Ловкач. Часть 1 (СИ) - Бон Рита - Страница 142

Сердцебиение лишь слегка участилось — у обычного человека сердечный ритм сейчас во много раз превышал бы его.

Он был недостаточно ловок, и у самых дверей первой из комнат его перехватили чьи-то крепкие руки. Человек за его спиной тяжело дышал, Клеменс ощутил явный запах вина. Его крепко держали поперёк живота, доспех врезался в спину. Преследователь с лёгкостью оторвал его от пола, словно он не весил ничего.

Раздался грохот — тяжелая дверь поддалась под ударом ноги. Державший его человек неуклюже вломился в покои. Когда хватка ослабла, Клеменс вырвался и отскочил. Его преследователь грузно навалился на дверь, и та затворилась, отрезая выход. Они оказались в душных покоях, погружённых в полумрак.

Преследователем оказался светлобородый крупный мужчина, битвы состарили его лицо слишком рано, но крепкое налитое тело выдавало в нём непоколебимый дух и силу, присущие молодым. Тот, кривя губы в усмешке, не сводил с него глаз, окружённых глубокой сеткой морщин, карих и ясных, несмотря на вино. Клеменс огляделся, прикидывая площадь для манёвра. Бежать было некуда. Тем не менее, он продолжал отступать, а мужчина, борясь с опьянением, — надвигаться.

Клеменс обогнул постель, не выпуская своего преследователя из поля зрения, и ступил в тень.

— Отродье! Я выпил чересчур много, чтобы играть в твои игры! — хрипло бросил мужчина. Он посмеивался, сбитое прерывистое дыхание шумно вырывалось из оскаленного рта. Он был выше Клеменса выше на три ладони и значительно шире в плечах, руки, покрытые светлыми волосами, обвивали тугие канаты мышц.

Тут Клеменс громко рассмеялся, запрокинув голову. В следующий миг преследователь сгрёб его и прижал к каменной стене. Клеменс облизал губы, давясь смехом. Веселье заставляло кровь пениться, как игристое вино, ударяя в голову.

— Ты втягиваешь меня в свои игры каждый раз… — выдохнул ему в самое ухо Кратер, и от жара его дыхания у Клеменса помутнело в голове. — Ты пожелал, чтобы я преследовал тебя.

— Моё ожидание длилось слишком долго, — упрекнул он.

— Как и моё, не забывай, — Кратер хрипло дышал, касаясь его носа своим.

Клеменс первым подался вперёд и припал к сухим жёстким губам, вмещая в поцелуй всю свою тоску и злость. Это не походило на долгое глубокое изучение друг друга; Клеменс жадно сминал своим ртом чужой, его частые вздохи перерастали в стоны; вжимаясь носами и вдыхая запах друг друга — они замерли так на несколько мгновений. Жёсткая щетина, ставшая с их последней встречи заметно длиннее, колола кожу лица, щекотала подбородок. Крепкое разгоряченное мужское тело, широкая спина, твёрдые налитые мышцы — он безотчётно шарил ладонями, с силой сжимал складки плаща, словно его затягивала песочная трясина.

Кратер подсадил его, раздался треск ткани, когда опьянённый страстью мужчина резко дёрнул тогу с его плеча. Широкое крепкое колено оказалось между его ног, нетерпеливые грубые пальцы уже задирали длинный подол тоги. Клеменс оторвался от нетерпеливых губ, чтобы сделать вдох, вместо этого у него вырвался стон, когда горячая шершавая ладонь коснулась его паха. Клеменс потянул с Кратера длинный пурпурный плащ. Кратер жадно втягивал аромат его волос, лихорадочно ощупывая его тело. Горячие мозолистые пальцы сжали плечо, впиваясь в печать.

— Ты покинул пир и своего повелителя слишком рано… — хриплым от возбуждения голосом прошептал Клеменс.

— Я последовал за тобой, — был ответ.

Клеменс обхватил крепкие мужские плечи, жадно обвёл контур тугих мышц и принялся отстёгивать доспех. Когда тот с грохотом упал на пол, они вцепились друг в друга с новой силой.

— Твои игры сводят меня с ума, — выдохнул ему в волосы Кратер, заставив шею покрыться мурашками. Голос звучал слишком чётко для изрядно выпившего человека. Кратер умел притворяться так же хорошо, как он сам.

Широкая ладонь накрыла его плечо в том месте, где его охватывал браслет.

— Бесовское создание! — пальцы сгребли волнистые волосы Клеменса и натянули, вынуждая запрокинуть голову. — Ты выпил всю мою кровь!

Другой рукой Кратер с силой потирал его бедро, высвобождая края тоги, задирая ту; подхватил его под колено, подсаживая.

Клеменс со страстью обхватил мужчину за шею, приподнимаясь. Кратер вжимал его спиной в стену, каменный член упирался ему в пах. Безумный жар и желание застлали разум. Он никогда не был тихим, и сейчас не сдерживался, позволяя высоким стенам заглушить его голос и сокрыть их с Кратером.

— Одно твоё существование не даёт мне покоя! — твердил Кратер, вжимаясь в него своим телом. — Я проклят Небесами! — Быстро отпустив его волосы, задрал подол своего одеяния и нетерпеливо толкнулся пахом. Их члены тёрлись друг о друга; подхватив Клеменса под ягодицы, Кратер оторвал его от пола. Грубый камень холодил поясницу, впивался в кожу спины. Согнув ноги в коленях, Клеменс практически повис на мужчине, ощущая внутри неутолимый голод.

Их взгляды встретились, оба тяжело дышали. Кратер стиснул зубы, из его горла вырывались хриплые стоны.

— Чего ты хочешь? — натужно произнёс он.

— На колени, — потребовал Клеменс, откидываясь назад и вжимаясь спиной в стену. Его тут же отпустили, ступни коснулись холодного пола.

Кратер встал перед ним сначала на одно колено, потом на оба.

— Ползи.

Мужчина уткнулся лицом ему в живот, прикусил зубами тонкую ткань, вздохнув, прижался губами к его животу. Взгляд Кратера потяжелел, опускаясь по его телу. Жаркий язык скользнул по вздыбленному члену сквозь тогу, и Клеменс задышал чаще.

— Ты прирождённый манипулятор, — касаясь губами горячей плоти с приставшей к ней тканью, произнёс Кратер. Его дыхание распаляло, Клеменс опустил обе ладони ему на лицо, чувствуя жёсткую щетину. Огладил, нежно касаясь бородки. После чего запустил пальцы в коротко стриженые русые волосы. Те заметно поредели на висках.

— Я хочу тебя на ложе, — взирая на него сверху-вниз, отрывисто произнёс Клеменс. — Я возьму тебя сзади.

— Твой язык никогда не знал стыда, — признал мужчина. — Как и ты сам.

Ради него тот был готов на всё. Послушно преодолев зал покоев на манер животного, Кратер забрался на ложе, и, не оборачиваясь, стянул с себя одежду. Взору открылась крепкая мускулистая спина, узкая талия, подтянутые ягодицы. Стоя на коленях на постели, Кратер нагнулся вперёд и упёрся ладонями в покрывало. Широко расставил ноги, так что стали видны кучерявые волоски на внутренней стороне бёдер. На икрах растительность была особенно заметна, на бёдрах она бледнела. Медленно приближаясь к ложу, Клеменс распускал ремешки на своей тоге, постепенно освобождаясь от одежды. Взгляд был прикован к ожидающему в нетерпении мужчине. У Клеменса не было такой сильной растительности на теле, и каждый раз он с интересом разглядывал мужское тело.

Между расставленных ног он видел тяжёлую мошонку. Вены жгутами оплетали кисти рук, эти пальцы знали все его чувствительные зоны и множество раз исследовали его тело. Сбросив на ходу всю одежду, Клеменс оставил лишь браслет на плече и перстни.

— Давай же, не медли, — грудная клетка Кратера широко расходилась и сходилась, мышцы играли под кожей.

Клеменс просунул руку между его ног и накрыл мошонку, взвешивая ту на ладони, коснулся кожи за ней, надавливая подушечками пальцев. Кратер опустил голову и с шумом втянул воздух. Клеменс продолжал исследовать дальше, трогая толстый подрагивающий ствол в окружении длинных волосков.

— Тебе гореть в аду, — выругался Кратер, начав двигаться навстречу руке.

— Я никогда не умру, — едва слышно прошептал Клеменс и прильнул к спине воина, накрывая того своим телом.

Мужчина под ним опустился на локти. Ягодицы оказались прижаты к его паху, Клеменс обхватил свой член и одним слитным движением вошёл. По телу прокатилась волна блаженства, вырвав из его груди рычание. Чувство власти над Кратером и осознание, что этот великий воин, суровый полководец склоняется перед ним, как перед божеством, и позволяет брать себя, будто шлюху, дарило небывалое наслаждение. Он словно обуздал сноровистую лошадь. Каждое его движение подчиняло Кратера всё больше, тот стал полностью зависим от его толчков. Мышцы быстро адаптировались к его размеру, позволяя проникать с каждым разом глубже.