плащ подарил. Что передать ему при встрече?

— Передайте ему, что было бы здорово, если б он зашёл в наше селение. Мы бы проводили его лично к королеве Марукке.

— А зачем ему к королеве? — удивился Кощей.

Староста пожал плечами.

— Возможно, он её давний друг? Дело в том, что волшебница по всему миру разослала гонцов с описанием вышеназванного и потребовала немедленно доставить его во дворец, не иначе, как для приватной беседы либо для награждения за оказанные услуги. Кстати, описание очень смахивает на вас, сударь!