Шилта: Ты, я и тиран (СИ) - Лакедемонская Наталья Владимировна "laked" - Страница 104

Ронан осторожно взялся за ручку и потянул. Та поддалась. Раздался щелчок, и кусок обшивки распылителя отъехал в сторону. Перед Ронаном открылся вместительный загрузочный отсек.

– Ну как дела? – спросил Стратос, спускаясь на второй уровень.

– Вроде открыл, – неуверенно проговорил Ронан.

Он был человеком необразованным, оттого побаивался сложных устройств.

– Отлично. Неси сюда капсулы, а я узнаю, как идут дела у остальных, – приказным тоном сказал плантатор.

Ронан был так растерян и напряжен, что не замечал надменности и колкости напарника. К тому же, после того, как Стратос хотел пожертвовать собой, чтобы спасти Ронана, его оскорбительное поведение выглядело притворно.

Переключив наушник на канал общей связи, Стратос сообщил всем, что их точка готова. Однако быстро выяснилось, что Ронан не один, кого напугала сложность пульта управления распылителя. Марк, Лерой и даже Виктор пребывали в шоке. С помощью оскорблений и обильной нецензурной брани Стратосу удалось вывести участников операции из ступора. Он начал инструктировать каждого по очереди. Особенно плохо дело обстояло с Лероем. Начальник охраны был особенно далек от науки, поэтому возился около часа. Стратос вспотел и побагровел, объясняя бывшему солдату куда нажимать и что делать.

Спустя три часа все участники открыли загрузочные отсеки и положили туда капсулы.

– Закрывайте, для этого поверните ручку по часовой стрелке, – скомандовал Стратос по общей связи.

Ронан кивнул и сделал все, что сказал напарник. Умный механизм закрыл блок с капсулами и снова щелкнул.

Лерой и Марк начали задавать много уточняющих вопросов. Стратос сжал кулаки, но отвечал сдержанно. Ронан смотрел на часы и нервничал. Нельзя было допустить сильного отставания загрузки. Когда Стратос отключил связь и еще раз выругался, Ронан спросил:

– Что теперь?

Плантатор пожал плечами и начал спускаться.

– Мы сделали все, о чем говорилось в инструкции, – двигаясь по лестнице, ответил он.

И тут что-то внутри екнуло. Ронан бросил прощальный взгляд на пульт распылителя и побежал на улицу. От мысли, что сейчас он увидит солнце, сдавило сердце. Старатель так торопился, что, поскользнувшись, чуть не упал с платформы. Восстановив равновесие, Ронан уставился в небо.

– Чудес не бывает, – сказал из-за спины Стратос.

– Мы ведь все сделали по инструкции, почему ничего не происходит? – растерянно проговорил Ронан.

– Потому что распылитель работает некорректно. Потому что Елизавета вывела неправильную формулу. Потому что вы неправильно приготовили состав. Потому что Анна дала неправильную инструкцию. Или просто потому, что нужно подождать, – разразился предположениями Стратос.

Внезапно раздался звонок по общей связи. Все пытались выяснить, почему туманный слой все еще загораживает солнце. Стратос в грубой форме объяснил, что он не знает, и начал спускаться к беспилотнику.

Ронан еще некоторое время смотрел на небо, затем последовал за напарником. Разочарование больно сдавило грудь. Старатель готов был расплакаться от обиды. Столько труда было вложено, столько жертв принесено, а в результате – провал. Из-за расстройства старатель даже не заметил, как спустился по страховочному тросу.

Стратос дождался напарника и начал собирать снаряжение. Пока Ронан пустым взглядом сверлил окно беспилотника, плантатор мерз снаружи, демонтируя штифты и сматывая тросы. Он старался не оставлять следов постороннего присутствия, чтобы не выдавать распылитель.

– Смотреть на тебя противно, – сказал он, бросив в кабину сумку со снаряжением, – Если начнешь плакать, меня вырвет.

Ронан бросил на плантатора гневный взгляд и отвернулся.

– Для меня навсегда останется загадкой, почему она предпочла тебя, – продолжил насмехаться Стратос.

– Может потому, что ты ее родителей убил, – уколол старатель.

– Это совершенно не объясняет ее выбора. Могла бы остаться на всю жизнь одна, или выбрать кого-то из детей членов Социума.

– Не распаляйся, она сто раз говорила, что ошиблась, выбрав меня, – грустно ответил Ронан.

Он был так расстроен, что не хотел защищаться. Стратос еще что-то говорил, но старатель его не слышал. Беспилотник вздрогнул и начал подниматься. Ронан печальным взглядом провожал распылитель и думал о том, что ждет его в Ливироне.

– Подбери сопли, мой ароматный друг, ты сделал все, что поручила моя своенравная жена. Твоя совесть чиста. Остается только жить дальше, – неожиданно произнес Стратос.

– Дальше, – задумчиво повторил старатель.

Глава 21

С безуспешной попытки обесцветить туманный слой прошло три месяца. За это время Ронан успел многое. Снабдив людей едой и одеждой, глава Ливирона проводил всех гостей по домам.

Благодаря своим беспилотникам Стратос стал героем жителей среднего и верхнего мира. После того, как он помог элите Дженевры вернуться в свои уютные поместья, его власть стала безграничной.

Казалось бы, после совместного приключения его отношения с Ронаном могли стать лучше, но это не так. Первое, что сделал Стратос по возвращении в верхний мир, это переприсвоил плантации Шарона себе. Теперь все гектары Ронана принадлежали конкуренту. А чтобы еще больше унизить старателя, Стратос отсек кусок подошвы, где стоял дом с голубыми ставнями, и деактивировал Ливитий. В один прекрасный день к Ронану прибежал взъерошенный Лерой и сообщил, что между Плимутом и Ливироном упал кусок плантации.

Когда старатель прискакал на место аварии, трава на плодородном куске земли все еще зеленела. Несколько яблонь на границе опущенной подошвы стояли в цвету. Стены белого дома от удара покрылись трещинами, некоторые окна разбились. Ронан стоял, глядя на низверженную мечту, и сердце мужчины наполнялось неистовой болью. Но хуже всего стало, когда он вошел внутрь. Маленькая детская, смежная с некогда солнечной спальней, в сумраке нижнего мира выглядела словно склеп. Ронан сел на кресло качалку и заплакал. Это была последняя капля. Он лишился плантаций, еды, влияния, но все это было ничем, по сравнению с огромной дырой, образовавшейся после отлета Шилты. Будь она рядом, обязательно нашла бы выход.

Стратосу удалось окончательно добить Ронана. Глава Ливирона публично признался в банкротстве и, раздав остатки провизии людям, уехал в Вилт. Мужчина оборудовал себе комнату в одной из шахт. По сути, это была все та же пещера, дополненная печью. Старатель постелил на каменный пол кусок овчины и спал, глядя на пламя в очаге. Он не выходил на улицу и поднимался только для того, чтобы справить свои естественные нужды.

Все это время Марк с Лаврентием не сдавались. Мужчины, как одержимые, искали ошибку в формуле Елизаветы и проверяли состав, который изготовили. Младший брат ухаживал за Ронаном и не оставлял попыток привести его в чувства.

– Ты похож на скриптов вирус в увеличенном варианте. У тебя борода скоро с бровями срастется, – причитал Марк, расставляя тарелки.

– Я не хочу есть, – огрызнулся Ронан.

– Ты так воняешь, что и я перехотел, – брезгливо ответил юноша.

В пещеру вошел Лаврентий.

– Фуф, надеюсь, когда умру, буду пахнуть лучше, – сказал он и заткнул нос.

– Сегодня приема нет, – отмахнулся Ронан, – Покиньте покои врастающего в шахту неудачника.

– Диффузия дело долгое, а запасов пищи у нас всего на несколько месяцев, – ответил старец.

– А у меня для тебя подарок. Хотел подарить тебе его завтра, но чувствую, что сейчас самый подходящий момент, – загадочно проговорил Марк и вышел из берлоги Ронана.

Спустя несколько минут молодой человек вернулся с ведром в руках.

– По какому случаю праздник? У меня день рождения? – устало спросил мужчина.

– Это подарок сюрприз.

– Что еще за сюрприз? – недовольно произнес старатель.

– Ну, такой подарок, для которого не нужен особый повод, – ответил юноша и вылил на старшего брата пару десятков литров ледяной воды.

Сначала было тихо. Потом Ронан начал ворочаться и сказал: